Интервью музыканта Алексея Ботвинова, организатора фестиваля Odessa Classics

Алексей, в этом году вы расширились и впервые проводите осенние сезоны в рамках Odessa Classics?.

Да, для нас это новый опыт и довольно распространенная практика для всего мира.

Например, знаменитый фестиваль классической музыки в Люцерне, кроме основного летнего сезона, проводит осенние и весенние, и они пользуются большой популярностью у публики.

Мы начинаем с двух концертов, а там посмотрим.

На фестивале Odessa Classics очень высокий уровень приглашенных исполнителей.

Кто приедет в вам в сентябре?.

18 и 19 сентября будет выступать Литовский Национальный симфонический оркестр.

Приезд такого большого коллектива в Украину – само по себе событие масштабное.

Дирижировать оркестром будет Гедиминас Гелготас – один из самых интересных молодых европейских композиторов.

В прошлом году Гедиминас приезжал на наш фестиваль со своим проектом New Ideas Chamber Orchestra Nico – редкий случай, когда кроссовер-проект реализован на невероятно высоком музыкальном уровне.

Кроссовер скорее не по музыке, а по манере подачи: все срежиссировано, присутствует хореография и элементы театрального действа.

Создается ощущение, что присутствуешь на рок- или поп-концерте.

Nico произвели фурор, и в этом году я хочу показать зрителям их еще раз.

Это будет 18 сентября, а 19-го выступит симфонический оркестр с несколькими солистами: ваш покорный слуга, литовская скрипачка и виолончелист.

А каким будет репертуар концерта?.

Репертуар относится к современному, очень популярному направлению recomposed.

Самый известный его представитель – Макс Рихтер, создавший Vivaldi Recomposed.

Есть и другие авторы – Питер Грегсон.

Кстати, он приедет на Odessa Classics Autumn Seasons.

Его музыка хорошо известна публике: он написал саундтреки к сериалам «Новый Папа» Паоло Соррентино и «Бриджертоны», сотрудничал с модными брендами Balenciaga, Ralph Laurent, с мировыми балетными студиями.

Питер сочинил вариации на тему Баха.

Также будет исполняться «Бетховен.

Опус 2020» Макса Рихтера, одно из его последних сочинений.

В Одессе пройдет премьера, я буду солировать.

Программа очень интересная, это направление будет активно развиваться – я уверен, потому что recomposed уже имеет большой успех.

У фестиваля несколько целей: с одной стороны, показать публике качество артистов высокого уровня, которые впервые посещают Украину.

С другой – у нас есть образовательная миссия – дать публике услышать что-то новое, привлечь внимание.

Что определяет выбор того или иного произведения, которое прозвучит на фестивальной сцене?.

О, это пазл, который я составляю как стратег.

У фестиваля несколько целей: с одной стороны, показать публике качество артистов высокого уровня, которые впервые посещают Украину.

С другой – у нас есть образовательная миссия – дать публике услышать что-то новое, привлечь внимание.

Сегодня я могу поставить в программу и современную классическую музыку.

Раньше это было рискованно.

Сейчас есть доверие к моему выбору, слушатель готов услышать что-то нетрадиционное.

Публика готова к экспериментам?.

Уже да.

В этом году на фестивале было несколько мировых премьер: это Тан Дунь, китайско-американский композитор, Беньямин Юсупов из Израиля, и Айрат Ишмуратов, канадский композитор.

Все три произведения прошли на ура.

Я считаю что это достаточно много для фестиваля – три таких больших музыкальных полотна.

Еще исполняли Альфреда Шнитке, в том числе его Первую скрипичную сонату, очень авангардную.

В первый-третий год я не рискнул бы ставить такие произведения в программу.

Теперь публика готова и воспринимает замечательно.

Как, по-вашему, помолодела ли публика? Знаю, что на мировых фестивалях существует проблема старения аудитории….

Да, помолодела.

Наша публика замечательная, и мы очень гордимся этим.

На ведущих европейских фестивалях, конечно, средний возраст 60-70 плюс… А у нас ходят и с детьми, вот недавно спрашивали, можно ли привести двухлетнего ребенка.

Мы рады всем (смеется).

Но вообще – да, много молодежи, и каждый артист, приезжающий к нам на фестиваль, удивляется, спрашивает: как вам это удалось?.

Это внушает надежду на будущее….

И это то, чему могут поучиться у нас наши европейские коллеги.

В контексте нового поколения, расскажите о Конкурсе молодых исполнителей, который вы организовали.

Этот конкурс – дань памяти моему первому педагогу Серафиме Леонидовне Могилевской, которая привела меня в музыку и которой я очень, очень признателен.

Хотелось сделать конкурс не международный, а всеукраинский, некий смотр нашей талантливой молодежи, где они будут иметь возможность себя презентовать.

Участие в конкурсе бесплатное, и кроме денежного приза, мы даем возможность победителю выступить на Потемкинской лестнице в рамках Odessa Classics.

Вспоминаю себя: это было просто счастье – выступить перед многотысячной аудиторией.

Нас считают очень честным конкурсом, я согласен с каждой оценкой лауреатов.

Специально не вхожу в состав жюри, чтобы исключить свое влияние на выбор победителя.

Я доверяю этим людям, они очень авторитетны.

Так что мы даем шанс показать себя действительно талантливой молодежи.

Это важно.

Развитие музыкальных конкурсов поможет этому?.

Да, сейчас у нас конкурсов становится все больше.

Когда я учился, их почти не существовало, сложно очень было попасть.

А сегодня студент может попробовать себя на разных уровнях; есть фонды, которые поддерживают, финансируют такие проекты.

Стало больше публики, да и бизнес-элита разворачивается потихоньку, понимая, что это престижно и важно.

Раньше существовало мнение, что классическая музыка – удел узкого круга, а сегодня есть позитивные процессы.

Классика стала более популярной за последние годы?.

Да, и я это чувствую! Стало больше публики, да и бизнес-элита разворачивается потихоньку, понимая, что это престижно и важно.

Раньше существовало мнение, что классическая музыка – удел узкого круга, а сегодня есть позитивные процессы.

В рамках популяризации фестиваля Odessa Classics даете выездные концерты?.

Перед началом карантина в Киеве прошел концерт с Бурханом Очалом Odessa Classics в Киеве, перкуссионистом, моим многолетним партнером.

Скоро возобновим подобные концерты.

С чего бы вы посоветовали начать знакомство с серьезной классикой?.

Я делал много проектов с видео, и эта история очень эффективно работает для молодежи, для новичков в мире классики.

Когда добавляется видеоряд, это помогает восприятию: мне кажется, частично оттого, что в наших концертах для одесской публики используется этот прием, у нас так много почитателей.

Молодежь все-таки привыкла воспринимать музыку в клипах.

И когда они убеждены, что филармония – это скучный зал, где нет шоу, где в молчании сидят люди и играет музыка, они думают: «Нам скучно» – и просто не доходят, упуская шанс услышать живьем мощное выступление.

А когда мы предлагаем такой антураж, который похож на поп-концерт – есть свет, видео ряд, – то удается кого-то заманить (смеется).

После концерта звучит всегда одна и та же фраза: такая классика нам нравится, мы же не знали.

Одна и та же эмоция возникает, потому что музыка невероятно сильно воздействует, и надо ей дать шанс.

За 12 лет разница колоссальная: сегодня ходят не только студенты консерватории, но и просто молодежь, которой нравится музыка.

Можно послушать образовательные программы – например Михаил Казиник, прирожденный рассказчик, с которым мы записали цикл «В свободном полете».

Я видел, как он заходил в аудиторию, к публике которая кричала: у-у-у-!, а через 15 минут с восторгом слушали его рассказ.

Сейчас в You.

Tube есть много интересного.

Ну и конечно самые популярные – Моцарт, Бетховен, все это способствует развитию.

Планами на фестиваль 2022 года уже можете поделиться?.

Планами? У нас уже готова вся программа, но огласить пока не могу.

Мы обнародуем ее уже перед продажей билетов – до пандемии это было за полгода до начала, – в лучших европейских традициях.

Сейчас все более шатко: стартуем за пару месяцев до даты.

Сложно предугадать, сколько зрителей можно принять.

Мы с волнением ждем.

После Евгения Кисина планка поднята очень высоко.

Может, есть кто-то, кого бы вы хотели пригласить? Возможно, не в следующем году, но в принципе, на фестиваль.

С приездом Кисина, конечно, первый круг мечтаний был реализован.

Хоуп, Венгеров, Майский, Репин, сейчас большой симфонический оркестр приезжает.

Мне хотелось бы еще привозить большие коллективы в страну.

Так что пойдем по большому кругу.

Вокалистов первого уровня хочу добавить.

На фестивале есть система абонементов?.

Да, до карантина такая система была, сейчас сложнее – надо понимать, сколько гостей мы можем принять.

В этом году их было мало, это самые преданные наши почитатели.

Людям приятно сидеть на одном и том же месте в зале, чувствовать свою сопричастность.

В будущем надеемся вернуться к этому – те, кто интересуются, раскупали в первые недели все абонементы.

Открытие сезонов в Ла Скала – главное социальное событие в Италии, оно имеет не только культурное, но и политическое значение.

Любой таксист в Милане знает о нем.

Это в принципе повышает статус культуры.

Вообще фестиваль – такой сплав классических концертов и социальных ивентов….

Да, и это нормально.

Большинство мировых фестивалей существует за счет меценатов: светский статус дает больше возможностей.

Например, открытие сезонов в Ла Скала – главное социальное событие в Италии, оно имеет не только культурное, но и политическое значение.

Любой таксист в Милане знает о нем.

Это в принципе повышает статус культуры.

Мы благодарны людям, которые приходят к нам как на светский раут – красивые, нарядные.

Ведь они все равно остаются послушать классику – и в большинстве случаев остаются.

В рамках фестиваля кроме видеоинсталляций делаете какие-то арт-коллаборации?.

Мы организуем художественные выставки.

В год открытия первого фестиваля открылась персональная выставка Александра Ройтбурда – и это, как ни странно, была его первая персональная в Одессе.

До этого он участвовал в групповых выставках, и хотя все его знали, в больших музеях это случилось впервые.

Я очень люблю живопись, у нас были одесситы – Гусев, Рябченко, Егоров в прошлом году, киевляне – Савадов и Сидоренко.

Будем продолжать.

В следующем году планируем сделать две выставки – персональную и общую.

А какие планы личной концертной деятельности?.

Буду открывать фестиваль в Баварии, в Аугсбурге – фестиваль «Моцарт Аугсбург» с Мюнхенским камерным оркестром.

В октябре у меня концерт в Тонхалле – после Одессы это мой любимый зал в Цюрихе, XIX века, с одной из лучших акустик в мире.

Он был четыре года на реконструкции, все очень ждут его открытия, и вот у меня одно из первых выступлений там.

Вообще в этом сезоне я в Тонхалле даю несколько концертов – на сольном, которого с нетерпением жду, буду играть кроме прочего Сильвестрова.

Вообще всегда при возможности я стараюсь поставить в программу Алемдара Караманова или Валентина Сильвестрова.

А как международная публика их воспринимает?.

Хорошо, очень хорошо.

После каждого концерта слышу: «Вау, какие интересные композиторы!» Их мало знают.

Сильвестрова больше, его записей много – не только в интернете но и на престижных музыкальных лейблах, а вот Караманова меньше (впрочем, как и у нас).

Яна Фрейдлина тоже почти не знают, но когда он исполняется, принимают очень тепло.

Такая миссия – показывать современную украинскую классическую музыку.

А Мирослава Скорика?.

В основном диаспора хорошо знает, а так нет.

Если бы «Мелодия» была для фортепиано — обязательно бы играл, она совершенно гениальная, потрясающая музыка, и наши оркестры ее часто исполняют.

Но как пианист я выбираю произведения, чтобы максимально раскрыть красоту современной украинской классической музыки.

Большое значение имеют записи на профессиональных лейблах – они служат своеобразным ориентиром для ценителей.

Может, не все нравится, но слушают.

Мы на одесском фестивале тоже приложили усилия, чтобы познакомить публику с украинской классикой.

В прошлом году был юбилей Бетховена, и хотя все события проходили немного сжато, мы с Дэниелом Хоупом, руководителем Цюрихского симфонического оркестра и председателем Бетховенского дома,задумали и заказали Сильвестрову аллюзию на бетховенскую тему.

Она называется «Пасторалии», написана в замечательном сильвестровском стиле и состоит из девяти пьес для скрипки и фортепиано.

Ее сначала исполнили в Бетховенском доме онлайн, а потом у нас в Одессе на фестивале.

Дэниел Хоуп – постоянный гость на Odessa Classics?.

Он наш постоянный артист-резидент, можно сказать, посол фестиваля.

Мы часто выступаем вместе, и на каждом концерте по всему миру он с восторгом рассказывает о нашем фестивале – он великолепный рассказчик.

Всегда приглашает коллег – и многие приезжают, вдохновленные его увлекательными рассказами.

Вклад Хоупа в популяризацию фестиваля огромен.

Ему нравится играть Сильвестрова, он считает его гениальным современным композитором и включает его произведения в свои оркестровые программы.

Как вообще обстоит дело с фестивальным движением в Украине?.

Мы были первыми в 2015 году, но за нами подтягиваются другие.

В Харькове есть хороший фестиваль, во Львове, в Киеве, они развиваются в достойном европейском ключе.

Я рад, что начали появляться конкуренты, – когда мы только начинали, это казалось экзотическим событием, а сейчас культурный фон расширяется.

После концерта в Аккерманской крепости хочу спросить о концертах под открытым небом или даже о самостоятельных фестивальных мероприятиях.

Вспоминаю фестиваль в Брегенце.

Это особый вид концертов.

Кроме Брегенца есть, например, фестиваль в Берлине «Лесная сцена»; вообще я много играл на открытых концертах - люди их очень любят.

Даже если звук иногда несовершенен, все компенсируется магией места (хотя с современной аппаратурой проблема звукопередачи решается просто).

Я был первооткрывателем в Одессе в 2008 году, в 2009-м мы выступали на Софийской площади с большим успехом.

Концерты на Потемкинской лестнице всегда проходят с аншлагом.

Я специально зачастую ставлю в программу тихие произведения – и тысячи людей замирают… Это потрясающе!.

На природе другие эмоции по сравнению с залом.

Конечно, закат, дует ветерок, играть на природе очень интересно.

Другое вдохновение, другая энергетика.

Озеро, лес - и ты проживаешь другие чувства.

Были какие-то запоминающиеся локации?.

Играл с оркестром Сан-Франциско в городе Росток, и все должны были приехать на концерт на велосипедах.

В Дюссельдорфе играл в огромном парке – со всех сторон разные парковые зоны, было очень яркое впечатление.

В Швейцарии выступал на берегу озера Муртон – такое ощущения, что ты просто внутри природы находишься.

В Украине тоже есть есть планы на несколько локаций интересных...

Интервью взяла Юлия Портарескул.