Свет пропал, а с ним и LTE: что делает в этот момент ваш мобильный оператор? Репортаж со станции Vodafone

Кто ездил в пригородных электричках, знает – в какой-то момент в вагон обязательно зайдет мальчик и бодро объявит: «Стартовые пакеты Vodafone по рекламной цене!» Я никогда не обращала на это внимание, ведь сама пользуюсь Vodafone уже много лет.

Когда в начале войны я пережидала тревоги в киевском бомбоубежище, то с мобильным интернетом могла проверять новости даже на минус первом этаже и была очень благодарна мобильному оператору. Но сейчас при отключениях света сеть у меня есть не всегда.

Когда я как редактор MC.today получила рабочее задание побывать в офисе Vodafone и увидеть, как работает базовая станция оператора в Буче во время отключения света, я села в электричку и отправилась в Киев. Спойлер: эта поездка полностью изменила мое отношение к работе мобильных операторов. 

Откуда берется мобильная связь

Столичный офис Vodafone. Меня встречает специалист по коммуникациям Владислав Войтович. Пока я жду пропуск, он рассказывает, что сейчас офис работает от мощного генератора на 22 кВт: «При отключении света работники переключаются на “красные розетки”, которые работают от резервного питания».

Важно, чтобы в офисе всегда была электроэнергия, ведь здесь инженеры связи в онлайн-режиме следят за показателями базовых станций, площадок и сайтов, или, как мы привыкли их называть, «башен», или «вышек». Именно базовые станции создают мобильное покрытие.

Когда вы кому-то звоните, антенна принимает сигнал с вашего смартфона, а контроллер передает его в «ядро». Это мозг сети, который распознает – это разговор или данные. И расшифрованную информацию передает обратно на антенну, откуда она отправляется вашему собеседнику. Звучит как пинг-понг, но происходит он со скоростью света – 300 км в час.

Мы с Владиславом идем в конференц-зал, где нас ждет Александр Повар – ведущий инженер технического центра в Киеве. Он объясняет, как базовые станции обеспечивают покрытие:

«У каждой станции есть зона действия в виде круга. Они накладываются друг на друга и образуют сеть, которая напоминает пчелиные соты. Каждая ее “грань” может обслуживать до 72 звонков одновременно. Всего их шесть, поэтому одна базовая станция может обслуживать до 432 звонков».

Сеть может работать без света, а без человека – нет

В конференц-зал Vodafone входит ведущий инженер-энергетик энергообеспечения Евгений Литун. Он отвечает за питание базовых станций. Я задаю ему интересующий всех украинцев вопрос: почему вместе со светом после массовых ракетных атак стала исчезать мобильная сеть?

Он объясняет, что, когда на базовой станции исчезает питание от общей электросети, она автоматически переключается на резервное и работает от аккумуляторов. Их емкости хватает на 4–8 часов работы. 

Но если за это время электроэнергия снова не появится, а до этого аккумуляторы не успели достаточно зарядиться, связь быстро ухудшится или исчезнет. Задача держурных инженеров – не допустить этого.

Евгений Литун шутит: «Мое утро начинается не с кофе, а с анализа. Я пересматриваю сообщения с показателями работы базовой станции, которые поступали ночью».

На ноутбуке Евгений показывает мне одну из таких программ для энергетиков – «Счетчик». Она в реальном времени отражает напряжение, ток, заряд аккумуляторов на базовой станции в Киеве. «Видите? – показывает мне Евгений на изображение, которое действительно напоминает счетчик. – Сейчас все в порядке: напряжение 237 В, ток по фазам 8,5–20 А». Через эту программу инженеры могут даже дистанционно включить дизель-генератор в другом городе.

Но на некоторых базовых станциях устанавливать генераторы небезопасно – они находятся вблизи жилых домов или на крышах. Если свет исчезнет надолго и аккумуляторы разрядятся, зарядить их будет сложно. Именно поэтому бывает так, что при отключении света в одном районе города связь есть, а в другом нет.

Пока мы разговариваем, инженеры из технического отдела получают уведомление, что на одной из базовых станций в Буче исчезла электроэнергия, аккумуляторы уже начинают садиться. Стационарного дизель-генератора там нет, потому что станция как раз находится рядом с частным сектором. Надо везти туда мобильный генератор.

Вместе с инженером базовых и транспортных станций Иваном Островским и инженером-энергетиком Александром Якубом мы отправляемся в Бучу. Во дворе нас ждет служебная машина с прицепом, на котором стоит огромный мобильный генератор.

«Станция-феникс»

В Буче невозможно равнодушно смотреть в окно – повсюду изуродованные обстрелами дома, стены и заборы. Я спрашиваю инженеров, как восстанавливают базовые станции после обстрелов.

«Мы это делаем только после того, как станции осмотрели саперы. Станции, близкие к линии фронта, приходится ремонтировать и по пять раз. Одну из таких станций мы назвали фениксом – ее восстанавливали уже восемь раз».

Бывает, что оборудование полностью уничтожают. Тогда привлекают мобильные базовые станции. Это металлическая башня, которая стоит на автомобильном прицепе. Ее можно перевозить с места на место и обеспечивать связь, когда нет другой возможности.

Мы на узловой станции

Мы на месте. Территория базовой станции ограждена и находится прямо среди частных домов. Башня Vodafone кажется мне высоченной – пожалуй, больше пятиэтажного дома. 

По металлической конструкции вверх тянутся длинные и густые пучки проволок. Это оптоволокно, которое обеспечивает интернет, и кабели питания. Один из инженеров улыбается: «Они еще и под землей тянутся». Сверху видны круглые и прямоугольные антенны – они принимают сигналы телефонов. У башни стоит металлическая «будка» с оборудованием.

Станцию, на которую мы приехали, инженеры называют узловой. Иван Островский объясняет, что от этой станции зависят другие базовые станции в Буче. 

Открываем «будку». На улице мороз, и меня удивляет, как тепло внутри. «Оборудованию нужно обеспечить правильную температуру, – объясняет Александр. – При слишком низкой аккумуляторы будут терять мощность». Кондиционер здесь работает даже без света – оказывается, он тоже питается от аккумуляторов.

Внутри стоят металлические шкафы, а потолком тянутся провода – те же, что я видела на башне. Иван открывает шкафы и объясняет, что один из них – транспортная стойка, в которой находится оборудование. Оно отвечает за связь. Когда исчезает свет, оно тоже питается от аккумуляторов. Они во втором шкафу – это стойка питания.

Рядом стоит ноутбук, экран светится, будто за ним недавно работали. Оказывается, он постоянно включен, потому что там работают программы мониторинга показателей. Вижу тот самый «Счетчик», который Евгений показывал мне в офисе.

Иван проверяет показатели и резюмирует: «Аккумуляторов хватит еще примерно на два часа». Мы приехали вовремя. Теперь нужно зарядить станцию ​​от генератора.

Как поставить станцию ​​«на зарядку»

Первоначально Александр как инженер-энергетик проверяет напряжение. Он открывает щиток при входе и прикладывает мультиметр к оборудованию. Теперь пора подключать генератор.

Он стоит на прицепе припаркованной машины, на территорию станции его не завозят – не удобно. Но это не проблема: длиннющий синий провод протягивают от генератора прямо к «будке». А дальше включаем генератор – некоторое время он должен прогреться, а потом поднимается такое знакомое и уже привычное для всех украинцев тарахтение.

После этого Александр подсоединяет синий провод к оборудованию под щитком. Теперь аккумуляторы заряжаются от мобильного генератора.

Пока инженеры работали, на улице похолодало. Я спросила, сколько времени займет подпитка аккумуляторов. «Все будет зависеть от того, когда дадут свет, – говорит Александр. – Раньше можно было позвонить по телефону в районные электросети и узнать, когда это будет, а сейчас не спрогнозируешь».

Так инженеры могут провести на станции 15 минут и уехать в офис, если свет быстро появится. А могут оставаться более чем на восемь часов. И такое бывает даже ночью: у инженеров есть пропуска для передвижения в комендантский час.

Мы ждем. Проходит два часа, а аккумуляторы еще не зарядились. Александр рассказывает: «Людям кажется, что аккумуляторы на станции можно зарядить так же быстро, как телефон. Но для полного восстановления заряда им нужны сутки. Они не успевают заряжаться за четыре часа, когда есть электроэнергия. Через некоторое время происходит глобальный “недозаряд” – бывает, что полный аккумулятор работает только полчаса».

Поэтому за 2022 год Vodafone заменил 130 тыс. аккумуляторов. Сейчас опробуют литиевые – они более выносливые.

Свет дали

Приходит время снова проверить показатели оборудования и заряда. Александр идет в металлическую «будку» и выходит с радостным: «Сворачиваемся!» Это значит, что свет дали – он узнал это, проверив напряжение. Мы ждем еще минут 20, чтобы убедиться, что электроэнергия не исчезнет. Базовая станция теперь выдержит без питания последующее отключение электропитания.

Синий провод отсоединяют от оборудования – тарахтение генератора стихает. Узловая станция питается от общей электросети. Мы отправляемся в офис.

За сутки инженеры могут побывать на нескольких станциях. В машине Иван рассказывает:

«С девяти утра до восьми вечера мы постоянно получаем сообщения от системы мониторинга. Анализируем неисправности и выезжаем на ремонт. После восьми вечера нам звонит по телефону дежурный инженер, если нужно срочно выехать на станцию».

Теперь я знаю, что, когда у меня выключают свет, и базовая станция перестает работать от общих сетей, инженеры Vodafone уже получили сообщение об этом. Так что скоро на моей базовой станции поднимется спасительное тарахтение мобильного генератора.

Но нужно помнить – у операторов десятки тысяч базовых станций. Такое количество генераторов и персонала невозможно обеспечить. Да и генераторы нельзя установить на каждой станции. Это и есть ответ на главный вопрос всех украинцев во время отключения электроэнергии: куда исчезает мобильная связь?