«Просыпаешься и не знаешь, что будет через 10 минут». История бизнес-аналитика IT-компании, который ушел на фронт

За три дня до войны бизнес-аналитик Дмитрий Мурин вышел на новую работу в IT-компанию AccelLabs. Он сразу предупредил новое руководство, что в случае мобилизации сам проявлять инициативу и идти в военкомат не будет, но если призовут – уйдет на фронт. В компании согласились.

А 24 февраля Дмитрий решил – оставаться в стороне нельзя. Собрал вещи, предупредил семью и руководство на работе и отправился воевать.

Сейчас он обороняет Украину на востоке. В интервью редакции MC.today Дмитрий рассказал, как занимался ремонтом вражеского танка, чем ему нравится служба в армии и что он сделает сразу после нашей победы.

Ушел на фронт в день рождения дочери

Я живу в столице: 24 февраля, как и все киевляне, проснулся от взрывов. Жена сидела испуганно: «Что-то происходит». А я посоветовал ей спать дальше, потому что мало ли что там взрывается.

Но потом мы зашли в Telegram и поняли, что началась полномасштабная война. Следующие сутки я думал, что делать дальше.

25 февраля был день рождения моей дочери, ей исполнилось 16 лет. Утром я обнял ее и жену и сказал: «Извините, девочки, я принял решение идти в военкомат».

Когда собирал вещи, в дверь позвонил сосед – он услышал, что иду в военкомат, и сказал, что идет со мной. По дороге к нам присоединились еще несколько ребят. Так мы уже целым отрядом пришли записываться в ВСУ.

В военкомате людей было так много, что всем сказали перейти на другую сторону улицы и вызвали оттуда. Спрашивали о боевом опыте и неохотно брали тех, у кого его нет. Меня взяли сразу: я уже защищал Украину в 2015–2016 годах, был тогда на Донбассе заместителем командира роты огневой поддержки. После этого несколько лет строил карьеру в IT.

Сотрудничал с ProZorro электронная система для государственных и коммунальных тендеров на закупку товаров, работ и услуг – координировал команду по одному проекту. Потом работал в такой же электронной системе, только для бизнеса.

После этого работал еще в нескольких IT-компаниях, в том числе в Luxoft – в должностях менеджера технической команды и бизнес-аналитика. А в феврале этого года решил перейти в AccelLabs, там предложили лучшие условия труда. Но до войны успел поработать в компании буквально три дня.

Через две недели после того, как я ушел на фронт, в компании сказали, что, пока будет возможность, будут платить мне часть зарплаты. Мне было очень неудобно: я еще не успел принести никакой пользы компании, а они меня уже так поддерживают.  Но в AccelLabs сказали: «Мы принципиально решили, что будем платить часть зарплаты людям, которые ушли служить». До сих пор я каждый месяц получаю от них деньги.

На службе научился водить машину

После мобилизации я сначала несколько недель находился в резервной пехоте в Черниговской области. Там мы готовили позиции обороны, учились, стояли на постах охраны деревень и дорог.

Сейчас я несу службу на Донбассе как заместитель командира танковой роты. Я отвечаю за готовность к бою военной танковой техники моей роты. Прежде всего мне нравится в службе то, что очень быстро можно увидеть результат своей работы. Только что был поврежденный танк, я приложил руку, скоординировал починку – и вот техника уже идет в бой.

На службе я получил навык, которого у меня раньше не было – водить машину. В мирное время я почти никогда не водил автомобиль, а сейчас мне нужно постоянно куда-то выезжать, искать запчасти и другое. Мой водительский опыт начался не со спокойной практики, а сразу с фронтовой – грузо-пассажирской машины без заднего обзора, которой трудно маневрировать. А еще приходится ездить по сложной местности, среди деревьев и тому подобное. Достаточно специфический опыт, впечатляющий, но я уже к нему начал привыкать.

А вот к чему я до сих пор не могу привыкнуть на службе – к тому, что приходится терять друзей. В армии часто складываются дружеские, близкие отношения между людьми. Я до сих пор общаюсь с некоторыми ребятами, рядом с которыми воевал в 2015 году. Но среди них уже есть и погибшие: в марте в бою на Киевщине подорвался мой товарищ. Две недели врачи боролись за его жизнь, но безрезультатно.

Несмотря на то, что я сейчас не участвую в боях, у меня тоже случаются опасные ситуации. Однажды ночью минометный обстрел застал прямо у машины. Это длилось около часа, а спрятаться было негде. Было страшно, но, наверное, я уже успел привыкнуть к ощущению опасности – не могу сказать, что меня это шокировало.

О быте и свободном времени

У меня не совсем стандартно построен армейский быт. К примеру, в батальоне у нас централизованное двух-, трехразовое питание. Там всегда дают ребятам борщ или суп, рис, макароны – полный пансион.

А я часто не сижу на одном месте, а езжу за запчастями, боеприпасами и техникой, потому где придется, там и поем.

Вот сегодня как такового обеда у меня не было: я заехал к знакомым и просто съел банку тушенки.

Бывает, что нас подкармливают волонтеры, но здесь, в Донецкой области, это не так распространено, как на Киевщине или Черниговщине.

Свободного времени у нас почти нет, часто приходится работать по 12–14 часов в день. Но вот вчера был более-менее спокойный вечер – я попытался послушать музыку, правда, это не очень получилось из-за отсутствия интернета. Иногда на выездах слушаю аудиокниги, сейчас заинтересовало произведение «Франческа. Повелительница траекторий» Доржа Бату. Этот автор родился в русском Улан-Удэ, затем переехал в Украину, работал журналистом, а теперь он сотрудник в NASA. Очень интересный жизненный путь, я просто не мог пройти мимо такого человека.

О родных и доме

С начала службы я уже дважды был дома – ездил в Киев в командировку и заезжал увидеть родных. Первый раз специально заранее не говорил, что еду – до последнего что-то могло сорваться и они расстроились бы. Набрал жену уже на подъезде: «Я здесь рядом, скоро буду». У жены и детей столько было радости – это просто нельзя передать.

Дома жизнь идет вперед, дочь окончила школу и готовится поступать. Я ей дал советы по этому поводу, но сильно не давлю – она уже почти взрослая и может решать сама.

Также вижу, что жизнь идет вперед и у многих знакомых и друзей. Иногда удивляешься: заходишь в соцсети, люди на морях – будто  войны и нет. Я не могу сказать, что меня это как-то злит, просто хочется, чтобы о нас не забывали. О том, как мы по несколько суток не спим, а потом просыпаемся и не знаем, что будет через 10 минут. Все это именно для того, чтобы у украинцев все было хорошо.