Сериал «Школа» и бесстыдство его создателей

На телеканале «1+1» с оглушительным успехом прошел уже второй сезон сериала собственного производства «1+1 медиа» «Школа».

Проект, безусловно, резонансный, невероятно популярный среди школьников и в некоторой степени скандальный: даже в рамках редакции «Детектора медиа» он вызвал немало горячих споров.

Кто-то возмущается подачей тем секса, наркотиков и алкоголя в сериале, кто-то — брутальной лексикой, которая нет-нет, да и проскакивает в диалогах.

Других смущает, что на примере героев-подростков детям с экранов телевизоров показывают дурной пример: как вести шикарную жизнь, плести интриги, играть в амурные игры, но совсем забывают напомнить, что надо иногда учиться.

Не так давно депутат Тернопольского горсовета даже предложил коллегам обратиться в Министерство образования и в Министерство культуры с жалобой на «Школу», которая, по его мнению, создана исключительно для пропаганды секса между несовершеннолетними.

Так или иначе, взрослых дядь и теть сильно волнует такой вопрос: какой месседж несет проект «1+1», какое зерно сеет в неокрепших душах школьников, какой пример показывают молодежи главные герои сериала.

И многие из тех, кто задаются этим вопросом, приходят-таки к выводу, что не тому учат в «Школе», и пример подают совсем не тот….

Кажется, у меня есть плохая новость для тех, кто обеспокоен моральным обликом сериальных и реальных школьников.

Современные старшеклассники знают о сексе! Многие из них пьют алкоголь, хоть раз, да пробовали марихуану, а по части маргинальной лексики могут конструировать такие выражения, что филологи нервно закуривают самокрутки из собственных дипломов.

Сериал «Школа» подростки наверняка смотрят не в качестве инструкции по развратному поведению.

Тем более, если быть честными, то все сколь-нибудь скользкие в плане морали темы преподнесены сценаристами очень лайтово, завуалированно и даже немного выхолощено.

Валерия Гай Германика, например, в своем одноименном сериале совсем не церемонилась в этом плане.

А в «Школе» «1+1» старшеклассники и даже взрослые герои целомудренно держатся за руки, аккуратно вскользь целуются, если и курят, то только вейпы, старательно укутываются одеялами в постпостельных сценах (сами постельные сцены почти всегда остаются за кадром).

А ругаются такими словами, за которые в реальном мире сверстники их бы просто на смех подняли.

Мало того, сценаристы умудрились вставить в некоторые серии очень назидательные моменты: не завуалированную и откровенную лекцию от врача о том, что всем девочкам нужно раз в полгода ходить к гинекологу и что не нужно этого стесняться.

Историю о том, как опасно маленьким девочкам связываться с «плохими парнями», рассекающими на краденых машинах.

Месседж о том, что когда с тобой происходит что-то ужасное, лучше сразу сказать об этом маме.

Или вот линия одной из главных героинь Лолы, которая во втором сезоне «Школа.

Недетские игры» — о ужас! — завела роман со взрослым мужчиной Максимом.

Ясно, что заявленная в первой же серии нового сезона, эта тема очень взволновала многих телезрителей.

С первого взгляда здесь, конечно, попахивает пропагандой (или просто демонстрацией) педофилии.

Но, на самом деле, как раз эта сюжетная линия, если увидеть ее целиком, довольно аккуратно прописана, местами романтизирована и даже с морализаторским подтекстом.

Во-первых, этот взрослый мужчина Максим не знал о том, что Лола — школьница, а как только узнал, быстренько ее бросил.

А во-вторых, вся эта история в итоге принесла всем участникам — Лоле, Максиму и даже его сыну Дане — сплошные неприятности и неловкости, все остались в проигрыше и довольно картинно мучились от этого.

Так что придраться особо не к чему.

Да и вообще, если разобраться, сериал довольно «правильный» в плане подачи тем, которые волнуют взрослых в жизни подростков.

И временами даже удивительно, что школьники с удовольствием смотрят «Школу», в которой им так старательно навязывают поучительные истории.

Так почему же они так полюбили этот проект? Да потому, что у каждого поколения школьников обязательно должен быть свой «Беверли-Хиллз 90210» (американский молодежный сериал 1990 года), «Первые поцелуи» (молодежный французский сериал 90-х годов), «Мятежный дух» (аргентинская теленовелла 2002 года) или, на худой конец, какие-нибудь «Ранетки» (российский сериал 2008 года).

Подросткам ведь очень важно, чтобы их проблемы влюбленностей, школьных интриг или дисконнекта с родителями кто-то воспринял всерьез, важно видеть, что вот на экране такие же, как они, задаются теми же вопросами и ведут себя точно так же.

Так что сериал для школьников про школьников — очень важный и полезный телепродукт.

Это — огромная ниша на украинском телевидении, которая почему-то долгое время пустовала.

Даже странно, что за такой проект взялся не Новый канал, у которого целевая аудитория значительно младше плюсовской.

Еще более странно, что украинские телевизионщики не додумались до этого пятью — десятью годами ранее.

Так или иначе, просто схватив эту тему, телеканал «1+1» уже заведомо выиграл.

Но при этом сам себе задал тест на порядочность, который тут же провалил.

Все просто: запустив сериал «Школа», телеканал был обречен на успех по причине, описанной выше.

Показатели зрительского смотрения, количество неприкрытого, навязчивого и местами просто кричащего продакт-плейсмента в сериале говорят о том, что телевизионщики сорвали приличный куш.

То есть, хорошенько так заработали на телезрителях-подростках, изголодавшихся по «своим сериалам».

Но при этом бесстыдство, с которым создатели «Школы» экономят на своей «дойной корове», просто поражает.

И, пожалуй, именно это должно в большей степени волновать противников этого проекта.

Экономия на сценаристах.

Авторы, кажется, за не очень большие деньги быстренько склепали простенькую историю, основанную на рассказах реальных подростков, даже не потрудившись ее профессионально обработать.

Некоторые ходы в ней настолько банальны и притянуты за уши, что за сценаристов просто стыдно.

Они каждый раз вызывают в школу «проверку», чтобы усугубить конфликт учителей.

Бессовестно пользуются Deus ex machina в виде скандалящих родителей: чтобы уволить героиню с поста директора школы, оказывается, достаточно всего одной письменной жалобы родителей в районо, и — вжух! — женщину уволили.

Эта же история происходит всякий раз, когда сценаристы откровенно не знают, как распутать ситуацию, — в кабинете директора появляются скандалящие родители, и что-то мгновенно меняется.

Сценаристы из серии в серию приносят платежки за коммунальные услуги бабушке Лолы, чтобы еще раз подстегнуть героиню быстро заработать денег.

Это даже скучно, потому что как только в кадре появляется бабушка Лолы, зрители точно знают, что сейчас ей либо счета очередные придут, либо ей плохо станет и нужны будут деньги на лекарства.

Отдельная боль — это диалоги.

Совершенно очевидно, что их авторы так и не решились, примкнуть «или к умным, или к красивым» и, с одной стороны, выдали актерам совершенно не живой, не разговорный, очень далекий от реальности текст, который, наверное, по их мнению, может претендовать на украинский литературный язык.

Но с другой стороны, наделали в нем кучу самых нелепых ошибок.

Вот девушка Ника (в исполнении Ирины Кудашовой) ругается с мамой (играет Янина Андреева) и почему-то в порыве гнева кричит ей, как героиня какого-нибудь Карпенко-Карого: «Тебе це не обходить!», а та, в свою очередь, если и обращается к дочке, то исключительно в правильном звательном падеже, и никак иначе.

Или как вам из уст подростков звучат такие фразы как: «Та годі тобі!», «Ну і бовдур же ти!», «Одна красива, тендітна, дуже співчутлива дівчина може мені допомогти», «Ти ж на таких речах розумієшся»… Примеров откровенной литературщины в тексте — полно.

Но при этом в сериале не один раз встречаются «любимые» филологами ошибки типа «на протязі».

Экономия на актерах.

Когда в кадре единственным способом выражения эмоций является поднятие «бровей домиком» у юной актрисы Анны Тринчер, это можно понять и простить — поскольку найти органично существующих в кадре подростков действительно трудно.

Когда тем же приемом бесконечно пользуется взрослая актриса Янина Андреева — это неприятно.

Когда молодой артист Александр Петренко нелепо, но очень глубокомысленно смотрит в кадр, пытаясь передать «внутренний драматизм», это простительно.

Когда с таким же каменным лицом и излишним внутренним пафосом это делают взрослые актеры Никита Вакулюк и Вячеслав Богушевский — это нелепо.

Нужно отметить, что некоторые актеры-«школьники» на фоне всего этого смотрятся вполне профессионально.

По крайней мере, Даня Черкас очень естественно держится в кадре (наверное, дает о себе знать блогерский опыт), пока не приходится произносить нелепый и громоздкий текст.

Та же история с Богданом Осадчуком, которому, правда, режиссеры навалили целый воз и маленькую тележку каких-то там внутренних обстоятельств, которые бесконечно загоняют его в зажимы.

Довольно органично молчит в кадре Ирина Кудашова, неплохо работает Карина Чернявская (как оказалось, она-то как раз — профессиональная актриса).

Интересная история с исполнительницей роли «главной стервы» сериала Дарьи Петровны — актрисой Аленой Куртой.

На протяжении почти всего сезона она бесконечно «играет бровями», постоянно удивленно округляет глаза и, кажется, состязается за премию «главный штамп года».

Но вдруг в эпизодах, где раскрывается тема с мечтами о беременности героини и невозможностью их осуществления, Курта расслабляет лицо, и наружу пробивается такая актерская органика, что вдруг становится ясно, что хорошую, на самом деле, актрису откровенно подставили, сэкономив на режиссерах….

Экономия на постановочной части.

К режиссерам остается множество вопросов.

Например, почему они считают нормальным отсутствие у актеров хоть каких-нибудь сверхзадач во многих сценах и превращают их в простое говорение текста (который, как мы помним, очень плох)? Почему они позволяют себе построение мизансцен, в которых герои, которые ничего не говорят, ничего и не делают — стоят столбами на фоне разговаривающих и «создают картинку»? Почему они пускают в кадр в эпизодических ролях откровенных статистов, нелепо размахивающих руками? Все это большая загадка.

Такая же большая, как и то, почему художники-постановщики решили, что директор школы живет в апартаментах «Пшонка-стайла» и в те моменты, когда не расхаживает перед любовниками в пеньюаре, ходит по дому, готовит еду и занимается своими делами исключительно на каблуках и в деловом костюме.

Или, скажем, почему буквально во всем, что происходит в «Школе», сквозит экономией и лепкой на быструю руку.

Все вместе это создает неприятное ощущение безвкусицы и бесстыдства создателей сериала, которые, запихнув в каждую сцену рекламу чипсов, рюкзаков, бытовой техники, косметики и напитков, решили быстро срубить денег с подростков, но даже видимости профессиональной работы не создали.

Смотреть все это неприятно.

Как будто к нам на детский праздник пришел Дед Мороз, а от него на пять метров несет перегаром, и из-под потасканного ТЮЗовского костюма выглядывают дешевые спортивки.