О чем Юрий Бойко агитировал на ICTV

В программе «Интервью с кандидатом в президенты про главное», которая выходит на канале ICTV в рамках предвыборной агитации, 21 марта выступил Юрий Бойко – кандидат-самовыдвиженец, которого поддерживает «Оппозиционная платформа – За жизнь», которую возглавляет кум Владимира Путина Виктор Медведчук.

«Детектор медиа» приводит практически дословную расшифровку интервью Вадима Карпьяка и Елены Фроляк с кандидатом.

@video=//www

Вадим Карпьяк.

Добрый вечер, в эфире «Интервью с кандидатом» о главном.

В студии Вадим Карпьяк, Елена Фроляк и кандидат в президенты господин Юрий Бойко.

Добрый вечер, господин Бойко.

Добрый вечер.

Вадим Карпьяк: Начнем с программы, о которой я только что сказал.

Я внимательно ее прочитал и там очень много таких пунктов, как поднятие зарплат, повышение пенсий, возвращение мигрантов украинских, которые сейчас находятся как работники за рубежом.

И еще такие финансово-затратные вещи.

Хотелось бы понять, где вы планируете аккумулировать средства в экономике Украины, какие области должны стать флагманами для того, чтобы обеспечить финансово эти обещания из программы?.

Действительно, все эти социальные выплаты и увеличение благосостояния людей должны базироваться на работающей экономике, а не на кредитах и сбережениях, как это сейчас пытаются сделать.

Мир давно проходил такие кризисы как наш, поэтому есть рецепт, как из них выходить.

Что для нашей страны будет рецептом выхода из экономического кризиса? Во-первых, выбрать (мы уже это сделали) шесть основных кластеров отечественной экономики, которые при их развитии двигают всю экономику вперед.

Это космическая отрасль, автомобильная, судостроительная, строительство самолетов, сельское хозяйство.

Почему именно эти отрасли? Потому что одно рабочее место, которое в них образуется, одновременно вызывает создание 10-12 мест в соседних кругах.

Потому что это отрасли наукоемкие, и, самое главное, мы имеем для этого весь потенциал.

Есть у нас база и в космической отрасли.

Мы одна из немногих стран в мире, которая может строить и запускать ракеты сама.

Самолеты мы также строим, там уникальная ситуация.

Так и с автомобилями и машиностроением.

Каждая отрасль требует своего подхода.

Космическая — полностью государственная в финансировании и регулировании на первом этапе.

Автомобильная отрасль — налоговые льготы и недопуск прохода на наш рынок других автомобилей, которые, на наш взгляд, создают нездоровую конкуренцию.

То есть каждая отрасль должна иметь свой подход, но если мы дадим им толчок, то это приведет к тому, что вся экономика заработает.

И те люди, которые выехали из страны, они будут иметь перспективы достойной зарплаты здесь, они вернутся.

Многие уехали, так как не имеет возможности прокормить свои семьи.

Имею и собственный пример.

Когда я был вице-премьером и встал вопрос автомобильной отрасли, то мы как раз и сделали несколько шагов, которые позволили в 2013 году увеличить строительство автомобилей в стране.

У нас работало 8 автомобильных заводов и мы дополнительно открыли более 50 тыс рабочих мест за полтора года.

Это уже пройденный путь и им надо идти, если хочешь восстановить экономику в целом.

Вадим Карпьяк: Уточнение.

Заградительные средства против импорта автомобилей — я правильно понимаю?.

Вадим Карпьяк: Это не противоречит нашим позициям в ВТО, где мы должны открывать рынки, а не закрывать?.

Дифференцированный подход, вот как мы с РФ сделали так называемый «утилизационный сбор».

Если машина из Российской Федерации у нас и она отработала свой срок, то для ее утилизации внутри страны нужно было заплатить 1500 $ на то время.

Это была дополнительная пошлина, это цивилизованная практика и она работает всегда.

Что касается авто из Европы, то там была пошлина на дорогие авто, это была жесткая дискуссия с еврокомиссаром по торговле.

Но я смог доказать, что мы имеем право и должны поддержать собственного производителя.

Не будет легкого пути.

Будут конфликты, дискуссии.

ВТО это большая организация, но ты понимаешь, что мы должны отстоять наши интересы, потому придется идти на конфликт.

Ради того, чтобы люди вернулись в страну и работали.

Вадим Карпьяк: Еще одна финансово-затратная позиция — списание долгов за жилищно-коммунальные платежи.

Вы намерены отменить долги тем гражданам, которые не могут платить.

Но, исходя из дефицита бюджета Украины на этот год в размере почти 90 млрд гривен, хочется понять, кто покроет эти расходы, которые будут списаны.

Там 2 закона.

Списание долгов.

Это нужно сделать, потому 50 млрд задолженности надо расчистить.

Второй закон — создание нормальной цены на газ.

Смешение собственного газа и импортируемого, средняя цена для всех одна.

Сегодня с учетом себестоимости собственного газа и закупки импортированного это не более 4900 грн.

У меня также есть опыт по этому поводу, когда я занимал должность министра энергетики.

Мы практически делали таким образом, чтобы не было увеличения стоимости газа для населения и не было увеличения долгов.

Что касается вашего вопроса, то, действительно, надо тщательно разобраться, кто не мог действительно платить — тому отменить.

А тот, кто пользовался событиями и не платил — те должны заплатить.

Списывать с прибыли «Нафтогаза».

Тем более, что 50 млрд прибыли были за счет повышения цен на газ для населения.

Это на первом этапе, а затем, когда будет выровнена цена на газ, не будет необходимости в возникновении задолженности.

Елена Фроляк: Юрий Анатольевич, вы собираетесь списать долги тем, кто не платил, но есть люди, которые платят исправно и в полном объеме.

Вот я, например, плачу исправно и вовремя.

Вы не боитесь, что начнется саботаж именно плательщиков — тех, кто платили? Не боитесь ли вы этой реакции ответственных плательщиков?.

Действительно, такая проблема есть.

Надо, чтобы правительство разобралось, на это отдельное поручение правительству дается.

Оно разбирается, делает анализ, нормативы проверяет.

Но мы на самом деле сделали анализ свой и 80 с лишним процентов людей — они действительно не могли платить.

Примеры есть конкретные.

Живет женщина в Макарове, Киевская область.

Пригласила меня к себе.

Она пенсионерка, два года получила субсидии, затем она прекратилась.

Двухкомнатная квартира, 2000 грн за коммуналку, а пенсия 2200.

Что ей можно сказать? Она не может платить.

И таких случаев миллионы по стране.

Большинство не платили за космические тарифы.

Елена Фроляк: Еще одно уточнение.

Каково ваше отношение к последней инициативе «Нафтогаза» открыть рынок газа и сделать цену на газ рыночной?.

Что значит рыночная цена? У нас «Нафтогаз» — уникальная организация, они фонтанируют заявлениями, а на самом деле они посадили всю страну на спотовый газ, чего нет ни в одной стране.

Любая страна в ЕС работает по правилам.

Должно быть три направления поставок энергоресурсов в государстве: трубный газ, собственная добыча и, если не хватает, закупка газа на рынке.

Они умудрились сказать, что они отказываются от российского газа, остановили прямой контракт с «Газпромом».

Этот же газ берут на споте на рынке, причем цена колеблется каждые 10 дней.

И тот же газ обходится на $ 10 дороже, если бы мы брали на восточной границе на прямых контрактах.

Поэтому нет рыночной цены на газ.

Есть спотовая цена, но страны берут мало по этой цене, большинство имеют долгосрочные контракты.

Это должно быть главной задачей новой власти — отойти от этого идиотизма, который они породили, когда посадили всю страну на рыночные цены на газ.

На бытовом уровне это означает следующее.

Вот предположим, что вы предприниматель и производите мебель.

У вас есть контракт с лесхозом, вы берете древесину согласно фиксированной цены на какой-то срок и вы гарантировано ее получите.

И вы знаете, сколько у вас будет стоить мебель из этой древесины.

Что они сделали? Они сказали: «Нет, у вас не будет контракта, идите на базар и покупайте там древесину по той цене, которая там есть».

Вы пришли, а там пожар в лесу и древесина поднялась в цене.

Это абсолютно нецивилизованный, неевропейский и вообще антигосударственный подход.

Должен быть долгосрочный контракт и гарантия цены на будущее.

Вадим Карпьяк: Господин Бойко, если я правильно понимаю, вы планируете покрыть неплатежи людей за ЖКХ прибылью с «Нафтогаза».

Бывшей прибыль.

Вадим Карпьяк: При этом обещаете уменьшить цену на газ.

Это означает, что «Нафтогаз» получает меньше прибыли.

Нет, прибыль сейчас.

Покроем тем, что сейчас, а затем уменьшается цена на газ и не будет задолженности.

Ее не было еще 5-6 лет назад.

Вадим Карпьяк: Но есть очень радикальная позиция МВФ по поводу цены на газ, где настаивают на том, что цена должна быть рыночной.

И уменьшение цены может привести к конфликту и прекращению программы поддержки МВФ действий нашего правительства.

Как вы планируете тогда вести с МВФ переговоры?.

Как и вел.

2011 год, я министр экономики.

Приезжает к нам МВФ, приходит руководитель миссии и говорит: «Мы хотим, чтобы вы подняли цену на газ для населения на 30%, а через 3-4 месяца еще на 25%».

Я посчитал и говорю: «Мы этого делать не будем».

Пришел в правительство и говорю премьер-министру, что мы не можем так делать.

А почему? Потому что люди не будут платить.

Или нужно будет делать большие субсидии, как вот сегодня посадили всю страну на субсидии.

Что нам даст кредит МВФ, если у нас такая же сумма будет по неплатежах, как и сегодня — 2 млрд? Экономически это невыгодно и это создаст социальную проблему.

Мы отказались от программы МВФ в 2011, потому что это было невыгодно для государства и для людей.

Сегодня приезжаю в любую аудиторию, и первый вопрос: «Как я буду платить за газ?».

Колоссальное количество людей вернули в позапрошлый век, когда люди вынуждены закрывать газ и переходить на дрова.

Приехали в село Скригалевка Киевской области, там женщина живет с тремя внуками.

Закрыла газ и ходит к себе в сад, который посадил ее отец, и рубит дрова.

Что это такое? И такое в любом селе.

Мы не можем издеваться над людьми.

Причем здесь МВФ? МВФ — это бюрократическая организация.

Когда они предложили поднять стоимость газа собственной добычи к импортированному, они забыли сказать, что такое импортируемый газ.

И почему мы должны собственный газ поднимать до импортированного.

Сделать среднюю цену? Так работают Румыния и Болгария.

Почему мы должны приравнять газ до норвежского или российского? Должна быть дискуссия с МВФ и если не договоримся, то будем отказываться.

Елена Фроляк: Вы сегодня много говорите о пенсионерах, я так понимаю, вас как кандидата в президенты и бывшего чиновника не устраивает ситуация.

Ситуация действительно сложная, есть миллионы пенсионеров, которые получают чуть больше 1000 грн, имея стаж в десятилетия.

Как вы, если победите, будете решать пенсионную проблему в стране?.

Однозначно надо пенсии повышать, потому что все 5 бюджетов, принимавших с 2014 года, практически все они были на замораживание пенсий и повышение выплат силовикам.

Классическая построение полицейского государства с бедным населением.

Если 3 года назад я встречался с пенсионерами, и они все время жили трудно — и 10 лет назад, и 5 — то сегодня, когда с ними встречаешься, перед тобой стоят голодные люди.

Повышение пенсии это задача номер 1.

По поводу аргументов, что у нас дыра в пенсионном фонде, и мы не можем пенсию повышать — еще в 2013 году дефицит был 23 млрд, был жуткий скандал по поводу «Как же так произошло?».

А сегодня дыра понятно почему появилась.

Люди уехали из страны, 5 млн мигрантов, средняя зарплата невысокая, а пенсионный фонд наполняется из зарплат.

Сегодня такая ситуация, что 1 работающий, а пенсионеров — 1,2.

Средняя зарплата 8000 грн, если поделить на 20% процентов налога и умножить на 1,2 — примерно 1200 достается от работающих пенсионерам.

Другое должно государство доплачивать.

Выход один.

Надо вернуть людей, создать новые рабочие места, восстановить экономику.

Второе — уменьшение кредитов, чтобы они не платили такие огромные суммы.

Третье — восстановление государственного регулирования на товары первой необходимости.

Это была дикая глупость, когда правительство отменило ее в октябре 2016 и это сработало как крючок на рост цен.

Тогда мы дадим им шанс.

Ну и меньше платить силовикам, а больше направлять на социальные выплаты.

Это даст шанс людям шаг за шагом получать больше денег и как-то жить.

Елена Фроляк: Пенсионный возраст будете менять?.

Сейчас нет такой возможности.

У нас 67 лет — средний возраст жизни у мужчин.

72 года — средний возраст в целом по стране, то есть если мы увеличим средний возраст, то, конечно, мы оскорбляем очень много людей.

Не надо этих вещей делать, просто надо заниматься экономикой, потому что не такая уж большая проблема — наполнение пенсионного фонда — чтобы нельзя было за счет работающей экономики ее решить.

Елена Фроляк: Давайте теперь о внешней политике.

Вы знаете, что согласно последним изменениям в Конституции Украины, президент является гарантом стратегического курса государства на вступление в ЕС и НАТО.

Вы выступали против этой статьи и обещаете обеспечить стране внеблоковость и нейтралитет.

Как вы будете эти противоречия решать?.

Мы вообще считаем, что парламент сделал неправильную вещь.

Если мы хотим менять кардинально курс страны, то нужно выйти на референдум и спрашивать у людей.

Не может парламент с 4% доверия населения принимать решение об изменении внешнеполитического курса страны.

Потому что эта прерогатива должна быть у народа и мы будем выносить этот вопрос на референдум, как и другие вопросы, касающиеся примирения на Донбассе.

Вадим Карпьяк: Относительно закона о референдуме.

Вы в случае победы планируете сделать его одним из первоочередных законов, которые вы внесете в парламент?.

Давно болит этот вопрос, потому что некоторые вопросы внешнеполитического курса и внутри страны, наши территориальные вопросы — они требуют, чтобы народ имел возможность сказать «да» или «нет» и поэтому закон о референдуме обязательно должен быть.

Он будет базой для будущих важных решений.

Вадим Карпьяк: Есть один момент, на который указывают эксперты.

В случае проведения всеукраинских референдумов в то время, когда часть наших территорий аннексированы и оккупированы и наши граждане на оккупированных территориях не могут участвовать в этих референдумах, могут быть искажены результаты референдумов и их можно будет обжаловать.

Как вы думаете решать эту юридическую проблему?.

По Донбассу мы однозначно примем этот закон после того, как пойдем путем возвращения людей.

Эти люди имеют украинские паспорта, они являются полноценными гражданами нашей страны.

Но то, что в принципе нам надо время от времени выносить вопрос на усмотрение людей, это уже насущное требование времени.

Вадим Карпьяк: Понятно.

В вашей программе написано: «Преодолеем противоречия со всеми странами-соседями, в том числе и с Россией».

В чем суть вашего мирного плана, который позволит нам преодолеть противоречия с Россией?.

Вы имеете в виду план по восстановлению территориальной целостности страны?.

Вадим Карпьяк: Да.

Мы очень тщательно изучили мировой опыт.

Как страны, которые имели конфликты, потеряли часть территории и потеряли людей, как они выходили из войны.

Мы изучили и положительный, и отрицательный опыт.

Положительный опыт — это пример Колумбии, которая имела 52 года войну на своей территории, половина страны была под партизанами, были убиты за 52 года 220 тыс человек.

Жестокость была невероятная.

8 млн беженцев.

Они смогли прекратить войну и подписать мирный договор и начать мирную жизнь.

Мы очень тщательно изучили этот опыт, направляли туда своего представителя — на выборы в парламент (первые после подписания мирного договора).

Затем мы пригласили сюда министра внутренних дел Колумбии, которой был одним из руководителей процесса переговоров и подписания договора.

Он рассказал, что каждый конфликт имеет свою «личность».

У нас это затяжной конфликт — 5 лет, 492 км линии фронта.

Он сказал, что нам нужны три вещи.

Политическая воля главы государства — чтобы не спекулировали на войне, а приняли решение, в их случае это был президент, который сразу решил подписать мирный договор.

Кстати, после подписания он стал лауреатом Нобелевской премии мира.

Второе — это переговоры с врагом.

И он мне лично рассказал, как он сидел за столом и рядом сидели командиры колумбийской армии, а напротив сидели партизаны.

Два года они проводили переговоры.

Третье — надежные гаранты, которые будут гарантировать достижение договоренностей.

У них это были 5 стран: Америка, Венесуэла, Куба, Германия, Норвегия.

У нас есть база — Минские договоренности.

И мы не видим другого выхода, кроме прямых переговоров.

Да, с этими непризнанными республиками, но за них должна гарантировать Россия.

Компромисс будет найден.

Если кто-то думает, что такой конфликт можно политическим путем решить без компромисса, то это неправильно и это обман людей.

Должен быть компромисс, как и при всех конфликтах такого масштаба.

Есть и негативный опыт.

Это ситуация между Азербайджаном и Арменией.

27 лет ситуация в Нагорном Карабахе, 27 лет война, по 200 погибших в год.

Моральная боль в Азербайджане только растет, потому что они потеряли 20% территории.

Мы хотим избежать этого сценария.

Поэтому мы должны вести переговоры с Россией, чтобы она гарантировала за эти территории.

Потому что если бы они хотели их взять к себе или признать — они бы это сделали.

Елена Фроляк: Если возвращаться к компромиссу, то не компромиссом ли вы называете переговоры с непризнанными лидерами ДНР / ЛНР? Поскольку у вас прописано, что новая власть пойдет на прямые переговоры со всеми сторонами конфликта, даже зная о том, что они управляются из Москвы.

Россия должна за них так же гарантировать, как Америка или Норвегия гарантировали за партизан.

Елена Фроляк: И вы верите, что Россия будет гарантировать за них?.

Если бы хотели их забрать, то забрали бы их.

Вадим Карпьяк: Но здесь вопрос, насколько вы доверяете гарантиям России, ведь неоднократно нарушала гарантии, которые давала по Будапештскому меморандуму.

У меня осторожное отношение к Будапештского меморандуму.

Я не знаю, при каких обстоятельствах он подписывался, но когда я его читал, то увидел, что там нет ни одного юридически тягостного обязательства.

Меморандум — это не международный договор.

Даже Минские соглашения имели б.

Ольше международного значения, когда они были подписаны, потому что они были приняты Советом Безопасности ООН.

Если будет подписано гарантированное участие РФ, то оно должно быть утверждено на международном уровне.

Потому что с нашей стороны тоже должны быть гаранты.

Даже когда сменится власть, с нашей стороны тоже должен кто-то выступать в качестве гаранта.

И нужно рассказывать людям, что мы делаем.

Вот мы подготовили, дайте согласие.

И получилось так, что 50 % сказали «да», а 50 % сказали «нет».

И нам придется честно сказать обществу, но альтернативы нет.

Мы не можем держать военный конфликт, который висасывает бюджет, нет возможности инвестировать, люди прячут детей за рубежом от армии.

90 % студентов там учатся, потому что боятся, что в армию заберут.

Альтернативы нет.

Вадим Карпьяк: Тогда переформулирую.

Гарантии России по соблюдению международного права были нарушены, когда Россия нарушила большой договор между Украиной и Россией о дружбе и сотрудничестве.

Там Россия гарантировала Украине соблюдения принципа территориальной целостности и нерушимости границ.

Можем ли мы полагаться на их гарантии снова?.

Это зависит от того, кого мы со своей стороны возьмем в гаранты.

Должны быть международные гаранты со стороны нашей стороны, которые могли бы разговаривать с РФ и иметь паритет.

Это сугубо в поле международных договоренностей должен проходить.

Вадим Карпьяк: Кто бы мог быть гарантом?.

У меня были большие надежды на миссию Суркова и Волкера.

На первом этапе я реально увидел, что отстраивалась дорожная карта, мы перешли к конкретным вопросам.

К сожалению, эта ситуация затем была заблокирована.

Но такая миссия, если она будет работать и подпирать с обеих сторон, это будет очень полезно.

Вадим Карпьяк: Тогда возвращаясь к внутренним делам.

Например, Украина установила контроль над Луганской и Донецкой областями.

Сразу серьезные проблемы: инфраструктура разрушена, экономическая база разрушена, промышленная база тоже.

Очень много людей, которые сейчас вынужденные переселенцы, уже заявляют, что не будут возвращаться на оккупированные территории, даже если там будет восстановлена украинская власть.

Как вы планируете вдохнуть жизнь в эти территории?.

Вы сказали правильно — многие люди не хотят возвращаться.

Я часто общаюсь с ними и только четверть готова возвращаться.

Главная причина — все разрушено, жить негде, хотя здесь они тоже живут во временных местах.

Но людям некуда ехать.

Инфраструктура должна быть восстановлена.

Здесь мы пойдем тем же путем, который проходили при Чернобыле.

Будет создан международный фонд — такие переговоры уже есть, они готовы.

Европейцы и американцы готовы предоставлять средства.

Это будет международная поддержка.

Потому что когда произошло так в Чернобыле, то мы собирали международных доноров, мы собрали миллиард долларов для строительства нового саркофага.

И все принимали участие, потому что понимали, что произошла трагедия.

Одна наша страна не справится, у нас нет таких средств.

Там действительно нет городов, они разрушены.

Особенно те, которые находятся у линии фронта.

Надо будет их восстанавливать, на это нужны огромные средства.

Елена Фроляк: Как вернуть тех людей, которые сейчас там, на оккупированных территориях? Там растут дети, которые не слышали украинского языка и ничего не знают об Украине.

И там много людей, которые откровенно говорят, что они ненавидят эту страну.

Как их вернуть?.

Вы с ними общались?.

Елена Фроляк: У меня двоюродная сестра живет в Донецке, и она ненавидит все, что касается Украины.

А у нас много тех, кто ненавидит то, что произошло там.

Львиная доля на той территории хотят возвращения к мирной жизни.

Сейчас у них комендантский час.

Представьте, что люди живут и работают так.

Их надо будет адаптировать к мирной жизни и для этого как раз нужен компромисс в виде закона об особом статусе на несколько лет.

Потому что их нужно будет адаптировать.

Начиная от пропаганды и агитации.

Восстановление экономических отношений, получение пенсий нашим пенсионерами.

Да, на несколько лет там нужен особый статус, который и принял наш парламент.

Но это противоречит Конституции.

Хотя это будет компромисс с нашей стороны.

Нам нужно будет принять закон об амнистии для тех, кто не убивал.

Потому что сейчас у нас на той территории врач или учитель подпадает за пособничество террористам по уголовную ответственность.

Нужно дать сигнал тем людям, что они все украинские граждане.

Там же нет у них паспортов РФ, как в Крыму.

Это будет тяжелый долгий процесс и 5 лет это все уже идет.

Если кто-то думает, что за 2 недели, как говорил действующий президент, можно будет прекратить войну, то это неправда.

Вадим Карпьяк: Вы несколько раз употребили слово «компромисс».

Какие красные линии со стороны Украины, которые нельзя перейти? Где граница компромисса для нас?.

Восстановленные границ между Украиной и Россией со стороны пограничников.

Это пункт 9 Минских соглашений, который является указателем, куда мы должны прийти.

Граница должна быть восстановлена.

Другие вещи — возвращение экономических отношений, закон об особом статусе, об амнистии — все эти вещи надо честно рассказать обществу и рассказать, какая есть плохая альтернатива.

Все понимают, что нет пути Украины вперед без решения конфликта.

И уже тогда принимать решение.

К чему мы должны прийти — к границе.

Елена Фроляк: Вернемся в мирную Украину, раз уж вы заговорили об альтернативе.

Вы назвали медицинскую реформу нечеловеческой и предлагаете ее отменить.

Но альтернативу вы не предложили.

Какую вы предлагаете медицину?.

Это правда, у нас нет никакой медицинской реформы.

Вот я как раз приехал к вам из больницы №16 в Харькове, где лечат онкобольных детей.

Это самая трагическая ситуация, не каждый выдержит посмотреть даже на этих детей и матерей.

Какая там реформа, если врач этой больницы получает после института 4300, а главврач с надбавками 6800? Что это за реформа? Почему врачи уехали за границу? У нас нехватка врачей 30 %, особенно в селах.

Меня пригласили в село Чернеча Слобода.

Там закрыли сельскую амбулаторию, 1200 человек в селе, 20 км до райцентра, скорая не ездит.

Они все стоят и говорят: «Что нам делать, куда идти и где умирать?».

Это не медицинская реформа.

Мы считали с самого начала, что это просто коррупционная сделка, чтобы прогнать средства через соответствующие западные организации.

Альтернатива — страховая медицина, мир не придумал ничего более эффективного.

За пенсионера платит государство, за рабочего платит работодатель, имея льготы по налогам.

И люди понимают, куда им идти.

В любой аудитории сразу вопрос: «У меня пенсия 2000, а квитанция из больницы на 12-15 000.

Где брать деньги?».

Только страховая медицина.

Здесь не надо референдума.

Здесь надо доработать с учетом наших реалий и затем воплощать.

Вадим Карпьяк: Господин Бойко, у вас есть возможность обратиться ко всем, кто нас видит.

А мы что, заканчиваем уже?.

Вадим Карпьяк: Да, уже пора.

Хочу всех пригласить на выборы.

Все, кто нас видит и слышит — чтобы они пришли на выборы, потому что если не придут, то и голос может быть использован.

И поэтому это очень важно — чтобы люди имели возможность избрать президента.

Поэтому всех хочу пригласить.

Придите, пожалуйста, на выборы, и отдайте свой голос тому кандидату, за которого вы хотите проголосовать.

Елена Фроляк.

Мы вас благодарим, а мы на выборы точно придем.

Итак, сегодня у нас было интервью с кандидатом в президенты Юрием Бойко, а мы с вами прощаемся.

До свидания.