«Первые ласточки»: на Новом канале обещают жесткий подростковый триллер

На днях в Киеве стартовали съемки нового 8-серийного проекта о школьниках «Первые ласточки» по заказу Нового канала.

Автор идеи, сценарист и продюсер проекта — Евгений Туник — обозначает жанр сериала как триллер-детектив.

Всех деталей сюжета он старается не раскрывать, но предупреждает, что речь пойдет об очень серьезных и страшных вещах: суициде, наркотиках, буллинге, насилии и непростых отношениях детей и родителей, в которых, оказывается, и кроется корень большинства проблем.

– Я начал разрабатывать эту тему два с половиной — три года назад, — рассказывает «Детектору медиа» Евгений Туник.

— У меня появилась идея, собралось довольно много личных историй, которые мне очень хотелось рассказать.

Но долгое время не было формы.

Когда я ее нашел, предложил эту разработку на Новый канал.

Их это очень заинтересовало, и получился сериал на восемь серий, который называется «Первые ласточки».

Сразу говорю, что это достаточно жесткий проект.

– В сторону сериала Валерии Гай Германики «Школа»?.

– Нет, мы не ориентировались на Гай Германику.

Но у нас речь идет о трагедии, связанной со смертью школьницы, и расследовании этой трагедии.

И далее мы пытаемся разобраться, почему все это случилась, и кто эту девочку подвел к такому шагу… Кстати, когда я уже начал писать этот сериал, появились американский сериал «13 причин почему» и проект Netflix «Элита» — очень крутые проекты, на которые я немного ориентировался.

Но при этом мы же понимаем, что есть реалии украинских бюджетов, поэтому у нас все немного иначе.

И должен сказать, что само название «Первые ласточки» имеет для нас очень много значений.

С одной стороны, «первые ласточки» значит, что родители должны обратить внимание на первые признаки того, что ребенок может быть склонен к каким-то суицидальным мыслям.

С другой стороны, сам образ птицы очень сильно играет в нашем сериале в художественном смысле.

А с третьей стороны, если говорить о телевизионном рынке, я тоже очень надеюсь, что наш проект будет первой ласточкой для того, чтобы мы снимали не только мелодрамы и комедии, но и фильмы и сериалы, которые будут немного отходить от этого жанра.

– На канале говорят, что «Первые ласточки» во многом еще и социальный проект.

Это так?.

– Да, потому что в нем поднимается огромный пласт социальных проблем.

Это принятие подростком себя, это буллинг, жесткий, не такой, как «чуть-чуть поиздевались».

Я брал реальные истории: из своего прошлого, из рассказов знакомых… Кроме этого, мы в процессе разработки истории сотрудничали с общественной организацией «Ла Страда» — это международная организация, которая занимается проблемами насилия в семье, но у нее также есть отдельная служба, которая помогает подросткам, если те оказались в какой-то сложной ситуации, они могут позвонить и получить поддержку и помощь.

Мы с ними общались, брали истории, они нам подсказывали, как все происходит.

Мы ездили в школы и на условиях анонимности общались с подростками.

Но я хочу подчеркнуть, что ни в коем случае не претендую на документальность проекта, потому что это все — художественный сериал в первую очередь.

И очень хочется, чтобы зритель, когда все это выйдет, воспринимал это как художественный продукт: «этого не было, но это может случиться».

Я побаиваюсь ханжества и того, что это может вызвать какую-то острую реакцию общественности и медиа.

Просто у меня есть такое острое ощущение, что я должен сделать этот сериал.

– На какую целевую аудиторию вы как автор проекта ориентируетесь в первую очередь: на самих подростков или их родителей?.

– Я хотел бы тут слово «или» перечеркнуть.

Потому что проект ориентирован и на школьников, и на их родителей.

Главные герои — ученики 11-Б класса, которым по 16 лет, и они решают свои проблемы, они пытаются понять, кто они, уже копаются в своем прошлом.

Но каждый из них приходит домой — в свою семью — и там их ждут определенные проблемы, которые, как оказывается, и являются корнем всех остальных проблем и в школе, и в личной жизни.

Поэтому у нас так четко выделены взрослые герои в сериале.

Евгений Туник.

– Вы уже знаете, в каком примерно слоте выйдет сериал? Это же, во многом, определяет степень возможной откровенности в кадре, насилия и так далее.

– Не знаю пока что.

Я надеюсь, что это не будет утренний слот, потому что в сериале у нас есть насилие, там есть наркотики, там есть секс и еще более жесткие темы.

Честно говоря, меня всегда бесит табуирование как таковое.

Я считаю бредом не отражать ситуацию такой, какая она есть на самом деле.

Думаю, что табуировать нужно самих людей, которые пытаются что-то табуировать.

– Но вы же все равно сталкиваетесь в работе над сериалом с какими-то запретами, цензурой, смягчением острых углов?.

– Конечно.

Поэтому сценарий и писался почти три года.

Если посмотреть на первую редакцию сценария — она кардинально отличается от того, что в итоге получилось.

Многие моменты смягчились, вопреки моим желаниям.

Но я все равно отчетливо понимаю, что, конечно, не могу показать в кадре все так, как оно было по-настоящему.

Поэтому в процессе работы над сценарием мы тесно взаимодействовали с психологами и юристами, которые вычитывали каждое слово, каждую страницу и давали свои правки: как и что можно описывать и показывать, чтобы мы могли и максимально правдиво историю подать, но и не затронуть какие-то грани, которые уже не дозволены.

– Вы вот высказались против табуирования… На ваш взгляд, есть ли вообще какая-то мера жестокости и откровенности для телевидения?.

– Есть, естественно.

Вот вы упомянули о Гай Германике, а я недавно смотрел ее интервью, в котором у нее спросили, как она относится к цензуре на телевидении.

И она, к моему глубочайшему удивлению, сказала: «Отлично! Потому что это заставляет работать мозг лучше».

Мы, конечно, живем не во времена тотального запрета, но все же многие вещи я не имею морального права показывать зрителям.

И это заставляет мой мозг работать интенсивнее, и режиссера тоже.

Мы вынуждены быть изобретательнее и показать реальность, но так, чтобы это никого не ранило.

Как работали все киношники в Советском Союзе — каждый вкладывал какой-то подтекст.

Но я надеюсь, нам очень помогут и наши актеры, которых мы очень долго искали.

Каст был очень большой, но в итоге мы подобрали отличных ребят на главные роли.

– Есть среди них реальные подростки, школьного возраста?.

– Нет, всем актерам уже есть 18 лет, потому что в сценарии очень много противоречивых насильственных сцен.

Но у нас собрался отличный ансамбль и актеров, исполняющих роли школьников, и актеров «взрослых» ролей.

Среди актеров, названных автором сценария, прозвучали имена таких актеров как Виктория Литвиненко, Леся Жураковская, Дарья Трегубова, Константин Октябрьский.

В ролях школьников зрители увидят в том числе Максима Самчика, Марию Смолякову, Александра Рудинского.

Последний уже знаком зрителям, в частности, по фильмам «11 детей из Моршина» и «Шляхетні волоцюги».

Со сцены с участием героя Александра Рудинского и начались съемки «Первых ласточек» перед торжественным разбитием тарелки.

– Мой герой — ученик 11-Б класса, — рассказал «Детектору медиа» актер.

— У него нет друзей, кроме одного, который помогает ему снимать видеоблоги и разные пранки.

Мой герой своеобразный отшельник, но парадокс в том, что он как раз и является лидером класса.

У него нет родителей — они погибли — он живет с бабушкой, с которой у него плохие отношения.

У него много комплексов, он стесняется своей внешности, у него нет девушки.

Он очень резкий.

Но со временем он трансформируется и обнаруживает другие стороны своей натуры.

По словам Александра Рудинского, сценарий «Первых ласточек» ему сразу очень понравился.

Хотя изначально его кастинговали на совсем другую роль, но, по просьбе самого артиста, записали пробы и на эту — на которую, в последствии и утвердили.

Кстати, Рудинский, как и очень многие участники съемок проекта Нового канала, признался, что немного устал от мелодрам и комедий, поэтому такой серьезный проект показался ему очень важным и нужным для украинского телевидения.

Как и автор сценария, он считает, что эту тему нужно поднимать и для подростков, и для их родителей.

А вот исполнитель одной из «взрослых» ролей в «Первых ласточках» — актер Константин Октябрьский, знакомый зрителям в роли ведущего проекта «Орел и Решка.

Шопинг» и по ролям в сериалах «Крепостная» и «Ни слова о любви», не слишком уверен в том, что такие проекты стоит показывать подросткам и детям.

– Скажу, что для меня это был очень страшный, пугающий сценарий, — признался артист.

— Первый вопрос, который я потом задал сценаристу и продюсеру: «А что мы хотим всем этим сказать? Какой у нас посыл? Как бы молодежь не подхватила эту волну и не начался массовый психоз типа “Синих китов” и вот этого всего».

Мне четко ответили, что мы хотим обратить внимание на то, что, несмотря на финансовое, социальное положение семьи, у всех случаются свои проблемы.

Ведь в нашем сериале есть и малообеспеченные семьи, и есть очень состоятельные, и есть родители, которые работают в правоохранительных органах… Но никто не застрахован от проблем на фоне плохих отношений между родителями и детками.

И лично я, надо признаться, после прочтения сценария как-то зашевелился, задумался, что нужно с детками все-таки иметь хорошие, доверительные отношения, чтобы они могли поделиться своими переживаниями, честно и откровенно.

Дату премьеры «Первых ласточек» на канале пока что не называют.

Но уже известно, что в сериале, авторами которого, под руководством Евгения Туника, стали Алина Павликова (руководитель проекта «Зважені та щасливі») и Ольга Кржечевская (одна из авторов сериала «Крепостная»), запланированы серии длительностью 46–48 минут.

Язык сериала — украинский.