Генеральная уборка. Какие дела останутся после ухода Луценко и чем придется заняться его преемнику

Вход в Генеральную прокуратуру на улице Резницкой преграждает ограничительная бело-красная лента, на дверях и колоннах — желтые знаки радиационной опасности и надпись: "Осторожно, токсично!".

На ступеньках перед зданием — плакаты: "Луценко — на свалку истории", "Главный обманщик Украины", "Луценко OFF".

Это представители правозащитных и антикоррупционных организаций пришли заявить об ответственности генпрокурора за саботаж реформ и отсутствие результатов расследования резонансных дел.

"За эти годы он стал настолько токсичным, что не может быть генеральным прокурором", — говорит координатор Медийной инициативы за права человека Мария Томак.

Ее организация одна из двадцати, инициировавших обращение в министерство финансов Соединенных Штатов с просьбой о наложении санкции на руководителя ГПУ в рамках акта Магнитского.

Если это произойдет, чиновнику ограничат въезд в США и заморозят счета.

Санкции, по словам правозащитницы, — способ положить конец политической зависимости правоохранительных органов.

Если их применят к генпрокурору, это станет уроком и для нынешних чиновников, и для тех, кто сядет в их кресла с приходом новой власти.

В тоже время сам Генпрокурор отчаянно не хочет уходить.

"Я считаю, что надо уважать выбор украинского народа, который избрал нового президента, но это не значит, что в один день все должны уйти в отставку, потому что Конституция и законы Украины обусловливают, кто должен уйти в отставку, а кто чуть позже должен принять такое решение.

Для себя такое решение я принял, считаю, что моя задача вместе с коллегами из правоохранительных органов провести не только честные президентские, но и честные парламентские выборы", — заявил Юрий Луценко 28 мая.

Но совсем другие речи говорил прокурор двумя годами ранее.

Политический заложник.

"Я стремлюсь не к славе и не к легкой работе", — утверждал Юрий Луценко в день назначения на должность генерального прокурора 12 мая 2016 года.

Он обещал стать кризисным менеджером, способным "реформировать генеральный могильник".

"Если человек совершил преступление, то он должен ответить за это независимо от его партийной принадлежности.

Закон один для всех", — пафосно заявлял тогда Луценко.

Но очень скоро выяснилось: экс-глава парламентской фракции Блока Петра Порошенко, получивший должность генпрокурора в результате политических договоренностей (депутаты специально под Луценко внесли поправку, позволяющую возглавить ГПУ человеку без юридического образования), не может быть независимым.

Все три года пребывания на должности генпрокурора Луценко, далекий от тонкостей юриспруденции, но склонный к пиару, не уставал продуцировать "сенсации": то разоблачал агентов под прикрытием, то сливал информацию о важных делах, то массово назначал на должности своих людей.

И не стеснялся при этом вмешиваться в расследования резонансных дел.

Луценко не мог не понимать, что защита представителей окружения Януковича чревата для него серьезными репутационными потерями.

Но это его не останавливало.

Один из таких примеров — дело в отношении Елены Лукаш, экс-министра юстиции времен президентства Януковича.

Бывшую чиновницу и ее заместителя Юрия Иващенко ГПУ подозревала в завладении средствами госбюджета на сумму 2,5 млн грн.

"Это дело Луценко забрал у нас и передал в Национальное антикоррупционное бюро Украины в феврале 2018 года, — рассказал Фокусу Сергей Горбатюк, начальник управления специальных расследований ГПУ.

— Думаю, неслучайно.

Допускаю, что была четкая договоренность: вы не трогаете Лукаш, мы обеспечиваем вам несколько важных голосований в парламенте".

И если проследить, по некоторым вопросам правящая коалиция действительно получила поддержку фракции Оппозиционного блока, в которой, как известно, собрались бывшие соратники Лукаш по Партии регионов.

По словам Горбатюка, Луценко не мог не понимать, что защита представителей окружения Януковича чревата для него серьезными репутационными потерями.

Но все-таки не дал управлению завершить дело.

Генпрокурор указал Горбатюку на неэффективность расследования и нехватку доказательств вины подозреваемых.

Хотя в действительности за год до передачи дела в НАБУ, в феврале 2017-го, управление подготовило документы для сообщения о подозрении Лукаш.

Однако их не подписал сначала один заместитель главы ГПУ — Юрий Столярчук, а после другой — Анжела Стрижевская.

Поэтому следователи не смогли передать дело в суд.

Елена Лукаш — одна из нескольких десятков чиновников времен Януковича, к которым после Майдана возникли вопросы у общества и правоохранительных органов.

В этом списке: экс-премьер-министр Николай Азаров, бывший министр внутренних дел Виталий Захарченко, а также Андрей Портнов, Сергей Арбузов, братья Клюевы и др.

Но лишь немногие дела дошли до суда.

"Луценко то и дело пытался помешать работе управления спецрасследований — его реструктуризировали, у него безосновательно забирали дела и передавали другим подразделениям, — говорит адвокат Роман Маселко.

— А когда Горбатюк не выполнил очевидно преступный приказ генпрокурора, ему вынесли выговор и попытались уволить".

В квалификационной комиссии, рассматривавшей вопрос Горбатюка, ему прямым текстом заявили: "Если каждый прокурор будет отказываться выполнять приказ, который он считает преступным, система рухнет".

Эта фраза, отмечает Маселко, как нельзя лучше описывает то, что происходит в ГПУ: прокуроры должны подчиняться вышестоящему руководителю и беспрекословно выполнять его волю.

"К праву и законности, как вы понимаете, это не имеет никакого отношения", — отмечает адвокат.

Дела майдановские.

Кроме дел топ-чиновников затягивались и дела Майдана.

Например, в отношении Ивана Бубенчика, которого ГПУ подозревает в убийстве правоохранителей на Майдане 20 февраля 2014 года.

Как только следователи объявили о подозрении, Луценко лично поехал в суд, где заявил, что будет менять прокуроров, назвав "неправильной" квалификацию действий главного фигуранта.

После этого в ГПУ закрыли дело по части эпизодов и заблокировали его передачу в суд, не подписывая подозрение.

"Это вмешательство было настолько стремительным, что сложилось впечатление, будто там, наверху, чего-то испугались", — предполагает Сергей Горбатюк.

Как президент, Кабинет Министров и Верховная Рада будут искать пути для примирения.

Еще один пример грубого вмешательства со стороны руководства ГПУ — дело о событиях у здания СБУ в Хмельницкой области.

В феврале 2014 года там расстреляли участников местного Евромайдана.

Эпизод расследовала военная прокуратура, был арестован руководитель местного СБУ Виктор Крайтор, который признался, что приказал стрелять.

Вскоре следователи "потеряли" важные доказательства, а Крайтор из обвиняемого превратился в свидетеля.

Когда дело стало разваливаться, его передали Горбатюку.

Прокуроры департамента провели повторные экспертизы, вышли на предполагаемого стрелка — нынешнего работника Центра специальных операций "Альфа" Управления СБУ в Хмельницкой области, и в июне 2018 года объявили ему подозрение.

В том же месяце по указу генерального прокурора Юрия Луценко дело вновь передали военной прокуратуре, а альфовца руководство отправило в командировку в зону ООС.

"Позиция руководства ГПУ в подобных делах неизменна: расследуйте сами, мы вам не поможем, а если зайдете далеко — вмешаемся и заберем дело", — резюмирует Горбатюк.

Неубедительные победы.

"Позволю себе быть дерзким: я успешный по результативности работы генеральный прокурор Украины", — сказал в одном из интервью Юрий Луценко в начале 2019 года.

Да, Луценко хочет говорить о победах.

Например, в деле Виктора Януковича.

Усадить на скамью подсудимых бывшего президента для Луценко было принципиально важно, как и добиться обвинительного приговора в отношении него, пусть и заочного.

При этом на старте Луценко требовал у прокуроров быстрее передать "большое дело" Януковича в суд.

А когда "большое" не получилось — некоторые эпизоды затрагивали интересы даже президента Петра Порошенко (речь идет о времени, когда тот был министром экономики в правительстве Азарова), — в Оболонском районном суде Киева начали рассматривать лишь историю написания письма Путину с просьбой ввести российские войска на территорию Украины.

Еще одной личной победой Луценко считает спецконфискацию активов окружения беглого президента.

В марте 2017 года Краматорский городской суд Донецкой области впервые вынес решение о спецконфискации этих средств — $1,5 млрд.

По словам генпрокурора, деньги хранились на ста различных счетах.

Осторожно, токсично! Два десятка общественных организаций попросили американское правительство наложить на руководство ГПУ санкции.

"При этом Луценко не говорит, что приговор Януковичу вынесли судьи, которые находятся на крючке у прокуратуры, — они замешаны в делах Майдана, а процесс спецконфискации состоялся на основании сомнительного решения военной прокуратуры о засекречивании материалов "в целях безопасности".

К тому же оба дела Украина, вероятно, может проиграть в Европейском суде по правам человека и будет обязана выплачивать компенсации", — говорит Роман Маселко.

Во главе системы.

По оценкам экспертов, Луценко за три года даже не пытался избавиться от политического влияния — он быстро понял, как работают схемы в ГПУ, настроил их под себя и начал использовать те же методы, которые процветали там во времена Януковича.

Прежде всего он поставил своих людей на ключевые должности в Киеве и областях.

Для увольнения старых кадров проводились реорганизации и сокращения, параллельно создавались новые должности с такими же полномочиями.

Позже большинство уволенных прокуроров подавали в суд, который восстанавливал их в должностях.

Новые люди могли не быть профессионалами, но были готовы в любой момент выполнять указания руководства.

И это несмотря на то, что, согласно измененному законодательству, генпрокурор не может назначать на должности (ныне любой прокурор вступает на должность исключительно по конкурсу, который проводят квалификационная комиссия или совет прокуроров) и вмешиваться в расследование конкретных дел.

"Если раньше генпрокурор считался человеком с властными полномочиями, то сейчас он по закону не может влиять на нижестоящих прокуроров.

Ныне у него две функции.

Первая, управленческая, — определять штатное расписание.

Вторая, процессуальная, — подписывать уведомления о подозрении отдельным субъектам, в частности, высоким чиновникам, судьям, адвокатам", — говорит Евгений Крапивин, эксперт группы по реформированию органов правопорядка "Реанимационного пакета реформ".

Правда, тут же замечает, что несмотря на это практика работы осталась прежней.

"Как и ранее, в глазах общества генпрокурор считается руководителем силового блока, который может тотально влиять на кадровую политику, проводить расследования, открывать производства против оппонентов.

Поэтому мы сегодня и говорим о политически мотивированных производствах.

Да и вообще в ГПУ многое происходит по указанию генпрокурора", — отмечает Крапивин.

Трудное решение.

Владимиру Зеленскому будет сложно снять Юрия Луценко с должности главы ГПУ без поддержки парламента.

В украинских СМИ не раз появлялась информация о связях между Юрием Луценко и Игорем Коломойским, близким к президенту Зеленскому.

В декабре 2017 года ряд медиа опубликовали фото, зафиксировавшее их встречу в Амстердаме.

Генпрокурор, правда, заявил тогда, что встретились они случайно.

Но звучало это неубедительно.

А в интервью "РБК-Украина", которое Коломойский дал, вернувшись в Украину после победы Зеленского на выборах, олигарх высказался за то, чтобы Луценко оставался на своем посту.

По сведениям Фокуса, в команде нового президента действительно не было единой точки зрения по поводу перспектив генпрокурора.

Но в итоге в инаугурационной речи нового главы государства прозвучало предложение к руководителю ГПУ написать заявление об отставке.

Юрий Луценко никак не отреагировал на эти слова.

Зеленскому будет сложно снять его с должности без поддержки парламента.

Формально Луценко может находиться на посту до мая 2022 года: профильный закон предусматривает шестилетнюю каденцию на этом посту независимо от смены президента или правительства.

Это одна из гарантий его политической нейтральности и независимости.

Но если народные депутаты соберут 150 подписей за отставку главы ГПУ, то смогут инициировать голосование за нее в сессионном зале.

Ныне этот механизм запущен — несколько десятков автографов парламентарии уже собрали.

Но успеют ли вынести этот вопрос на рассмотрение парламента до того, как он будет распущен?.

Задания для преемника.

Активисты и эксперты говорят, что Луценко должен уйти в отставку, и предостерегают новую команду от имитации процесса увольнения нынешнего генпрокурора.

Потому что изменения в ГПУ должны начаться уже сегодня.

Во-первых, необходимо перестроить кадровую политику: на руководящие посты должны приходить люди, которые хотят работать по закону и в любой ситуации реагировать на нарушения.

Во-вторых, следует обновить контролирующие прокурорские органы, чтобы они были по-настоящему независимыми.

В-третьих, уменьшить штат и сэкономить бюджетные средства, как рекомендуют международные эксперты.

Например, ныне в ГПУ числится около двух тысяч сотрудников, из них семьсот — обслуживающий персонал.

Для сравнения: в 2003-м было только пятьсот.

Успех в борьбе с коррупцией и другими преступлениями возможен при условии прихода на руководящую должность в Генпрокуратуру нового человека.

И не столь важно, какая у него будет фамилия.

Главное здесь — его твердое намерение сломать существующую систему, а не стать ее частью.