Медведчук и эффект Стрейзанд

Виктор Трегубов, "Петр и Мазепа".

Это — Александр Гуров.

Бывший депутат-единоросс и один из авторов реформы полиции в России.

В принципе, много кому уже этой страницы его биографии хватило бы для заявления, что он — человек сомнительного качества.

Однако в его биографии есть интересный эпизод , о котором мало кто знает даже в России.

Дело было 45 лет назад — в 1973 году.

Помните «Невероятные приключения итальянцев в России»? Сцену со львом, который убегает из зоопарка, а потом гоняется за главными героями? Почти все помнят.

Меньше народу, но тоже довольно-таки многие, помнят историю семьи Берберовых.

Той самой советской семьи, которая держала в доме двух (последовательно, не одновременно) львов и пуму.

Если вкратце: льва из фильма звали Кингом.

Он был ручным и добрым, и жил — так уж сложилась жизнь — в доме архитектора Берберова.

Он снялся во множестве фильмов и никогда не демонстрировал агрессию по отношению к людям — по общим отзывам, от кота отличался лишь размерами.

Однако сразу после съемок в «Итальянцах» произошла трагедия.

На территорию, на которой происходили съёмки, залез через ограждение студент-первокурсник.

Дальше свидетельства разнятся: одни говорят, что он начал дразнить находящегося за оконным стеклом льва, чтобы повыделываться перед подружкой, а лев решил, что с ним хотят поиграть и прыгнул к нему.

Другие — что лев на него напал.

В пользу первой версии говорит то, что по итогам «борьбы», длившейся около пятнадцати минут, студент отделался лишь легкими царапинами: льву, собирающемуся убить человека, достаточно нескольких секунд.

Как бы то ни было, на место действия прибежал младший лейтенант полиции Александр Гуров и выстрелил в льва.

Последний, по заверению хозяйки, сразу отбежал от студента, но милиционер уже вошёл во вкус и расстрелял в зверя остаток обоймы.

Лев погиб на руках хозяев.

Судьба хозяев впоследствии тоже сложилась трагично.

Они завели ещё одного львёнка и пуму, но второй лев оказался вовсе не таким добряком, как первый Кинг.

Берберов умер от инфаркта, а через несколько лет своенравный лев (впрочем, по одной из версии, раздразнённый соседом архитектора), ранил его жену и убил сына.

Этого льва также расстреляли милиционеры — а заодно и несчастную пуму, которая уж точно ни в чём не была виновата.

Содержать львов в доме — плохая идея.

Постарайтесь этого избегать.

Но мы не о котиках, а о Гурове.

Поступок Гурова, в принципе, можно понять.

Ты милиционер, у тебя на глазах лев вроде как терзает человека — стреляй, спасай, тут не до разбирательств.

Даже продолжение огня можно списать на стресс.

Проблема лишь в том, что даже после того как пыль улеглась и ситуация стала более явной, Гуров решил встать в позу героя и продолжал всем рассказывать о льве-убийце и тяжело изувеченном студенте.

Уже через пятнадцать лет он назовёт свои (в соавторстве с Юрием Щекочихиным) статьи об организованной преступности в СССР «Лев готовится к прыжку» и «Лев прыгнул».

А сам себя станет называть «охотником на львов».

Похоже, до сих пор гордится собой.

Дослужился до генерал-лейтенанта, трижды избирался в Госдуму, весь из себя молодец.

Но версию об убитом льве всё ещё рассказывает в изложении «он напал, я спасал».

А теперь поговорим о Викторе Владимировиче Медведчуке.

Обстоятельства, при которых Медведчук убил своего льва, достаточно хорошо известны.

В 1980-м году тогда ещё молодой юрист был адвокатом поэта и диссидента Василия Стуса, обвиняемого в антисоветской агитации и пропаганде.

О том, как он его защищал, написаны подробные материалы.

Если вкратце — адвокат просто соглашался с позицией обвинения.

Результатом стало осуждение Василия Стуса к десяти годам в лагерях строгого режима и ещё пяти — в ссылке.

И его смерть в ночь с 3 на 4 сентября 1985 года в тюремном карцере на задворках Пермской области.

Он мог бы стать первым украинским Нобелевским лауреатом — но не успел.

Сам Медведчук утверждает, что судьба поэта была предрешена, и он не смог бы его спасти.

Вероятно, что это так.

Но он и не пытался его спасти.

Он сыграл в его гибели решающую, Иудину роль.

Возможно, именно поэтому версия, предположительно высказанная Леонидом Деркачом на «плёнках Мельниченко» — мол, Медведчук был агентом КГБ с псевдонимом «Соколовский», многими наблюдателями была воспринята как объясняющая ряд пробелов в его биографии.

Сейчас у Медведчука в Украине — особый статус.

Он близкий друг, практически родственник нашего злейшего врага — и он такой один.

И он же канал связи с ним — связи неофициальной, той, в которой возможны непубличные договорённости.

Холодный стратегический расчет требует беречь таких людей.

Пусть даже эмоции диктуют обратное.

При этом он же — его ставка в нашей стране.

И в этой роли его тоже надо беречь.

Потому что в этой роли он феерически, невероятно, сказочно некомпетентен, что доказывают все его кампании, от «Не Так!» до «Украинского выбора».

Мидас, превращающий всё, к чему прикоснётся, в широко известную, но не очень популярную субстанцию.

Поставь в своё время наш соперник на кого-то другого — у него бы могло получиться намного лучше.

Как хорошо, что наш соперник доверяет только самым близким.

Виктор Владимирович Медведчук — ценный для Украины человек, как ни крути.

Объективно ценный.

Что, конечно, не может стать преградой для наших чувств к нему.

Знаете, что самое смешное в этой очень печальной истории?.

Что ему неловко.

Что он, даже не понеся ответственности, надеется отмазаться.

Стать уважаемым человеком.

Соратница Медведчука Елена Маркосян недавно заявила, мол, «кто бы знал того Стуса, если бы не Медведчук».

Фантастическое по бессмысленности заявление.

Ничего, что Стуса изучают в школьной программе, и вовсе не за то, что его защищал Медведчук, но за то, что он просто великолепный поэт?.

Что могло сподвигнуть бабушку заявлять такое в прямом эфире? В чём дело — в её интеллекте или в её искренности?.

Теперь мы знаем: в искренности.

И знаем мы это из недавнего скандала, начавшегося с заявления актёра и телеведущего Геннадия Попенко о том, что люди Медведчука настояли на изменении сценария художественного фильма «Стус».

И полном исключении из него персонажа Медведчука — а значит, и последнего суда над поэтом.

Если бы эти люди не видели проблемы в роли Медведчука в судьбе Стуса, они бы даже не пытались изменить сценарий фильма.

Однако они все знают.

И они боятся.

До сих пор.

Мне тридцать три.

Медведчук подставил Стуса за пять лет до моего рождения.

Стус погиб, когда мне было семь месяцев от роду.

Они до сих пор пытаются замести следы.

Они до сих пор убеждены, что может прийтись расплачиваться.

Семейной чете Медведчуков всё же не хочется, чтобы информация о давнем прошлом (как будто информации о прошлом недавнем и о настоящем недостаточно) главы семьи стала известна массам.

Оксана Марченко, супруга героя, всю жизнь старается быть в центре внимания — но совсем не такого.

Она хочет, чтобы её любили, чтобы ей восхищались — и её муж щедро это оплачивает.

Они зависимее от общественного мнения, чем может показаться.

Они всё же уязвимы к нему.

Я выше уже писал о Анти.

Сцена будет доснята.

А за счёт «эффекта Стрейзанд» в результате попытки вымарать Медведчука из фильма о его роли в судьбе Стуса узнало ещё больше людей.

И теперь мы знаем, где у них слабое место.

Руководство телеканала «1+1» уже вызвало огонь на себя, согласившись на участие Оксаны Марченко в «Танцах со звездами».

Уже несёт соответствующие имиджевые потери, уже выслушивает ехидное «двадцать баксов есть двадцать баксов?» Можно сделать так и с другими проектами.

Убрать Медведчука из украинской внутренней политики можно будет лишь тогда, когда Путин будет убран из внешней.

Однако, как уже писалось выше, можно сделать его пребывание здесь некомфортным.