Шантаж, суды и $400 тыс. на сына. После развода Алекс и Алиса Купер спорят, чей бизнес. Подробный разбор дела

В декабре 2019 года кулинарный блогер Алиса Купер написала, что Новый год они с сыном Куприяном будут встречать вдвоем – без мужа и отца Алекса Купера.

Бывшие супруги не комментировали свой развод больше, чем полгода.

Все резко изменилось 6 августа.

Алиса начала обвинять Алекса в шантаже, давлении и угрозах, а также заявила о том, что все это время была бизнес-партнером Алекса и ей принадлежит половина активов.

Тот, в свою очередь, обвинил бывшую супругу в том, что она хочет «раскрутить» его на деньги и использует для шантажа сына.

Редакция MC.

today рассказывает как счастливый брак превратился в пачку судебных исков, публичный скандал и споры о том, кому принадлежит ресторанный бизнес.

И разбирает, что делать, дабы избежать таких ситуаций и как из них выходить с наименьшими потерями.

Как начался публичный скандал – короткая предыстория.

В августе 2020 года Алиса написала публикацию, в которой обвинила бывшего мужа в шантаже и угрозах.

По ее словам, все началось после конфликта из-за оплаты школы для их сына – Куприяна.

«Мой муж вместе со своими юристами двое суток вынуждали меня подписать отказ от любых имущественных притязаний, шантажируя оплатой школы для ребенка».

По словам Алисы, Алекс заявил о намерении отобрать сына и имя, под которым Алиса начала собственную кулинарную школу «Система Купер».

Алекс и Алиса Купер.

На следующий день Алекс рассказал о своей позиции.

Он утверждает, что уйти из общего дома его попросила сама Алиса.

По словам ресторатора, все восемь месяцев он полностью содержал ребенка, несмотря на то, что Алиса периодически не давала ему видеть сына.

«Мне угрожают что я его никогда не увижу, блокируют в телефоне и даже когда удавалось договориться, встречу с ребёнком могли отменить когда он уже спускался в лифте ко мне», – написал Купер.

По словам Алекса, конфликт начался из-за требования Алисы оплатить сад для ребенка – $17 тыс.

в год.

Предприниматель предложил подписать документ, в котором его обязательства будут четко прописаны, на что получил отказ.

Сам он утверждает, что готов в судебном порядке разделить совместно нажитое имущество и полностью содержать сына Куприяна, но Алиса не всегда дает это сделать.

Как пример показывает переписку с удаленными сообщениями, в которых были счета на оплату.

Скриншот переписки.

Правда ли, что Алиса Купер владеет половиной ресторанного бизнеса.

Алиса настаивает на том, что за время брака стала бизнес-партнером Алекса.

Пара начала встречаться в 2015 году.

До этого Алиса работала маркетинговым директором в сфере фешн-ритейла, а Алекс уже открыл свое первое кафе – тогда это был небольшой гараж на заднем дворе одесского ресторана, в котором готовили бургеры.

«На момент начала нашей совместной жизни я зарабатывала больше, чем существующий на тот момент проект Алекса – кафе из поддонов, но меня не смущала эта ситуация.

Я всегда была самостоятельной», – рассказала Алиса в комментарии для MC.

Сам Алекс рассказывает, что на момент начала отношений с Алисой у него было несколько проектов, он строил рестораны в Днепре и Харькове: Cooper Burgers и Lambert Burger.

В мае 2016 года пара узнала о беременности Алисы.

Тогда она уволилась и переехала в Одессу к мужу.

Алиса рассказывает, что решение далось ей нелегко – в Киеве у нее была высокая зарплата и стабильность, а в Одессе – неизвестность.

Летом 2016 года открылся ресторан грузинской кухни Givi to Me.

Алиса утверждает, что деньги в его стройку и открытие частично вложила она – они ей достались от продажи ее квартиры в Харькове.

В комментарии для MC.

today Алекс подтвердил, что в то время Алиса и правда получила деньги от продажи своей доли в наследственной квартире.

По его словам, это было около $10 тыс., к этим деньгам она относилась как к своему личному запасу, и говорить, что эти деньги можно инвестировать в ресторан – смешно, потому что там речь идет о куда более значимых суммах.

Для открытия заведений Алекс Купер, по его словам, деньги Алисы никогда не использовал.

В посте об открытии ресторана Алекс Купер «благодарил ее за помощь в составлении концепции и работе с меню», но СМИ и блогеры писали, что ресторан открыл именно Алекс, без упоминания Алисы, как партнера.

Редакции MC.

today не удалось найти в интервью Алисы и Алекса до развода упоминания о том, что у них был общий ресторанный бизнес – основателем проектов всегда публично называли Алекса.

Алиса рассказывает, что публично не позиционировала себя как партнер потому что не думала, что за общее дело в принципе когда-нибудь надо будет бороться.

С Алексом таких договоренностей тоже не было.

По ее словам, у нее часто было ощущение, что она недостаточно хороша: «Я всегда должна была “еще более хорошо постараться”, чтобы иметь право на признание: быть более хорошей женой, более профессиональным руководителем, лучше водить машину, готовить, хорошо себя вести».

Алекс и Алиса Купер.

В разговоре с MC.

today Алекс несколько раз отметил, что ресторанный бизнес единолично развивал он – к Алисе он время от времени обращался за советами, как к близкому человеку.

О партнерстве речь, по его словам, никогда не шла.

today, близкий к ресторанному рынку, рассказал, что в Одессе Алису как партнера Алекса не воспринимали – по его словам, она не имела реального влияния на процессы и управление ресторанами.

Как бывшие супруги за несколько месяцев становятся врагами?.

Валерия Козлова, эксперт по глобальному мышлению и автор технологии EQ-Boost, считает, что разрыв супругов, которые вместе вели бизнес – это вдвойне травматично и болезненно, потому что рвутся одновременно две системы: партнерство в бизнес-системе и партнерство в семейной системе.

«Это очень крепкие связи, разрыв очень болезненный.

А когда идет боль решать проблему на рациональном уровне невозможно.

И в процесс включаются сильные эмоции, которые можно назвать иррациональным поведением», – говорит Валерия.

В ее практике были случаи разрывов, когда из-за боли эмоции становились неуправляемыми.

Супругам-партнерам по бизнесу, которые оказались в такой ситуации, Валерия рекомендует следующее:.

Разделить две системы: бизнес и семью;.

Помнить, что из-за эмоций начинается дескруктивное поведение.

Тот же шантаж – это попытка сделать больно.

Несмотря на стереотип, что в бизнесе не принято говорить об эмоциях, решить на рациональном уровне бизнес-вопросы, не учитывая отношений мужа и жены невозможно, – отмечает Валерия.

Валерия рассказывает, что в таких ситуациях часто появляются взаимные обесценивающие комментарии по поводу способностей в бизнесе.

Все это связано с обидами, которые рождаются в семейной системе между мужем и женой: либо подавленными, либо неосознаваемыми, либо осознанными.

Этот хаос будет бесконечным.

Получить результат, в котором муж и жена разведутся, мама и папа ребенка сохранят отношения, а бизнес-партнеры растянуться со взаимным уважением – возможно, но это очень трудно и дольше.

Создать конфликт который заведет всех в хаос, включая ребёнка, быстрее, но нужно ли это всем?.

Кто на самом деле развивал бизнес.

После Givi to Me открылся еще один ресторан – МАО.

Осенью 2016 года Алекс написал публикацию об открытии заведения.

В ней он тоже благодарил команду, в том числе, и Алису – за меню, вкусы и бар проекта.

По словам Алисы, денег на хороших топ-менеджеров часто не хватало, поэтому Куперы многое делали сами – сама Алиса днем училась на повара, а ночами разрабатывала меню для будущего заведения.

Позже, уже на последних сроках беременности, она начала работать на кухне ресторана.

В коротком декрете Алиса, по ее словам, продолжала удаленно работать над проектами.

«Мы и разделили роли: Саша – креативный человек, я системный.

Саша очень быстро строит, управляет финансами, решает юридические вопросы.

Я же отвечала за гостеприимство, маркетинг, PR, разрабатывала меню и сезонные предложения, участвовала в проработках, ставила задачи поварам», – рассказывает Алиса.

Алиса рассказывает, что вначале она занималась многими операционными вопросами: проработкой меню, концепциями ресторанов, социальными связями и глобальными вопросами: «В начале на “Рынок Еды” в Одессе были готовы зайти только шашлычники, а на киевском рынке ресторанов никто особо не хотел разговаривать с неизвестным одесситом».

Алекс опровергает эту информацию – по его словам, на Kyivfoodmarket изначально хотели попасть многие – потому что Купер с самого начала создавал его с популярной ресторанной семью La Famiglia.

Редакции MC.

today Алиса прислала скриншоты переписок с Алексом.

В них они действительно обсуждают рабочие вопросы: внешний вид и наполнение меню, вкус блюд, форму официантов и так далее.

После публикации материала Алекс добавил, что один из присланных Алисой скриншотов – действительно из презентации концепции «Городского рынка еды».

Но, по его словам, ее делал маретинговый директор Виктор Шолошенко и его жена Наталия Ковригина – Алекс также прислал редакци MC.

today несколько скриншотов переписок об этом.

Доходами от бизнеса, по словам Алисы, управлял Алекс: «В среднем только “Молодость” в Одессе в месяц приносит $30 тыс.

прибыли, одесский рынок за первые два года посетило 1,7 млн человек при среднем чеке 250 грн.

Алекс реинвестировал прибыль в новые проекты.

Были моменты, когда, чтобы продолжить стройку мы выгребали просто все из кассы, что заработали за день», – поясняет Алиса.

Алиса прислала в редакцию переписку, в которой пара обсуждает заполнение документов для получения английской визы.

В ней на вопрос жены «Сколько ты зарабатываешь в год?» Алекс отвечает: «15 млн грн., но смотря как считать – задекларировано около 3 млн.

грн.» (предоставленная переписка – за 2018 год, прим.

По словам Алисы пара почти ничего не фиксировала юридически – изначально это никому не пришло в голову, потому что проекты были маленькие и не приносили больших денег.

Потом большую часть прибыли стали вкладывать в новые проекты.

«Не покупали ни квартир, ни домов — все в рост и развитие.

Часть наших торговых марок, интеллектуальной собственности, зарегистрирована на меня, часть на Алекса», – добавляет Алиса.

Алекс, в свою очередь, утверждает, что на Алису не зарегистрированы никакие ТМ.

А присланные редакции скриншоты – это поданные месяц назад заявки.

Бренд Cooper он, по его словам, зарегистрировал еще в 2010 году и как раз недавно оплатил его продление.

Скриншот письма по поводу торговой марки.

Алиса утверждает, что за время, которое пара провела в официальном браке, были построены: «Молодость Одесса», Givi to Me, «Пышечная», «Мао» (сейчас закрыт), Odessa.

Market, «Любимая, тебе брать», «Тихий Летний», Kyiv.

Market и «Молодость Киев».

Алиса считает себя автором концепции «Молодости».

Она предоставила редакции MC.

today отправленное Алексу письмо, в котором детально описывает детали, по которым «Молодость» работает и сейчас.

Алекс Купер пишет противоположное – о том, что «Молодость» он придумал еще в 2014 году (он даже прислал скриншот с публикацией о проекте в Facebook за осень 2014 года).

Письмо же, по его словам, он писал сам и отправлял себе с компьютера Алисы.

Публикация Алекса.

В своей сентябрьской публикации Алекс пишет, что: «Алиса никогда не управляла моим бизнесом, не создавала и не разделяла со мной никаких рисков, не то что “системное управление”, она не была ни на одном совещании».

Предприниматель добавляет, что его бывшая жена управляла только домашним персоналом и даже не знает имена сотрудников его ресторанов.

И то, что в начале отношений он пытался приобщать Алису к бизнесу и даже открыл ей собственный проект с азиатской кухней – Mao.

По его словам, она не захотела им заниматься и ресторан закрылся.

Купер признает, что он обсуждал с Алисой рабочие вопросы, но только как с женой – и это не делает ее партнером по бизнесу.

Алиса требует от Алекса $400 тыс.

в год – чем она мотивирует эту сумму.

Ресторатор уверен, что его бывшая жена требует для заключения мирового соглашения нереальные суммы.

Он утверждает, что Алиса знает о доходах от бизнеса только из случайно услышанных разговоров и выполнить ее требования нереально физически.

«Алиса хочет около $400 тыс.

в год на содержание ребёнка, кучу всего другого, личное содержание Алисы в размере $48 тыс.

в год (почему-то только первые три года) и взамен предлагает прекратить медиа атаку», – пишет Алекс.

Кроме этого, он выложил скриншот сообщения Алисы, в котором она перечисляет другие свои требования.

Алиса считает что Алекс спекулирует суммами: «Алекс публикует куски переписки, в которой идет речь о покупке одежды ребенку на год.

Мне странно, что я вообще должна объяснять стоимость одежды ребенка – это не про бизнес история, извините, это попытка выставить дело так, будто я требую куртку из крокодила.

Там не $400 в год, а $300 тыс.

– это разовая выплата квартиры сыну».

По словам Алисы, заявленная ей сумма – это 25% от семейного бюджета.

Месячный семейный бюджет Куперов, по ее словам, составлял около $30-40 тыс.

Алиса поясняет на что уходили деньги.

«Статьи трат такие же, как и при бюджете $10 или $20 тыс.

Просто чеки растут и ты не замечаешь.

Можно поужинать за 2000 грн., а можно в Catch (киевский ресторан морепродуктов, прим.

ред.) сходить за 20 тыс.

на ужин.

Аренда двух дорогих квартир (Киев и Одесса), водитель, няня, личный ассистент, домработница, улететь на выходные в Лондон, машины мужа», – рассказывает она о семейных тратах.

«По закону ребенок не должен потерять в качестве жизни, потому что папа решил развестись.

Он должен ходить в хорошую школу, жить в своей отдельной комнате и не экономить на зимних ботинках.

На сегодняшний момент родитель, который за это отвечает — я одна», – пишет Алиса и добавляет, что на данный момент Алекс никак финансово не участвует в жизни сына.

Она утверждает, постоянно получает от Алекса новые иски в суд – их уже около 10.

В частности, по ее словам, бывший супруг пытается отсудить у нее ребенка и имя, под которым она открыла кулинарную школу.

Сам Алекс говорит, что на такие деньги он никогда не жил.

«Есть бизнес деньги и есть деньги которые ты тратишь на себя.

Это принципиально разное.

Бизнес может тратить сколько угодно, но это не значит что у тебя есть деньги хоть какие-то», – говорит Купер.

По его словам, семейный бюджет Куперов был около 300 тыс.

грн в месяц.

Купер уточняет – речь идет о сотнях тысяч долларов.

Чей бизнес по закону?.

На кого оформлен бизнес с юридической точки зрения предприниматель не комментирует.

Он говорит, что готов принять решение суда о разделе совместно нажитого за годы брака имущества.

По словам Алисы, сама она все годы брака она полностью доверяла мужу юридические вопросы.

Поэтому теперь, во время подготовки к судам многое стало для нее сюрпризом.

«Мои адвокаты столкнулись с тем, что по факту успешный предприниматель ничем не владеет.

Выяснилось, что никакого Алекса Купера не существует ни на Рынке Еды, ни в Молодости.

Группа ФОПов-арендаторов заключает контракты с ТОВ, оформленным на подставных лиц.

Те в свою очередь являются контрагентами еще одного ТОВ, снова оформленного на подставных лиц и в конце этой цепочки стоит собственник здания», – рассказала Алиса.

Алекс и Алиса Купер.

Что говорят юристы о разделе бизнеса?.

Валентина Литвин, адвокат адвокатского объединения «Барристерс» рассказывает, что с юридической точки зрения любой бизнес – это одно или несколько связанных между собой юридических лиц.

И в подобных спорах бизнес остается тому из супругов, кто владеет корпоративными правами в этих лицах.

В практике Верховного Суда, корпоративные права в суде не делят.

Тот из супругов, кто не является их владельцем, имеет право только на выплату, в размере половины от уставного капитала лица.

«Суд может отойти от равенства долей если другой супруг докажет суду, что он потратил большую часть денег на создание юридического лица (для формирования уставного капитала).

В таком случае второму супругу могут присудить в качестве компенсации весь уставной капитал», – говорит Валентина.