В Казахстане 90% госуслуг в онлайне, можно ездить без прав и взять ипотеку по блокчейну. Интервью с министром цифрового развития Багдатом Мусиным: как им все это удалось

Багдат Мусин – министр цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан. Вот уже более 15 лет Багдат вместе со своими коллегами вносит вклад в строительство абсолютно другого Казахстана: цифрового и суперсовременного. 

Он участвовал в создании приложения, в котором доступны все личные документы. Там же можно проверить свои пенсионные накопления и подходят ли они для участия в различных госпрограммах, например, по приобретению жилья и так далее. По инициативе молодого министра всем дорожным полицейским выдали планшеты, а уголовные дела перевели в электронный формат.

Багдат лично знаком со своим украинским коллегой Михаилом Федоровым. Они вместе работают над одной целью – создают цифровое государство, делятся опытом и обмениваются идеями. С Федоровым их объединяет и одинаковый подход к руководству министерством и управлению проектами, в центре которых человек.

Совладельцы MC.today Тимур Ворона и Вера Черныш узнали, как Багдат помог Казахстану превратиться в цифровую страну, как ему удается бороться с бюрократией и коррупцией и делать так, чтобы все работало не «для галочки».

Как мы строили электронное правительство

Наверное, как и все дети, с детства я любил технологии. Когда мне было 14 лет, у нас было свое интернет-кафе с тремя компьютерами. Но популярностью в нем пользовалась лишь одна услуга: отправка электронных писем. В 1998 году многие казахстанцы уехали за границу и хотели поддерживать связь с родственниками на родине. Общаться по телефону было дорого – вот я и помогал отвечать на электронные сообщения. 

После окончания университета им. Сулеймана Демиреля по специальности «Вычислительная техника и программное обеспечение» я переехал в Нур-Султан. Там с командой акционерного общества «Национальные информационные технологии» мы начали работать над программой электронного правительства. При этом толком объяснить, как это сделать, никто на тот момент не мог. 

Какое-то понимание, что нужно делать, пришло во время командировки в Южную Корею в 2006 году. Тогда мы впервые увидели справку, которую выдали  через интернет. По своей легитимности (законности. – Прим. ред.) она ничем не отличалась от традиционной бумажной. Стало очевидно: нужно сделать так, чтобы люди могли получить максимальное количество услуг самостоятельно и онлайн. 

Первым этапом создания электронного правительства стала оцифровка базы данных физических лиц: каждому человеку мы присвоили идентификационный номер. Теперь вместо уймы документов важными были только два: паспорт и идентификационный код. Параллельно мы создавали цифровую базу юридических лиц, а позже – электронный реестр недвижимости.

Мы не бились головой о стену непонимания – мы начали эту стену ломать. Причем как в переносном, так и в прямом смысле. Для того чтобы люди могли комфортно получать госуслуги, мы полностью пересмотрели подход к обслуживанию. Так мы убирали стены и перегородки в госучреждениях, а им на смену пришли удобные столы, стулья и диваны. Обслуживание, в котором клиент стоит за стойкой, стало частью истории.

Когда мы решили создать единый кадастр недвижимости, многие директора БТИ (бюро технической инвентаризации. – Прим. ред.) были категорически против. Они хором начали ругать те информационные системы, которые мы выстраивали на протяжении двух лет. Их реакция была понятной: только одна справка на черном рынке стоила тогда $100, а их выдавались миллионы. 

Как только основные базы были оцифрованы, мы поняли, что можем и должны бороться с коррупцией, сокращать время обслуживания и создавать комфортные условия, чтобы люди быстро получали госуслуги. 

Для этого мы создали специальные центры обслуживания – one-stop shops. В них можно было зарегистрировать человека, недвижимость или автомобиль, то есть получить любую госуслугу. Это были первые результаты программы цифровизации Казахстана. 

Онлайн-услуги не «для галочки»

В 2010 году я перешел в Министерство связи, но все равно продолжил развивать идею электронного правительства в новой команде профессионалов.  Они, как и я, хотели максимально облегчить жизнь казахам. На тот момент нашей амбициозной целью было перевести 90% государственных услуг в онлайн. 

Здесь не обошлось без сложностей. Некоторые госорганы начали это делать «для галочки» – просто чтобы на сайте появилась кнопочка. Вроде бы онлайн-услуга есть, но по факту люди все равно приходили в ту или иную службу. Мы изменили цель: теперь нужно было не просто автоматизировать 90% услуг, а оказывать их онлайн. 

Для этого мы переписали все процессы. Многие руководители государственных организаций тогда сильно упирались – не принимали новое, и поэтому весь процесс внедрения был под пристальным наблюдением премьер-министра страны. 

На тот момент нам важно было быстро оцифровать максимальное количество процессов. Так мы создали более 400 информсистем. Количеством взяли, а про качество на тот момент думать не было времени. 

Пандемия укрепила понимание: в работе с информсистемами нужно что-то менять. Например, если объединить и интегрировать отдельные информсистемы, это поможет лучше ими управлять. Мы сменили вектор с количества на качество. Такая платформенная модель в управлении позволяет наводить порядок в данных: создавать понятные и простые бизнес-процессы. Это заметно облегчает работу многим госорганам и службам.

Часть технических заданий мы отдаем на аутсорсинг (передача определенных задач третьим лицам. – Прим. ред.). И, кстати, я согласен с мнением, что госслужащие прежде всего должны заниматься законами и создавать новые проекты по поддержке и развитию экономики страны, а частные компании – получать госзаказы на IT-разработки и внедрять их. 

Как создавался супермаркет посылок по всей стране 

В 2014 году мне предложили пост председателя правления национального почтового оператора «Казпочты». В тот период «Казпочта» была неповоротливой огромной компанией с изжившими себя процессами и вертикальной иерархией. 

Работы предстояло много, и задачи были масштабные, но нам удалось собрать сильную команду, которая создавала и внедряла инновации.

Многие идеи появлялись случайно. Однажды мы обсуждали очередную задачу по оптимизации пространства в отделениях. Тогда один из сотрудников рассказал, что ему жалко отправлять обратно посылки, которые люди не забрали. У него родилась идея арендовать за городом ангар, пронумеровать полки и отвезти туда все незабранные посылки.

Позже мы с командой доработали эту идею – так появился супермаркет посылок. У людей появилась возможность находить свои посылки даже спустя долгое время. Причем они могли это делать самостоятельно – без помощи сотрудника почты.

Сегодня со специальным номером люди могут приходить в этот супермаркет, самостоятельно находить свою посылку на полке и забирать ее. Для этого нужно показать удостоверение личности и оплатить ее.

Сейчас таких супермаркетов около 100 по стране, если мне не изменяет память. 

А еще мы запустили почтоматы: когда человеку вообще не нужно приходить в отделение, а можно забрать посылку в ближайшем к его дому месте, где установлен почтомат. Тогда люди говорили: «Ничего себе! Оказывается, так можно предоставлять услуги!»

Все дорожные полицейские в Казахстане получили планшеты

Спустя два года генпрокурор предложил мне поработать в генеральной прокуратуре Казахстана. Задачи были сложные, но выполнимые. 

Одна из первых идей, которую нам удалось реализовать: сотрудники полиции стали выписывать штрафы на планшете. Раньше они должны были повсюду возить с собой папку с кипой бумаг и заполнять их, а затем после возвращения на рабочее место еще и перепечатывать все с бумажек на компьютер.

Когда нам говорили, что выписывать штрафы на планшете незаконно, я и моя команда упорно стояли на своем. Тогда генеральный прокурор поддержал нас. Как результат, сегодня штраф выписывается за две минуты, а полицейским больше не надо возиться с папками и бумажками. 

За полтора года нам удалось оцифровать и уголовные дела. Сегодня около 40% уголовных дел ведется полностью в электронном формате. Все, что следователь записывает со слов, он обязан отсканировать. Для чего это делается? Чтобы не было подлога показаний – все сохраняется в базу данных. 

Как цифровые документы все-таки заменили бумажные 

Когда в 2016 году я рассказывал о том, что скоро не нужно будет ходить с бумажными документами, многие считали это сказкой. В мае прошлого года в Казахстане приняли закон: теперь цифровые документы имеют такую же силу, как пластиковые или бумажные. Причем европейские страны только начали обсуждать такую возможность, позже и в Украине заявили, что собираются внедрять документы в электронном виде.

В Казахстане цифровые документы доступны на сайте eGov.kz и в приложении eGovMobile. Раньше в этом приложении была не совсем удобная авторизация, поэтому мы выбрали самый простой способ  – биометрия или FaceID. Не все понимали, что такое электронные ключи и где они хранятся. 

Например, в моем eGovMobile загружены: паспорт, свидетельство о заключении брака, права, свидетельства о рождении детей, результат ПЦР-теста. Паспорт вакцинации у нас только электронный – в другом виде его просто не существует. 

Сейчас водители в Казахстане уже могут ездить без водительского удостоверения, техпаспорта и страховок. Если его остановит дорожный патруль, то полицейский будет видеть все на планшете. 

Цифровые документы сегодня принимают крупные отделения банков и нотариусы. Мы фактически с нуля построили инфраструктуру в аэропортах, чтобы там могли проверять QR-коды. Наша цель: внедрить обслуживание по цифровым документам в шести аэропортах до конца августа. Так к осени еще больше аэропортов смогут обслуживать пассажиров по цифровым паспортам. 

Вообще тема цифровых документов для меня – личная. Все началось с того, что я забывал несколько раз свое удостоверение и вспоминал о нем уже в аэропорту. Вот так и родилась идея иметь все необходимое в смартфоне, который вряд ли можно забыть, когда выходишь из дома.

В Казахстане можно оформить ипотеку, не вставая с дивана

Недавно мы проанализировали, как в нашей стране получают ипотеку, и пришли к выводу, что процесс можно практически полностью перенести в онлайн. Мы это сделали благодаря блокчейн-технологиям и большому желанию участников рынка. Сейчас оформить ипотеку по блокчейну можно в двух банках, причем один из них автоматизировал этот процесс полностью.

Теперь ипотека выдается в течение дня со всеми необходимыми регистрациями.

К 2025 году многие государственные услуги будут предоставляться за пять минут

Сейчас передо мной как перед министром цифрового развития стоят еще более амбициозные цели, чем раньше. Прежде всего мы строим платформу GovTech, которая помогла построить смарт-систему с корректными данными, дружественную для пользователей и с удобными процессами.  

Например, сейчас в поликлиниках медперсонал может использовать сразу несколько информационных систем: им приходится вносить одни и те же данные в разные системы. Так данные пациентов дублируются или хранятся в разных базах. Процессы разрознены, а должны быть в одной системе. Этот платформенный подход позволит нам обращаться только к одной базе для поиска ответа сразу на несколько запросов и даст конкретную информацию о пациенте.

Еще мы постоянно пересматриваем уже существующие сервисы, услуги и процессы. В прошлом году мы убрали 18 видов справок, в том числе и по недвижимости. Зачем они? Доступ к информации должен быть в онлайне для тех, кому необходимы эти справки. Справку больше не нужно спрашивать у того, кто обращается, госорганы смогут получить к ней доступ по ИИН человека (индивидуальный идентификационный номер. – Прим. ред.) с его разрешения.

Проблем и задач еще немало, но мы их решаем. Сегодня они возникают, если так можно выразиться, из-за ошибок прошлого: неправильного управления проектами и ошибочных ожиданий. Так получается, когда заказчик с подрядчиком разговаривают на разных языках или когда решение меняется на ходу. 

Сейчас перед нами стоит большая задача по проверке актуальности данных. Мы работаем над тем, чтобы, например, не «всплыла» в базе машина, которую человек давно продал, а на нее все еще начисляется налог.

Вот еще какие задачи стоят перед нами для развития диджитализации, в том числе программы «Цифровой Казахстан»:

1. Сократить время, которое люди тратят на оформление различных справок и документов. Например, вы купили квартиру: нотариус внес изменения в реестр. А теперь информация о смене владельца должна поступить и в другие службы: по воде, газу и свету. Такой подход мы называем проактивным. Человек один раз пришел переоформить недвижимость, а информация ушла сразу в 10 инстанций. Более того, он этого даже не заметил. Это уже не электронное правительство, а так называемые «невидимые услуги». Обычная жизненная ситуация, например переезд, не должна отнимать массу сил и времени на оформление всех документов. Я надеюсь, что уже к 2025 году 50% государственных услуг в Казахстане будут предоставляться за пять минут.
2. Упростить уже существующие услуги. Например, ситуация рождения ребенка. Мы полностью автоматизировали процесс: с момента регистрации в поликлинике по факту беременности и до того, когда ребенка ставят в очередь в детский сад. За это время будущая мама обменивается с государством SMS-сообщениями шесть раз. Мы хотим сократить всю цепочку до одного сообщения или даже пуш-уведомления. 
3. Ускорить процесс вывода новой услуги. Сегодня на подготовку новой услуги уходит от четырех до шести месяцев. А мы хотим, чтобы эта процедура занимала две недели. Например, президент поручил выдать пособие всем матерям детей до одного года. Мы максимум за неделю должны проанализировать базу и назначить пособия. 
4. Сделать так, чтобы 50% государственных услуг предоставляли частные компании. Например, сегодня через приложение банка Kaspi.kz всего за пять минут можно продать автомобиль. Для этого государство передало банку данные автомобильного реестра по системе OpenAPI (Application Programming Interface, открытый программный интерфейс приложения. – Прим. ред.). Нам важно, чтобы госуслуги были доступны людям через понятные и удобные им каналы. Так мы будем расширять количество партнеров среди коммерческих компаний. Конечно, если они смогут соответствовать требованиям информационной безопасности по оказанию госуслуг.
5. «Раскачать» IT-индустрию и выпустить 100 тыс. IT-специалистов в течение пяти лет. Большинство казахстанских IT-специалистов сегодня занимаются внутренними проектами. Государство же заинтересовано, чтобы они работали на зарубежные компании, а выручку тратили внутри страны. Курс местной валюты такой, что на $2 тыс. в Казахстане можно хорошо жить. Сейчас ребята делают классные продукты, но у них нет мотивации выходить за пределы внутреннего рынка. Мы очень заинтересованы изменить эту ситуацию. К сожалению, уровень 80% выпускников технических вузов сегодня низкий. Выпускники таких вузов не работают по специальности. Так не должно быть! Мы решили поддерживать частные IT-школы: с 20 из них мы будем сотрудничать по ваучерной системе: государство частично берет на себя оплату учебы некоторых студентов с условием, что человек обязательно окончит школу и получит диплом джуниора (младшего специалиста. – Прим. ред.).
6. Развивать венчурный бизнес. К сожалению, в Казахстане, как и во всех странах СНГ, мало предпринимателей, которые могут заниматься венчурным бизнесом (связанный с долгосрочным финансированием новых идей. – Прим. ред.). Как правило, они заработали свой капитал в традиционных сферах: нефть, недвижимость и добыча горных руд. Им тяжело переключиться на другую область. Вот почему мы создали AstanaHub и привлекаем сюда зарубежных бизнесменов, в том числе из Украины и Беларуси. Здесь хорошие налоговые условия, а все споры решаются по английскому праву – такого нет ни в одной стране на постсоветском пространстве. 
7. Создать единую медицинскую базу. Сейчас в медицине у нас несколько информационных систем, а хотелось бы одну. В ней должны быть собраны все данные о здоровье человека: так, чтобы из любой точки страны можно было открыть медицинскую карту человека. Пусть данные ездят за человеком, а не он за ними. 

На самом деле, общество ждет инноваций и к новому люди привыкают очень быстро. Специальных исследований мы не проводили, но и без них понятно, что каждая сэкономленная минута – экономически выгодна стране: так человек не отпрашивается с работы и более продуктивно проводит свое рабочее время. Отсюда и главная мотивация для нас, сотрудников госслужб, – желание сделать что-то полезное для своей страны, для своих семей и в конечном счете для самих себя.