Антикоррупционеры в стране котов

Антикоррупционеры в стране котов

В этом тексте мы с мартини и примкнувшей к нам водкой попробуем объяснить на котиках, почему слово «антикоррупционер» вызывает резкие подёргивания у значительной части образованного населения страны.

Смотрите. Положим, в стране котиков есть проблема: ожирение этих самых котиков. Проблема серьёзна и многогранна: на лечение котиков от ожирения государство тратит миллиарды котодолларов с портретами наиболее выдающихся деятелей котячьей… котовской… котиковской, в общем, нации. Однако котики (кто сталкивался, тот знает) в массе своей остановиться сами не способны и готовы жрать до тех пор, пока хлебальничек не перестанет влазить в миску. Кроме этого, продавцы котовского, то есть котячьего корма крайне не заинтересованы в диетах и здоровом питании, а вот в повышении продаж кормов заинтересованы более чем.

Когда проблема достигает критических масштабов, таких, что появляется социальный запрос на борьбу с ней, логичным образом среди пушистых комков шерсти появляются политики, которые на волне спроса начинают активно качать тему борьбы за здоровый образ жизни. В итоге политической борьбы создается Специализированная антижировая прокуратура, Национальное антикормовое бюро, Агентство противодействия толстению и множество общественных организаций. Активисты (почему-то жиреющие не по дням, а по часам), выступая на митингах и лекциях, рассказывают о том, как производители кормов сговорились с властью за процент от продаж, а для настоящей победы над ожирением желательно создать ещё и специализированный суд, который бы судил производителей кормов и потакающих им чиновников. Среди слушателей, втихомолку похрумкивающих сухим кормом «Тыскас», периодически раздаются выкрики «Ожирителей нации — к стенке» и «Руки прочь от борцов за здоровый образ жизни!»

По социальным сетям, где котики постят фотоснимки умильных людей, проскакивают истории о далекой стране Котай, где ожиревших чиновников моментально расстреливают, а также примеры из жизни Южной Котеи, Синкотура и Саудовских Кошкоратов, где, как известно, всем пойманным на поедании жирной пищи сразу отрубают лапы.

Как вы думаете, улучшится ли уровень холестерина на кубический сантиметр котячьего населения в этой, без сомнения, прекрасной стране?

Правильный ответ: да, но незначительно. В отличие от рейтинга борцов за обезжиренную нацию.

Дело в том, что помимо отрубания пушистых лапок и строгого контроля хвостатых чиновников есть и другие, куда более действенные способы борьбы с ожирением. Только они не будут поднимать рейтинги политикам и активистам, поэтому вы о них не услышите на митингах. Никогда. Ни за что. На минувшей неделе в мире людей в стране Украина в очередной раз продлили мораторий на продажу земли. Кто не в курсе, сообщу. Этот мораторий — одна из самых позорных особенностей страны Украина в целом и один из ключевых источников коррупции в частности. На местах, в районах, местные помещики с достаточным числом гектаров в аренде держат Бога даже не за бороду, а за другие, более чувствительные места (Трегубов, вот только вырежи это, прокляну!) Латифундисты контролируют пайщиков, сдающих свою землю в аренду, а значит, контролируют их голоса. У них денег больше, чем у иных крупных корпораций, что на уровне районов и даже областей позволяет им пинком открывать множество дверей, прикармливать судей и прокуроров, полицию и чиновников. Они решают, кого выберут мэром или главой громады, они решают множество вопросов — налом, только налом. Нал течёт в Геокадастр, нал течёт ментам, нал течёт газетчикам и бандитам, если начинается конфликт с другим помещиком или непокорным пайщиком. Это чистый, неприкрытый восемнадцатый век, разве что вместо лошадей у них «Тойота Лэнд Крузер» в люксовом варианте.

Общий объём взяток, чёрного нала, неуплаты налогов в принципе сложно оценить. Я думаю, что это сотни миллионов долларов. Но вполне вероятно — миллиарды. Отмена моратория тупо сломает схему. Всю. Наглухо. Земля начнёт стоить реальные тысячи баксов, а не стандартные $500 в конверте за пай. Её начнут более-менее нормально продавать, появится рынок, зайдут иностранные корпорации (те самые, на которых солятся антикоррупционеры). Понятно, что коррупция не исчезнет под ноль — свинья всегда грязь найдёт, — но уменьшится на порядки точно, даже в самом плохом варианте исполнения. Просто пропадёт возможность и необходимость покупать тайком то, что будет открыто к продаже, станет в разы сложнее уходить от налогов, появятся новые игроки, новые правила, полностью перекосит всю помещичью систему. По коррупции в стране будет нанесёт очень сильный удар. Не верите мне, посмотрите на иностранный опыт, ведь ничто не ново под луной. Но мораторий продлили — в том числе и потому, что уровень социального одобрения слишком мал.

Слишком много лет кричали политики о том, что землю продавать нельзя. Слишком много средств вложено в пропаганду против снятия моратория. Юля ставит палатки, Ляшко машет вилами, а антикоррупционеры молчат. Тупо молчат. Не хотят гробить себе рейтинг. Рейтинг важнее результата. Результат проиграл. Он не нужен. Нужен процесс. Не будет «землемайдана». Лещенко не поедет по сёлам рассказывать о том, какие выгоды сулит стране открытый рынок земли. Мустафа не наденет футболку «Я за продаж землі, fuck corruption». Не будут получены гранты на агитацию пайщиков и разъяснение им возможной реформы. И Семенченко не выведет своих чёрнозубиков под Раду с этим лозунгом, и Саакашвили не будет об этом кричать.

Не будет ничего. Совсем ничего. Не будет он кричать о необходимости тотальной приватизации, как в обожаемой нами Польше времён «шоковых реформ». Потому что это сразу удар по рейтингу. Огромный, шоковый (ага) удар. И не надо мне рассказывать, что стоит им прийти к власти, и они сразу у-у-ух! Саакашвили имел поддержку и Порошенко, и силовиков, и вообще всей власти, когда был губернатором Одесской области. Ничего. Лещенко и Найем на 175-м и 238-м местах по уровню поддержки реформ по рейтингу весьма уважаемых VoxUkraine. Саакашвили антикоррупционно базарит за бабло с Курченко (или с человеком, которого он считает Курченко — это реально детали). И продолжать можно, но не в этом дело.

Дело в том, что они хотят бороться с коррупцией, а не побеждать коррупцию. (Эту мысль я коррупционно украл у Скрыпина на недавнем телеэфире.) Потому что борьба всегда приносит политические баллы, а результат — не всегда. Поэтому они так бьются за антикоррупционный суд — они называют его результатом, а это не результат, это инструмент. Лопата. Долото. Когда создадут такой суд, они станут бороться за новый инструмент. Например, министерство по борьбе с коррупцией. Потому что они будут говорить, что это всех спасёт. Что появление инструмента, сажающего в тюрьму жирных котиков, позволит окончательно победить ожирение.

Не позволит.

Но многие поверят. Как всегда. Мои вы котики.