Ставка на радикалов в антиукраинской риторике Кремля

Инна Гачек, "Петр и Мазепа".

Когда в Украине начался вооружённый конфликт, российская пропаганда приобрела просто невероятный размах.

Кампания российской дезинформации, согласно которой Украина попала под власть нацистов или фашистов, в принципе не пыталась опираться хоть на какие-то факты.

Московские СМИ и по сей день изображают всё таким образом, будто кучка правых и фашиствующих радикалов из Западной Украины подняла в Киеве вооружённый путч.

Среди вбросов и фейков — от якобы запрета русского языка до концлагерей для русских в Восточной Украине.

Как российские СМИ формируют из Украины образ врага.

Мы знаем, что российские СМИ — это прежде всего инструмент пропаганды, направленный на разжигание вражды и оправдание агрессивной политики правительства России.

И Украины это касается в первую очередь.

Согласно данным исследования, проведённого Украинским кризисным медиа-центром при поддержке German Marshall Fund, до 30% всей информации, которая проходила в выпусках новостей российских СМИ в 2014-2017 годах, касалась Украины.

При этом 90% этих материалов имели негативную коннотацию.

Основным принципом российской пропаганды исследователи видят создание определённых негативных образов Украины, под которые потом подбираются какие-то факты или события, которые таким образом подтверждают этот образ.

Исследователи выделили ключевые нарративы, которые дают 90% всех негативных упоминаний об Украине: «События, произошедшие зимой 2014 года в Киеве, — это незаконный вооружённый переворот», «В Украине националисты стоят выше закона и преследуют мирных сторонников России», «В Украине идёт гражданская война», «ВСУ убивают мирных граждан», «Киевское правительство целенаправленно срывает перемирие и Минский процесс, а Россия не является стороной конфликта», «Украина — недострана, нелегитимная власть, экономика разваливается, жить в стране опасно», «Крым всегда был русским», «В Украине преследуются этнические русские, русскоязычные граждане и инакомыслящие», «Россия помогает Донбассу», «Фашисты и радикалы разрушают Украину», «Смену власти в Украине спровоцировал Запад», «Санкции приносят убытки только самой Европе и США», «В Украине происходит наступление на свободу слова», «Украина вообще — часть России».

Что такое националистическое движение в Украине?.

Сегодня националистическое движение в Украине представлено тремя главными силами: «Национальным корпусом», «Свободой» и «Правым сектором».

В начале украино-российской войны на первый план вышла особо привлекательная для многих сила — «Правый сектор», сформированная несколькими ультраправыми организациями.

Свою роль в популяризации ПС сыграла и российская пропаганда, круглосуточно запугивающая жителей юго-востока страшными «карателями-правосеками», которые вот-вот приедут «убивать русскоязычное население».

«Правосеки» действительно активно включились в борьбу с сепаратистами, сформировав полуавтономный «Добровольческий украинский корпус», бойцы которого защищали, в частности, и Донецкий аэропорт.

Попутно «правосеки» проводили стихийную декоммунизацию и люстрацию представителей прошлой власти по всей стране, но занять видное место на политической карте Украины у них не получилось.

Их бывший лидер Дмитрий Ярош на президентских выборах не набрал даже одного процента голосов.

Ухудшил ситуацию и раскол в их рядах, когда часть «правосеков» вслед за Ярошем покинула ряды организации.

Зато всё большую симпатию в глазах обывателей, в первую очередь молодёжи, стал приобретать батальон «Азов» во главе с Андреем Билецким, бывшим лидером «Патриота Украины» — ультрарадикальной организации, отколовшейся от «Свободы» в 2004-м.

Благодаря бескомпромиссной патриотической риторике, внушительному внешнему виду и активному участию в боях с сепаратистами «азовцы» начали увеличивать свою численность, пополнив ряды не только ультраправой публикой, например, из числа футбольных фанатов, но и аполитичными патриотами Украины.

Билецкий стал депутатом Верховной Рады, «Азов» превратился из батальона в полк и начал активно развивать своё «гражданское крыло», на базе которого 14 октября прошлого года была создана партия «Национальный корпус».

Сейчас «Нацкорпус» продолжает активно развивать свою сеть на местах, прежде всего они делают ставку на молодёжь, воспитывают кадры на будущее, также регулярно занимаются и неполитической деятельностью, например, помощью приютам для животных или борьбой с «наливайками».

Среди меньших националистических организаций можно выделить УНА-УНСО, Конгресс украинских националистов, Организацию украинских националистов (расколотую на две части — под руководством Николая Коханивского и Богдана Червака соответственно), движение «С14».

Последние представляют собой молодёжную организацию, в 2014 году разорвавшую прежде тесные отношения со «Свободой».

Они занимаются различными волонтёрскими и образовательными инициативами, но главная фишка «С14», благодаря которой они регулярно светятся в СМИ, — «отлов» и «воспитательные беседы» с различными тыловыми сепаратистами и «ватниками».

Украинские националисты поддерживают традиционно правые идеи вроде сильного государства, защиты «традиционных ценностей», прав и интересов «титульной нации», обычно в её духовной трактовке.

Весьма примечательно и отношение националистов к курсу государства на евроинтеграцию.

Собственно, интеграцию с Евросоюзом не указывает своей целью ни одна из топовых правых сил, поскольку европейские ценности, в частности мультикультурность, по их версии, противоречат ценностям украинским.

В «Нацкорпусе» призывают «не присоединяться к брюссельской бюрократии», а в «Правом секторе» и вовсе считают, что вступление в ЕС приведёт Украину к «полному неоколониальному порабощению и национальной деградации».

У «Свободы» столь жёстких формулировок нет, в партии не отвергают даже возможности вступления в НАТО, но только «на выгодных для Украины условиях».

Впрочем, на геополитические темы, как и на экономические, украинские националисты пока предпочитают особо не напирать.

В целом украинские националисты любят прибегать к методам «прямого действия» в борьбе со своими оппонентами или в отстаивании идей — это блокирование российского посольства или разгром российского банка или офиса Виктора Медведчука, срыв презентации или публичной лекции, «наказание» известного сепаратиста, свободно гуляющего по киевским улицам.

В то же время для многих украинцев поведение националистов в тылу достаточно сомнительно.

Они постоянные фигуранты различных скандалов и резонансных историй, в которых выступают то главными зачинщиками, то потерпевшими, то и теми и другими одновременно.

Выводы и прогнозы.

Кремлёвские СМИ начали активно называть украинцев фашистами ещё в 2004 году.

С тех пор тема «фашистской Украины» остается неизменной чертой российской пропаганды, которая стала краеугольным камнем усилий Кремля по дискредитации Евромайдана и оправдания вторжения России в Крым и на восток Украины.

Москва стремится изобразить движение за независимость Украины как практически неотличимое от нацизма.

Ни провал крайне правых политических партий Украины на очередных выборах после Евромайдана, ни разнообразие представителей разных национальностей на высших должностях Украины не оказались достаточными для разоблачения этих оскорблений.

Почему же Кремль так зациклен на фантомных фашистах? Просто у российской власти нет другого объяснения для своего народа потери ещё одного друга и союзника.

В битве «мягкой силы» — борьбе идей, определяющих международное господство сегодня, Россия практически безоружна.

У неё нет вразумительной идеологии, чтобы противопоставить её относительным правам и свободам демократических стран.

Акцент на мнимом участии национально-освободительных движений Украины на стороне нацистской Германии скрывает недостатки современной России и заодно затмевает советские преступления против человечества.

Сочувствовать украинскому «фашисту» — значит оскорблять память тех, кто отдал свою жизнь, чтобы победить Гитлера — так сейчас трактуется в России образ украинского националиста.

Этот не особенно рациональный аргумент эмоционально опасен, когда подкреплён всей силой кремлевской медиа-машины.

В результате российская общественность, видимо, обречена на одержимость фантомными фашистами, пока страна не сможет конкурировать с современным миром.

Информационная война — такая же важная часть борьбы за целостность и независимость Украины, как и военные действия.

И неизвестно, что более эффективно в этой борьбе.

Не исключено, что вложение части ресурсов, затраченных на войну, в борьбу с российской пропагандой может оказаться более эффективным для сохранения жизней наших военнослужащих, чем прямые вложения в вооружение.

Эффективное противодействие российской пропаганде на Донбассе может снизить приток новых ополченцев в ряды сепаратистов, а также лишить агрессора возможности втянуть в противостояние население других восточных и южных областей Украины.

А если бы удалось разоблачить мифы, в которые верит население России, и снизить поддержку действий Путина, то это бы серьёзно затруднило возможности РФ по эскалации военных действий.

Всё, что нас разъединяет, всё, что мешает объединению всех патриотических сил Украины, должно быть отложено в сторону.

Сейчас не время искать и выпячивать разногласия.

Всем украинским националистам следует воздержаться от любых акций, действий и заявлений, которые могут разъединять патриотов Украины, или которые не всеми гражданами нашей страны воспринимаются однозначно.

Сейчас во главе угла должно быть не то, как отнесутся к действиям партии её сторонники, а то, что Украина находится в состоянии информационной войны с Россией и фактической интервенции на нашу территорию.

И не стоит помогать российской пропаганде «лепить» из украинских националистов образ фашистов и нацистов.

Они это очень хорошо умеют делать и без нашей помощи.