«За витриной» — «русский мир»

Уважаемая Мария Ряпулова детально проанализировала новый сериал канала СТБ «За витриной».

Картонные персонажи, у которых с первого же появления на лицах написано, кто положительный, а кто злодей, накрученные ситуации — всё это так.

Но есть у сериала ещё один срез.

Итак, провинциалка Галя приезжает в столицу.

Судя по всему, Галя никогда раньше в столице не бывала.

Иначе бы не смотрела на достаточно банальный в архитектурном плане торговый центр (в украинских нестоличных городах, кстати, таких тоже полным-полно), словно на висячие сады Семирамиды.

Легко ли представить, чтобы хоть какая украинская провинциалка ни разу в жизни не бывала в городе, где живёт её дядя — притом что и расстояния у нас не тысячекилометровые, и транспортное сообщение неплохое — до самой дальней точки отнюдь не «только самолётом можно долететь», а вполне реально доехать максимум за сутки?.

Судя по тому, что люди показывают ей подземный переход, Галя их никогда в жизни не видела — то есть, ни разу в жизни не бывала не только в столице, но и вообще в большом городе.

А рассматривая торговый центр, Галя как ни в чём не бывало идёт по проезжей части и попадает под машину — выходит, она вообще никогда не была нигде, где машины ездят чаще, чем раз в полчаса, и не знает элементарных правил? Она ни сном, ни духом не знает, как вести себя на городской улице?.

Так откуда же она приехала, наша Галя, где она живёт? Разве что где-то в далёкой-далёкой таёжной глуши.

Одна только беда: в Украине нет таёжной глуши, нигде нет.

Да и представить себе молодую украинку, которая в своей жизни никогда совсем нигде не была и ничего не видела хотя бы по тому же телевизору — невозможно, практически не бывает такого, разве что в очень уже неблагополучных семьях, но это не о нашей героине.

А как она одета? Какое-то бесформенное цветастое платьице, отсылающее к СССР 1950-х годов: уже в 1970-е годы молодые девушки такие платья не носили.

То ли туфли, то ли ботинки, по сравнению с которыми обувь Людмилы Прокофьевны из «Служебного романа» — верх элегантности.

Две торчащие в стороны косички — уже в 1970-е годы такие причёски носили только школьницы.

Кстати, по ходу первой же серии Галя предстаёт в джинсах — стареньких, но не карикатурных, в отличие от её платья.

По городу она ходит в джинсах, а в дорогу надела платье, да? Но дело не в этом: ни в маленьких городках, ни в посёлках, ни в сёлах Украины я никогда — повторю: никогда — не встречал таких типажей.

Поезжайте сами и убедитесь: в самом маленьком селе «провинциалки» выглядят вполне современно.

И на самом деле по внешнему виду не так легко определить, киевлянка перед вами или нет.

Не знаю, действительно ли есть такие реликтовые провинциалки в России, но, судя по тревел-блогам и фотографиям в них, Москва и российская провинция — это во многом разные миры, разные образы жизни.

Да, кстати: как в реальности разговаривают «глубокие провинциалки»? Часто — на суржике.

Часто — на украинском с диалектизмами.

Наша героиня говорит на грамотнейшем литературном русском языке, без малейшего намёка на украинский акцент, без малейшего намёка на просторечные выражения и даже с правильным русским Г — в отличие, кстати, от некоторых высших руководителей бизнес-империи Ветрова.

Вот она какая, украинская глухая провинция!.

А теперь скажите: часто ли вы в обиходе слышите слово «провинциалка»? Часто ли слышите, как киевляне маркируют (а то и клеймят) этим словом приезжих? Вероятно, практически никогда.

Не в ходу в Украине этот ярлык.

В отличие от России, по разным историческим причинам в Украине никогда не было пропасти между столицей и периферией.

Никогда не было противостояния столицы и периферии.

В Киеве не принято презрительно относиться к другим городам и весям, а тем более к выходцам из них.

В отличие от Москвы.

Ну, не был никогда Киев столицей огромной империи, неоткуда было возникнуть имперскому чванству.

А дальше — не только моё наблюдение, но слышанное от многих: если москвички часто выставляют свою красоту напоказ и ведут себя демонстративно, пытаются выглядеть и вести себя по некоему шаблону, то киевлянки более сдержанны, интеллигентны, их красота — неброская, зато стильная, в них больше индивидуальности.

А что мы видим в сериале? Все столичные коллеги главной героини выглядят однотипно — и в одежде, и в причёсках, и в манерах, все, как на подбор — стервозы редкостные, а главная цель у всех — найти себе богатого мужчину.

Вы узнаёте в этом портрете типичных киевлянок? Я — нет.

И, кстати, а что это я всё о Киеве? В первой серии на мгновение мелькает украинский флаг на фоне крыши здания Киевской городской администрации — в таком ракурсе узнать место действия может только тот, кто очень хорошо знает это здание.

Это, кажется — единственный фрагмент, который хоть как-то отсылает к Киеву.

Название «Киев» не звучит ни разу — речь в сериале идёт о «столице» и только о «столице».

Без названия эта столица, надо полагать.

Номера на машинах украинского образца, но серии ЕТ — такой серии реально не существует.

На табличке у дверей заместителя председателя горсовета город вообще не указан — просто вот горсовет.

(Не будем уточнять, возможно ли такое в принципе.) Некий собирательный образ среднестатистического города? Так ведь столица же! Сама табличка — на русском языке и только на нём.

Никаких намёков на украинский язык в сериале вообще нет.

Дядя героини упоминает населённый пункт, в котором живёт Галя, — Астаховка (Остаховка?).

А теперь посмотрим, как это название звучит по-украински: Астахiвка.

Похоже на украинское название? Ни в малейшей степени: Стахiвка — да, возможно, но только не Астахiвка.

Гугл, кстати, даёт одну-единственную ссылку на одно-единственное село Астаховка — расположено оно в Казахстане.

Ну, и по мелочам: каждая из этих мелочей вполне может существовать в реальности, но все они в комплексе, вместе взятые..

Фамилия героя-бизнесмена — Ветров, торговый центр называется «Ветров-плаза».

Нет, на самом деле в Украине немало бизнесменов с русскими фамилиями — почему бы нет? А вот у Гали фамилия украинская — ну, понятно, провинциалка же! Кофе на улице продаёт типичное «лицо кавказской национальности».

Опять же, вполне могло бы быть — если бы не сугубо московский стереотип: мол, всю рыночную и уличную торговлю держат выходцы с Кавказа.

В Украине и, в частности, в Киеве это совсем не так.

Уже набили оскомину российские сериалы, сюжет которых сводится к тому, что «добрая и скромная провинциалка приезжает в столицу, но в мегаполисе с его волчьими законами не теряется».

Хоть бы один сериал сняли с сюжетом: «нахальная провинциалка приезжает в столицу и, презрев все столичные приличия, идёт к своей цели по головам».

Нет, не бывает такого.

Ведь именно глухая провинция, потаённые и не тронутые цивилизацией её уголки как раз и есть обиталище «великой русской духовности» — той самой, о которой все в России говорят, но никто до сих пор не видел.

Только вот правомерно ли пересаживать всю эту посконную сермяжность на якобы украинскую почву?.

В не меньшей степени набили оскомину российские сериалы, герои которых — положительные с ног до головы крупные бизнесмены, простые в общении и «добрые внутри».

Вы представляете себе типичного владельца общенациональной сети крупных торговых центров несколько другим? А вот сериалы (российские, а теперь и «За витриной») внушают и внушают: любой «хозяин жизни» — просто тебе отец родной, строгий, но справедливый, талантливый и трудолюбивый.

Да, с явно авторитарными замашками (а у господина Ветрова они крайне авторитарные, вплоть до настойчивых требований от сотрудников быть преданными лично ему — ну, просто как крепостные) — но тем он роднее и справедливее.

И я, кажется, догадываюсь, почтение к какому именно «отцу родному» таким способом внушают россиянам.

И какую модель отношений между элитой и «простолюдинами» навязывают как якобы естественную.

Да, русскоязычный рынок телепродукции намного шире и ёмче, чем украинский.

И производство украинскими телеканалами фильмов и сериалов, рассчитанных прежде всего на русскоязычную аудиторию, — это вопрос этики.

В данном случае дело в том, что снятый в расчёте на, вероятнее всего, российскую и / или СНГовскую аудиторию сериал внушает украинской аудитории стереотипы сугубо российской реальности под видом якобы наших.

Мы захлопнули двери перед российской пропагандистско-сериальной продукцией.

А оказалось, что она вполне воспроизводится и в Украине самими украинскими телеканалами.

Скорее всего, по-прежнему сознательно, исходя из сугубо коммерческих интересов.

А возможно, порой еще и потому, что немало украинских теледеятелей так долго и так тесно были вовлечены в «общее телевизионное пространство», что теперь вполне искренне мыслят категориями этого самого «общего пространства».

Что для них российская реальность реальнее, чем украинская.