Нардеп Данченко об информационной атаке на него и политических кульбитах политиков/Александр Данченко об атаке на него и ситуации в парламенте

После выборов Украина живет не только мыслями о новом президенте, но и новом парламенте.

В связи с этим все чаще появляются новости о новых политических проектах и выходе действующих политиков из старых.

Так, недавно политикум удивил Андрей Садовой заявлениями о том, что фракцию в скором времени покинет ряд депутатов.

Но кроме Егора Соболева, который анонсировал свой новый политический проект, никто из фракции публично больше не высказался на этот счет.

О том, что все же происходит в партии, и стоит ли ожидать объединений новых и старых политпроектов - в интервью "Апострофу" рассказал народный депутат, глава комитета по информатизации и информационным технологиям АЛЕКСАНДР ДАНЧЕНКО.

- Пока готовилась к интервью, заметила, что последние несколько дней в информационном поле заметно участились негативные публикации о вас.

С кем или с чем это связываете?.

- Здесь может быть много версий.

А, вот, какая из них реальная – я не знаю.

Отмечу лишь, что эта кампания очень похожа на ту, что была прошлым летом.

Но это может быть связано и с неким постпрезидентским "травматическим" синдромом, когда все борются за виртуальные должности в новых командах, ведь в этих информационных атаках я как бы перехожу из "Самопомощи" и прошусь или уже даже перехожу к Владимиру Зеленскому.

Но на самом деле это выглядит так, будто кто-то очень не хочет, чтобы так произошло, несмотря на то, что никаких таких переговоров я не веду.

Получается, как в футболе, когда закидывают "информационную утку" про трансфер, очень часто потом такой переход во многом срывается из-за этого.

Так что, за этим стоят либо все те же люди, которые прошлым летом хотели меня очернить, так как тоже играют в политику и, таким образом, борются со мной, как с потенциальным конкурентом; либо кто-то очень сильно не хочет видеть меня там, куда я, кстати, пока не собирался идти.

Ни Зеленского, ни кого-либо из его штаба я лично не знаю, никакие переговоры ни с кем не вел и никакие предложения не получал.

Мне, конечно, приятно думать, что эта вся кампания - заслуга моей работы за 5 лет (улыбается)… Значит, так сильно боятся, что на всякий случай решили почистить потенциальных конкурентов, чтобы я не смог дальше продвигать реформы и быть сильным игроком в будущем.

- Так, а все же, вы для себя понимаете, какие группы влияния пытаются сорвать возможное ваше участие в Зе!Команде? Даже, если таких переговоров, с ваших слов, вы не ведете.

- Я по жизни достаточно дружелюбный человек и в принципе считаю, что у меня нет врагов, как бы там кто-то не думал.

Но в одной из этих информационных атак кто-то додумался даже тегнуть и министров, и европейских политиков.

В ответ получил звонки поддержки от некоторых представителей европейских институций.

Сейчас точно знаю, что есть один человек, который все последние годы и сейчас хочет все-таки мне "насолить", за что-то там отомстить.

С другой стороны, кто бы мог блокировать мои дальнейшие шаги? Ну, наверное, очень много людей хочет быть в команде действующего президента, каких-то будущих командах на различных ведущих ролях.

И, оценив мои перспективы, всячески стараются "сбить".

Если спросите, кто конкретно – я не смогу сказать наверняка.

- Давайте я перефразирую: с вашим бывшим бизнес-партнером Александром Кардаковым у вас есть на сегодняшний день какой-то открытый конфликт? Как у вас закончились бизнес-отношения?.

- Сложный вопрос.

Я, по правде говоря, не очень хотел бы этой темы касаться, но вижу, эта тема постоянно многим не даёт покоя, на ней спекулируют, поэтому рано или поздно нужно отвечать.

У меня лично конфликта нет.

Скорее всего есть конфликт у него со мной.

Мы давно не общаемся.

Но все же периодически я получаю, как прошлым летом, так и сейчас, от него такие не совсем приятные для меня вещи.

Мне даже тяжело сказать, как мы расстались, потому что процесс расставания выглядел достаточно странно.

До момента, как мы окончательно прекратили работу, за год я так и не смог с ним поговорить.

То есть я делал все это время попытки встретиться, объяснить, потому что я считал, что нас с ним кто-то разводит и играет на повышении ставок.

Но, к сожалению, Кардаков не захотел со мной на протяжение года встретиться.

Все, что потом происходит, я получаю либо из прессы, либо от каких-то других людей.

Вот и все.

Но даже несмотря на это, у меня с ним конфликта нет.

А, вот, у него, как мне кажется, по отношению ко мне есть.

Повторюсь, это мое личное субъективное мнение.

И почему-то мне кажется, что со многими его бывшими топ-менеджерами у него такие вот отношения по итогу получаются.

Возможно, он меня рассматривает сейчас, каким-то конкурентом.

Не знаю.

Это только мои догадки, потому что контакта у меня с ним нет.

Если это так, то от этого даже немного обидно.

Те 15 лет, что мы строили успешно компанию "Датагруп", мы с Кардаковым вместе сделали очень много.

И без Кардакова многие вещи бы не состоялись.

И я всегда это отмечал.

Но на сегодняшний момент имеем то, что имеем.

- В той же прессе звучит фраза, что вы попали в парламент, предав партнеров по бизнесу.

Как объясните такую оценку ваших действий?.

- Мне странно слышать такие выражения.

У меня был один-единственный бизнес - компания "Датагруп".

И, на самом деле, меня тяжело назвать партнером по бизнесу, когда у меня в бизнесе было 2,3% менеджерских… То есть мне приятно, конечно, когда так называют партнеров, лестно даже.

Акционерами компании, на момент моего ухода, являлся известный американский фонд и Александр Кардаков, и от них я не слышал каких-либо претензий в мой адрес.

Да, я был бессменным руководителем этой компании и имел свои менеджерские 2,3%.

Но больше никаких других совместных бизнесов ни с кем по жизни не имел.

Тот же Кардаков после нашумевшего интервью Евгению Черняку публично не подтвердил, какие-либо инсинуации и претензии на мой счет, добавив, что все мои решения, что все мои были в сфере интересов компании.

От себя замечу, что компания при мне была лидером в свей отрасли и выполняла абсолютно все планы, утвержденные акционерами.

.

- Да, совершенно верно.

У меня был трудовой контракт, подписанный на 3 года.

Я получал официальную зарплату, не маленькую, которая задекларирована и всему соответствует.

Я достоверно знаю, что и как происходило в "Датагрупе" после меня до мелочей, но никогда в жизни, если меня не заставят это сделать, я об этом говорить не буду, потому что считаю это подлым.

Компания продолжают жить, существовать, я не имею к ним сейчас никакого отношения.

Но фактически со всеми, с кем работал поддерживаю дружеские отношения и мне не хотелось бы наносить малейший урон кому-либо из них.

Это моя жизненная стратегия.

Поэтому все инсинуации, которые могут быть у Кардакова по отношению ко мне – еще больше не понятны… Я бы мог вам объяснить и рассказать, как мы расстались, если бы он хотя бы поговорил со мной тогда, но рассказывать по сути нечего.

- Так, а что на счет Зеленского, вас ведь не случайно связывают с Зе!Командой? Особенно учитывая тот факт, что вы хорошо знакомы с Александром Данилюком, который сейчас является одним из ключевых игроков в команде будущего президента….

- Никаких переговоров нет.

Противно смотреть, как многие переобуваются сейчас даже не в воздухе, а в кульбите.

Причем некоторые успевают переодеться два раза в одном и том же кульбите.

Я противник этого всего.

У меня честные и открытые отношения с лидером "Самопомичи" Андреем Ивановичем Садовым, с политсоветом и с коллегами по фракции.

Наверное, это тоже моя проблема в жизни, потому что я всегда говорю правду.

И моя эмоциональная правда естественно не может нравиться всем.

Каким будет мое будущее - я вам точно не могу сказать, потому что я просто не знаю.

У меня есть внутренние вопросы к самому себе, к своей личной стратегии.

У меня есть виденье и вопросы, как бы должна была развиваться "Самопомич".

Почему у нас вместо 12% рейтинга сейчас 2,4-2,7%? Почему в Киеве у нас рейтинг меньше 0,1%? И эту свою точку зрения честно и прозрачно я доносил последние полтора года руководству партии.

- И что именно вы доносили? Как вы объясняли Андрею Садовому, в чем заключаются столь низкий рейтинг партии?.

- Перед тем, как отвечу скажу, что к нам нужно было относится более снисходительны.

Мы были такими романтиками, которые зашли на фоне колоссальной поддержки лидера Львова Андрея Садового и на фоне успеха киевской фракции.

Когда в Киеве партия выиграла выборы, это было для всех сюрпризом.

Садовой собрал тогда фантастическую команду людей.

Он собрал команду звездочек, это было как раз то, чему меня учили в футболе – должна быть команда-звезда.

Дальше нужно было эту команду звезд лепить в команду, насколько возможно.

Этого, к сожалению, не получилось.

Разрыв между лидером во Львове и фракцией, которая состояла из фантастически сильных, но неопытных в политике людей.

Каждый из нас был лидером в отрасли, каждый реально что-то сделал в своем секторе и, конечно, даже мне казалось, что придя в этот парламент, а тем более став главой комитета, я одной левой ногой смогу изменить страну.

И я хочу сказать, так бы оно и было, если бы мы были у власти, если бы мы могли принимать решения, если бы был у нас Кабмин.

Мы столкнулись с теми вещами, которые сейчас не знают и близко все те, кто рвется к власти.

Это совсем другая жизнь.

Мы были не готовы к такому раскладу, мы хотели что-то сделать.

У нас что-то получалось, антикоррупционные вещи, тендеры 3g и 4g.

Я безумно благодарен Александру Животовскому, Дмитрию Шимкиву, всему коллективу УДЦР.

Мы вместе, при поддержке Кабмина, Администрации президента, смогли проскочить с этим.

Почему проскочить? Потому что, если говорить о Pro.

Zorro, то и они тогда смогли проскочить, а дальше все остановилось.

У нас были успехи, но дальше мы попали под каток непонимания тех старых команд, тех старых политиков, которым это не нужно.

И вторая наша ошибка, как не прискорбно это звучит, это выход из коалиции.

Я понимаю, что сейчас скажу очень непопулярную вещь, но вы знаете, что люди из Британского парламента, например, из Европы, из Америки, очень опытные политики говорили: "Когда вы были в коалиции, все работали намного эффективнее, потому что вы их вынуждали слушать, вы их вынуждали делать больше хорошего и мешали делать им откровенную ерунду, которой очень много сделали.

Когда вы вышли, вместо вас быстро нашли любыми методами, в том числе коррупционными, замену и уже, не обращая на вас внимания, начали делать все в 10 раз хуже, чем было бы с вами".

И попав в эту непонятную ситуацию с мусором, когда именно указом из Киева был засыпан Львов мусором, все стало понятно.

То есть в ситуации, когда украинский город Львов, который признан лучшим туристическим городом, куда все те, кто засыпал его мусором, ездили на кофе, книжную выставку, джаз-фест, решили пойти на этот низкий шаг.

Эти люди должны просто извиниться перед львовянами и всей страной.

Такого нигде не было.

- По-вашему, кто персонально несет ответственность за это?.

- Если бы я точно знал кто, я бы вам сказал.

Но я не хочу быть голословным.

Я точно знаю, что это были указания из Киева.

А от кого именно - я лично не слышал.

- Давайте иначе: без ведома первого лица такие акции вряд ли можно предпринять?.

- Я думаю, что, к сожалению, да.

Наверное, это тоже один из результатов 75% на 25%.

После этого дальнейшее наше политическое плаванье, попытки каждого сделать что-то хорошее, позитивное привело к тому, что наш избиратель перестал нас понимать, потому что мы скатились до откровенно националистических идей, до блокирования Грушевского, за что киевляне, кстати, очень злые на нас.

Мы стали менее понятными, вроде как либеральная партия и выступаем за открытия рынка земли, а именно наших голосов не хватает, чтобы сделать краеугольную реформу в Украине, например.

Вот все эти вещи и привели к тому результату, который, к сожалению, есть на сегодняшний день.

- Со сменой власти обсуждаете во фракции какие-то возможные варианты коалиции с новыми политическими проектами?.

- На сегодняшний момент внутри парламента возможные союзы с кем-то мы точно не обсуждаем.

По крайней мере я этого не знаю, но вряд ли я бы этого не знал, если бы что-то происходило.

Мы точно не обсуждаем какие-то коалиции конкретно сейчас.

Я думаю, что мы должны быть сейчас в коалиции с украинским народом и за оставшееся время до каденции этой Верховной Рады доработать важные вопросы.

Это тот шанс, который Владимир Зеленский сейчас подарил и парламенту, и стране.

Проигравшая сторона, которая блокировала всеми силами закон про импичмент, закон про президента, закон про снятие депутатской неприкосновенности и выборы, сейчас, оказавшись с другой стороны, мне тоже это неприятно на самом деле, лихорадочно бросилась менять эти законы.

Они тоже очень быстро перекрасились, что выглядит не аккуратненько, потому что это больше с перепугу.

Но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Эти 75%, которые проголосовали не только за Зеленского, но и против действующей власти, сейчас дали шанс украинскому парламенту сделать то, что депутаты не могли сделать последние пять лет, но уже под давлением людей, которые проголосовали за необходимость изменений в стране.

- Вы как для себя определяете вашу личную стратегию? Поделитесь, какие мысли есть на этот счет.

- Я человек результата, и для меня очень важно, как и в футболе, так и в политике, в бизнесе побеждать и достигать результата.

Не просто результата, а положительного результата.

- Давайте конкретней: с партией "Самопомощь" вы видите варианты, как добиться того позитивного результата о котором вы говорите?.

- На сегодняшний момент я являюсь членом фракции "Самопомощь".

Две недели назад и последние полтора года, не только я, но еще группа людей, которые переживают за партию и хотели бы чтобы она была сильной, передали свое виденье развитие партии и выхода с той непростой ситуации, в которой мы все вместе оказались.

И мое будущее там зависит от того, услышат меня или нет.

Как и где себя реализовывать дальше? Я очень сильно над этим думаю.

Я понимаю, что никто не поверит, но я хотел бы все-таки реализовать свои идеи, которые изменят эту страну.

Когда приходила "Самопомощь", никто в этой стране, ни один человек, не говорил про цифровую экономику.

Мы принесли это с "Самопомощью" и последние два года все говорят в Украине об этом.

Но кроме нас мало кто знает, как это делать, да и не хочет этого делать.

Это, кстати, проблема тех оппонентов, которые сейчас на меня льют грязь.

- А вы выходили с ними на связь как-то?.

- Со мной не хотят говорить, сказать наверное нечего.

Но я готов общаться, я готов публично пригласить всех на разговор, дебаты, если хотите, всех тех, кто поддерживает меня, всех кто не поддерживает, кто лайкает, пишет гадости, либо, у кого есть вопросы ко мне.

- Кардакова готовы пригласить?.

- Конечно, и не только его, а абсолютно всех.

Я не хочу зацикливаться на Кардакове.

Я приглашаю всех к обсуждению.

Я этого не боюсь.

Но, в любом случае, дальнейшая моя стратегия заключается в том, чтобы принести пользу, основанную на своих знаниях и идеях, полученном опыте за последние пять лет, которые для меня, знаете, как такой хороший колледж, и теперь надо переходить в университет.

- И с какой оценкой?.

- Не мне судить, а отрасли, избирателям.

Но этот багаж очень серьезный для того, чтобы двигаться дальше.

Потому что любой, кто придет следующим, ему придется тратить столько же времени, я это точно знаю, для того, чтобы пройти вот эти все университеты.

У меня очень хорошие отношения и поддержка со стороны европейских и других международных институций.

У меня есть виденье, как развивать, например, не только цифровую экономику.

У нас огромный потенциал в развитии международных отношений, международно-экономической деятельности.

Но он на сегодняшний момент на минимуме.

У нас, извините, в посольствах люди на бензине экономят вместо того, чтобы представлять страну.

Вот мне хотелось бы это доделать и довести до ума.

Жалко это все терять.

Я буду и дальше максимально эффективно использовать опыт и получения знания, чтобы привносить изменения в страну.

- Я все-таки не услышала от вас ответа.

Если фракция ˮСамопомощьˮ прислушается или возьмет на вооружение то виденье, развитие ситуации, которое вы предложили и найдется какое-то совместное решение, вы готовы дальше идти с этой парией? Егор Соболев, к примеру, не готов.

- Я очень не люблю этих "если".

Но мне кажется, что, если есть возможность изменить стратегию, то все можно сделать.

Тем более, что сейчас интересным будет запрос на объединения.

К каждому из нас можно по-разному относиться.

Есть ошибки, за которые нужно отвечать.

Я не верю в полностью либеральные вещи, потому что я сейчас много учусь политике, в том числе и за рубежом, и есть статистика, что нигде в мире чисто либеральная идея вообще не прошла, нигде в мире.

То есть, такие проекты, как "Люди важливі", например.

Интересное течение, классное, но полностью в либеральную платформу я не верю, потому что в мире она везде проиграла.

Но люди, которые там собираются – это действительно новые лица, я их всех знаю, симпатизирую, кому-то больше, кому-то меньше, это абсолютно нормально.

Очень интересный, с моей точки зрения, получается проект у Игоря Смешко.

Если прочитать его программу, я считаю, она лучшая из всех, которые были.

Он для меня сюрприз этих выборов.

Достаточно четкая, хорошая программа, знаете, с нотками построения классного британского, американского образца консервативной партии.

- А в партию "Слуга народа" верите? Несмотря на то, что пока никто толком не знает, кто будет ее представлять.

- Да.

Я не знаю, кто там и что там делал в команде, но они красавцы.

И в футболе, и в политике есть такое правило: игра забывается, счет остается.

Ты можешь фантастически классно играть, но проиграть 0:1.

Через два дня все забудут, как ты там пяткой пытался сыграть, а все запомнят счет 0:1 и через сто лет, через двести лет от тебя останется только счет.

Да, у них сейчас сложность, будет драка за эти должности, за места, и количество акробатов, которые сейчас даже не стоят в очереди, а крутятся в воздухе, к ним, наверное, будет сумасшедшим.

Здесь очень важно, чтобы "Слуга народа" смогла отфильтровать вот этот список перевертышей, тех, кто к ним пытается переметнутся.

Кстати, забавная история, мне в день несколько звонков от знакомых поступает с вопросов: так что, когда я с ними, я же в Кривом Роге родился (смеется).

Я хоть из Кривого рога, но не с "95 квартала".

Как бы хотелось, чтобы со следующей властью были не донецкие.

Не винницкие, а просто украинские.

.

Гройсман, вот, заявил тоже о соем новом проекте.

Понятно, что игроками точно останется президентская какая-то партия.

Я не до конца понимаю "Народный фронт", какая у нее стратегия.

Есть "Батькивщина", которая никуда не денется.

- Такое вот дробление электората разумно?.

- Да, сейчас многие обсуждают, что это тоже может создать проблемы.

Сейчас нужно сделать так, чтобы все эти проекты все-таки смогли вокруг кого-то объединиться.

Потому что сейчас принцип два украинца, три гетмана может сыграть в абсолютный минус.

Должно быть то объединение, которое использует очередной шанс на изменения в стране и наконец-то поведет страну вперед.

Вперед - это сильная экономика, это счастливые люди с достойной зарплатой и те, которые хотят жить, работать в Украине, это сильная армия.

Я не верю в силовое решение конфликта на Донбассе.

Им, в первую очередь, нужно самим захотеть вернуться к нам.

Наша проблема в том, что за пять лет мы так не подали им, к сожалению, примера, почему они должны захотеть вернутся… Очень многие задаются вопросом, а чем вы лучше того, что сейчас есть в Луганске и Донецке? Что вы сделали такого, что изменилось? Безвиз? Да, это хорошо, но безвиз на хлеб не намажешь.

- Вы рассматривали программу Зеленского в сфере диджитал, IT-технологий? Видите ли вы себя как-либо причастным к тем процессам, которые они предлагают? Готовы будете, если что, с ними продолжить тот процесс, о котором вы говорили ранее?.

- Я никому ничего не хочу предлагать, иначе я буду выглядеть так же, как сейчас сотни или даже тысячи людей, которые пытаются к ним примкнуть.

Если мои знания и опыт будут нужны президенту страны, я с удовольствием буду это дальше развивать.

Оценивать его программу я не могу, потому что для меня ее нет - ни в цифровизации, ни в военке.

Возможно, она будет, но на сегодняшний момент самый большой минус и риски в том, что мы ничего не знаем о новой команде.

Как бы эта программа не формировалась наскоками тех людей, которые перекрашиваются и стоят в очереди, рассказывая, что "я лучше всех знаю", и все.

Берем мою программу цифровизации страны.

В свое время мы обсуждали ее совместно с европейской бизнес-ассоциацией, американской торговой палатой, ИНАУ, IT-Ukraine, СЕО-club, BRDO.

То есть это программа, которую можно брать и делать.

Многие пытались ее сплагиатить.

Некоторые кандидаты в президенты проводили цифровые форумы, даже не меняя обложку с моей презентацией.

Программа готова, четко прописана и может сразу в первый год принести дополнительной доход в бюджет примерно на 30 миллиардов гривен, по сути ничего не делая.

При ее реализации абсолютно меняется страна, потому что цифровая экономика и цифровизация – это не только прямые поступления в бюджет, это рост сервиса, это стоп коррупции.

Нигде в мире такого нет, что кто-то кого-то посадил и все стало хорошо.

Я был в Сингапуре на недельной учебе по приглашению сингапурского правительства.

Это абсолютно цифровая страна, все в цифре.

В Сингапуре от момента поднятия контейнера с борта контейнеровоза, когда кран начинает поднимать, до его растаможивания и выезда в правильном направлении за территорию таможни – тратится 18 минут.

Человек вообще нигде не принимает участия.

Контрабанду провести нельзя, потому что контейнер просвечивается всем и автоматически сравнивает все, что в накладной.

Все оплачивается автоматически.

Я это к чему говорю: цифровая таможня по разным оценкам – это от 100 до 150 миллиардов гривен дополнительного дохода в бюджет.

Именно цифровизация убивает коррупцию.

- В рамках парламентского комитета можно развивать те программы, о которых вы говорите?.

- Это важный вопрос.

Даже то, что я уже сделал эту программу – это на самом деле моя личная инициатива и команды единомышленников, потому что мои полномочия даже как главы комитета заканчиваются в момент принятия закона.

Это институционная проблема в Кабинете Министров.

Это важный вопрос и наверное он непонятен части общества, Многие пытаются над этим манипулировать.

Я не член Кабинета министров и не могу с этим ничего.

Эти вещи должен выполнять Кабинет Министров.

Если я даже головой буду биться о Кабинет Министров – ничего не изменится.

Если я даже головой буду биться о Кабинет Министров – ничего не изменится.

До тех пор, пока там не будет человека, который отвечал бы за эту отрасль, который бы должен был это развивать, что-то изменить будет сложно.

Цифровой министр или министр цифровой экономики – это на сегодняшний момент по-старому просто министр экономики.

Просто в мире уже нет традиционной экономики.

Это человек, который проводит стратегию страны, помогает и лоббирует развитие бизнеса.

Цифровой министр должен сделать внутренний рынок для нашего IT-рынка, потому что мы все работаем за рубеж.

Спросите об этом не популистов, которые льют на меня говно, извините, сейчас в интернете, а спросите у IT-ассоциаций Украины, спросите у ИТ кластеров - львовского, харьковского, какая первая проблема для них? Они вам ответят - отсутствие внутреннего рынка, где бы они могли свою продукцию продавать и развивать.

Мне даже не с кем работать в Кабинете Министров.

Я, кстати, безумно благодарен Степану Ивановичу Кубиву.

Если бы не Кубив, который как мог помогал цифровой отрасли.

Но он тоже не отвечает за это все.

Благодаря его желанию, пониманию, интересу мы смогли реализовать минимум тех вещей, которые были сделаны.

Понимаете, это миф про народного депутата, который искусственно, специально даже за мою каденцию создавался Администрацией президента и Кабинетом министров, когда все плохое лили на парламент.

Поэтому в глазах людей народный депутат – это абсолютное зло.

Я вам приведу пример.

В Кабмине, в Администрации президента зарплата намного выше, чем у народных депутатов, но они себе тихонечко ее подняли, а нардепам, чтобы самим себе поднять, нужно провести заседание, соответственно, это увидит вся страна.

И что сделает Администрация президента или Кабмин? Начнут выливать на нас грязь.

Как же так, посмотрите какое безобразие.

- Положа руку на сердце, многие депутаты ведь скорее свои вопросы решают в парламенте, чем занимаются нуждами народа.

- Большая часть.

Но нужно что-то делать.

Сидеть в кустах и критиковать – это у нас все могут.

Я сейчас работаю над статьей – налоги, почему их не платят.

Так, вот, у нас налоги не платят потому, что люди видят, что их разворовывают - и это правда.

К примеру, сейчас на трассе на Иванков, участок между Вышгородом и Новыми Петровцами в авральном режиме поверх хорошей дороги еще кладется асфальт.

На вопрос, зачем - потому что 26-го апреля здесь Гройсман будет ехать.

Поэтому люди не хотят платить, и они абсолютно правы.

Во-вторых, взятки и коррупционная составляющая для многим и считается тем самым налогом.

Вот это нужно ломать и, к сожалению, если говорить про тех людей, которые участвуют сейчас в этой компании против меня, это далеко не святые люди с точки зрения налогов и всего остального.

Так, что всех соратников и особенно оппонентов призываю к диалогу.

Выходите с фейсбуков не прячьтесь в комментариях.

Я готов ответить на все вопросы и прислушаться к советам.

Приглашаю на открытую большую встреча, дебаты, как сейчас любят называть.

Дата и место сообщу отдельно на своей странице.

Встретимся глаза в глаза.