Несметные богатства Александра Ярославского: три знаковых брака харьковского «царя»

Он предпочитает держаться в стороне от гущи событий, проводя время на собственной яхте «Кайзер», в уединенном особняке посреди природного заказника или закрытых апартаментах пятизвездочного отеля «Харьков Палас».

До недавно его имя очень редко упоминалось в политических хрониках, поэтому большинству украинцев Александр Ярославский в основном известен лишь в качестве бывшего президента и владельца не самого удачного ФК «Металлист».

Да и не только финансовым….

Первый брак: расхитители социалистической собственности.

Александр Владиленович Ярославский родился 5 декабря 1959 года в Мариуполе (тогда он назывался Жданов), став старшим сыном в семье врачей – часто переезжавших с места на место в поисках лучшего места работы.

У него есть младший брат Алексей (родился в 1965 году в Красном Луче, ныне город Хрустальный), который в настоящее время тоже является бизнесменом, хотя и не такого масштаба.

В раннем детстве маленький Саша был приличным мальчиком, летом ездил к дедушке в деревню (под Антрацитом), где помогал на пасеке и даже немного поработал в колхозе.

В старших же классах Ярославский стал нетипичным таким хулиганом-отличником: при всех своих выходках, в табелях у него были четверки и пятерки.

Некоторую роль в этом сыграли «поблажки» со стороны учителей, которые искали знакомства и хороших отношений с его родителями: Владилен Леонидович Ярославский (1936-2012) был урологом, а его супруга офтальмологом.

В 1976-м она получила повышение в Харькове, куда и переехала семья Ярославских, поселившись в новостройке 605-го микрорайона (улица Тимуровцев, ныне Зубенко).

Там же Александр, доучившись в 128-й школе, получил аттестат.

Родители хотели, чтобы дети пошли по их стопам, однако Александр поступил в Харьковский авиационный институт (ХАИ, ныне – Харьковский аэрокосмический университет), где проучился всего один год – после чего перевелся в Харьковский институт общественного питания (ныне — Харьковский университет питания и торговли).

По сути, поступление в ХАИ требовалось ему лишь для отсрочки от армии, которая в свою очередь требовалась для того, чтобы Александр смог оформить временное опекунство над своим младшим братом – что, в свою очередь, давало ему новую отсрочку от армии.

А всё дело в том, что родители Александра получили работу за границей (то ли в Египте, то ли в Алжире), что по тем временам было настоящим джекпотом, и им нужно было на кого-то оставить младшего сына.

Вот так Александр с Алексеем и жили «братской семьей» следующие несколько лет.

В 1982-м Алексей поступил в Харьковское высшее военное училище тыла МВД, а закончивший институт Александр Ярославский все-таки отправился в армию: служил в Венгрии, где выпускник «кулинарного» института сразу же пристроился в столовую для офицерского состава.

Так как в институте не было военной кафедры, то Александр Ярославский начал службу рядовым, закончил её старшим сержантом, а затем якобы еще около года проработал по контракту шеф-поваром, получив звание старшины – этим объясняется, почему он задержался в армии на три с лишним года.

Лишь в начале 1986 года он вернулся в Харьков, где не без влияния младшего брата пошел работать в ОБХСС (с 1991 года – Отдел борьбы с экономическими преступлениями).

Работа Ярославскому не приглянулась, и через год он уволился, однако за это время почерпнул немало полезной для себя информации из жизни «теневой экономки», а заодно заимел множество интересных знакомств — в том числе с семейством Добкиных, с Фельдманом, возможно с Геннадием Кернесом.

В 1987-м он приехал в Одессу, где в военной части служил его брат Алексей, и поступил в аспирантуру Одесского технологического института — где через два года защитил кандидатскую диссертацию по теме технологии разделки птичьих тушек.

А после вернулся в Харьков и устроился на работу в Институт общепита.

В это же время он познакомился со своей будущей первой супругой Ириной Масельской — дочерью председателя Харьковского областного совета Александра Масельского, с 1983 по 1996 год являвшимся одним из хозяев города и области.

Стоит заметить, что к концу 80-х в Харькове сложилась система, когда у каждой «шишки» (председатель облсовета, секретарь обкома, председатель горисполкома, начальник УМВД и т.

д.) сложился свой круг связей и влияния, в том числе в зарождающемся бизнесе.

Рассказывали, что под Масельским ходили главы районов Харьковщины, председатели колхозов и руководители промышленных предприятий области.

Леонид Кучма и Александр Масельский (позади справа) на открытии третьей ветки Харьковского метрополитена (1995 год).

Это был брак по расчету, который распался через несколько лет, к тому же изначально отношения Ярославского с высокопоставленным тестем не заладились.

Информация о причине их ссоры была противоречивой, но всё началось с намерения зятя заняться большим бизнесом.

Сам Ярославский рассказывал, что Масельский был излишне консервативен и боялся окунаться в пучину «рыночных отношений».

Но наиболее вероятной причиной виделась война между Масельским (и его «облсоветовскими») и группой бонз обкома КПУ и горисполкома («обкомосвкие» и «горисполкомоские»).

Последние в 1990-м году создали два ключевых предприятия, сыгравших огромную роль в становлении бизнеса будущих харьковских кланов.

Во-первых, это харьковский «Инкомбанк» — созданный руководством обкома КПУ и на деньги партии, в том числе валюту.

При этом уже в 1990-м году «Инкомбанк» осуществил вывод валютных средств на ряд зарубежных счетов.

Разразился скандал, в ходе которого первый руководитель банка Ф.

Писменный был осужден.

Во-вторых, это была «Украино-Сибирская инвестиционная корпорации» — созданная «обкомовскими» и «горисполкомовскими» при участии харьковских «КГБшников».

В 1990-м она начинала с «Украино-Сибирской биржи», вывозившей через Белгород огромные партии сахара и других продуктов, а затем переключилась на промышленные товары, металлопродукцию и топливо.

«Украино-Сибирская инвестиционная корпорации» рулила троица: Евгений Кушнарев, Олег Демин и Олег Таранов.

Последний — весьма влиятельный харьковчанин с большими связями, позднее выдавший старшую дочь за Евгения Мураева.

И Демин, и Таранов были в одной связке с Евгением Кушнаревым еще с середины 80-х: эту троицу затащил наверх тогдашний первый секретарь Харьковского обкома КПУ Ивашко.

Олег Демин.

Процесс выглядел так: Ивашко повышал Демина, а тот тянул с собою Кушнарева (у них был общий «теневой бизнес» в харьковских строительно-монтажных управлениях), и Таранова (чья жена София с конца 70-х заведовала харьковскими комиссионными магазинами).

Многие старые члены бюро обкома считали эту троицу «ворами и мошенниками», однако тех постепенно выжили как «реликтов застоя».

И эта троица умело манипулировала общественным мнением, разыгрывая спектакли: так, в 1990-м году Олег Демин возглавил в обкоме КПУ консервативное крыло «верных ленинцев», а Кушнарев стал лидером «демократической платформы».

Политические противники на публике, они являлись партнерами и совладельцами в бизнесе.

При этом основным лоббистом интересов «Украино-Сибирской инвестиционной корпорации», практически дарившей ей сначала содержимое харьковских складов, а потом и харьковские предприятия (и землю) был Евгений Кушнарев – занявший кресло мэра Харькова.

Интересно также, что в 1992-93 г.

на Кушнарева вышли представители «Хабада», которые пытались подмять под себе еврейскую общину (и евреев-бизнесменов) Харькова — однако смогли завязать отношения только с Фельдманом.

Масельский и «облсоветовские» (владевшие банком «Грант» и фирмой «Регион», а также Благовещенским рынком) были конкурентами и противниками «Украино-Сибирская инвестиционная корпорации», и долго вставляли им палки в колеса – пока Масельский не получил долю в «Инкомбанке» (с 1992 года – «Укр.

Банк»), что стало залогом их перемирия.

Ярославский же, по слухам, вместо того чтобы быть покладистым и надежным зятем, начал слишком сближаться с «Укр.

Его тянуло к торговле «шмотками», к созданию новых вещевых рынков, контактам с «базарными олигархом» Александром Фельдманом и даже харьковской «братвой», что вызывало у Масельского ярость.

На этой почве зять и тесть якобы поссорились в 1992-м, в результате чего Александр Ярославский был «изгнан» в Москву.

Где он, как вице-президент фирмы «Гея» занимался посреднической деятельностью: оформлял бартерный обмен продукции харьковских предприятий на российскую нефть и газ корпорации «Итера».

При этом его ближайшими партнерами по «Гее» являлись Василий Салыгин и Владимир Кацуба.

А вот в Москве Ярославский не только подружился с начинающим российским олигархом Сергеем Дерипаской, но и нашел своих старых знакомых.

Евгения Гинера он знал по работе в ОБХСС: в 1986-м того арестовали за хищения в особо крупных, но благодаря «крыше» он получил условный срок, а в 1991-м перебрался в Москву и стал бизнесменом (совладельцем рынка «Лужники»), позже купив себе команду ЦСКА.

Еще один харьковчанин, Павел Фукс, в юности был «шестеркой» в бригаде Гепы (Геннадия Кернеса), потом пытался организовать мелкооптовую торговлю ширпотребом, а в начале 90-х перебрался в Москву – где начал с куриных окорочков и дорос до владельца ЗАО «Мос.

Евгений Гинер.

Вновь в Харькове Александр Ярославский появился лишь после рождения своего первенца Саши (1993), и это было связано с большой проблемой в бизнесе.

Оказалось, что структуры Ярославского и Масельского занимались реэкспортом полученной российской нефти, что нарушало договоренности с РФ.

Москва надавила на Киев, и тогдашний премьер Кучма запретил все отгрузки нефти с украинских нефтеперерабатывающих заводов.

В результате чего на Лисичанском и Одесском НПЗ у Ярославского «тормознулось» нефти на 20 миллионов долларов.

«Понятно, что за это могло быть: в нефтяном и алюминиевом бизнесе людей тогда убивали», — признавался Ярославский.

Проблему решали через Масельского, который свел зятя с академиком Борисом Патоном, а тот – напрямую с Кучмой, согласившегося сделать исключение не столько для Ярославского, сколько для Масельского (пообещавшего Кучме поддержку в регионе).

После этого случая Ярославский остался в Харькове, где занимался приватизацией предприятий — в том числе скупая ваучеры у населения и используя «Укр.

СиБанк» в качестве финансового посредника.

И все же осторожность и большие связи не спасли Масельского от скоропостижной смерти 12 апреля 1996 года.

Официально он умер от разрыва аорты, прямо в дороге, в служебном автомобиле – и его похоронили с большими почестями (именем Масельского названа одна из станций Харьковского метрополитена).

Неофициально же его смерть опутана многочисленными слухами.

Харьковчане до сих пор рассказывают друг другу, что это произошло после его застолья с генералом Василием Дурдинцом, что больного Масельского якобы два часа возили по окружной трассе, пока он не умер, и что его шофер якобы впоследствии стал бизнесменом и депутатом облсовета.

Слухи утверждали, что одновременно с Мосельским (в течение трех дней) так же «скончались» замминистра энергетики, коммерческий директор корпорации «Станк» (посредник в поставке топлива для украинских АЭС) и руководитель УСБУ в Харьковской области.

Так же указывали на совпадение: перед смертью Масельского возник скандал между ним и Кушнаревым по поводу якобы взятого в «Укр.

Банке» и невозвращенного Фельдманом кредита на строительства рынка «Барабашова».

А сразу после кончины Масельского вещевой опт перекочевал с его Благовещенского рынка («Благбазы»), отчисления с которого шли в областной бюджет, на «Барабашова» — платившего в городской бюджет (которым распоряжался Кушнарев).

Но самым резким шагом Ярославского стал не менее «скоропостижный» развод с женой Ириной – буквально через несколько недель после смерти Масельского.

Почему же он так поторопился? Могила А.

Второй брак: «племянник» президента.

Раздел наследства умершего Масельского стал разделом совместного капитала «облсоветовских» и «обкомовских» — а потому был весьма непрост.

Главным камнем преткновения был «Укр.

На тот момент его совладельцами были президент «Украино-Сибирской инвестиционной корпорации» Олег Таранов и зампредседателя Верховной Рады Олег Демин (с августа 1996 – глава Харьковской ОГА).

Банке», а также выкупил акции банка у ряда соратников покойного — таким образом, сосредоточив в своих руках почти 44% акций.

По слухам, полученным SKELET-info, в этой операции Ярославскому сильно помог Сергей Стороженко – заместитель Маселького в 1995-96 г.

г., зам харьковского губернатора в 1996-99 г.

г., вице-президент Федерации футбола с 2000 года, очень близкий к Ярославскому человек, который позже руководил постройкой в Харькове объектов к Евро-2012.

Сергей Стороженко.

Затем Ярославский договорился с бывшими «горкомовскими» и «обкомовскими» (Кушнаревым и Деминым) о полюбовном разделе.

В итоге в конце 1996 года они провели реструктуризацию «Укр.

Банка» — увеличившую его уставной капитал и изменившую состав его акционеров.

Основным акционером банка стал Александр Ярославский (с 1998 – президент «Укр.

Банка»), а вот ушедшему из банка Таранову достались ряд дочерних предприятий «Украино-Сибирской инвестиционной корпорации», в том числе рядом харьковских заводов и сетью АЗС.

Интересно, что при этом за Ярославским остался также черкасский «Азот» — первое крупное предприятие, приватизированное группой «Укр.

Сиб» в 1995 году.

Почему же Ярославского просто не «сожрали»? На этот счет существовало несколько остроумных теорий: начиная от предательства им своего тестя, стоявшего на пути Кушнарева-Демина (прямо какие-то страсти в духе «Игры престолов») и заканчивая таинственным браком с родственницей президента.

Таинственной, потому что о второй супруге Александра Ярославского широкой публике стало известно только с его слов: в 2003 он однажды ляпнул, что является «зятем Кучмы».

Учитывая, что у Леонида Кучмы только одна дочь, и её мужем на тот момент уже был Виктор Пинчук, слова Ярославского вызвали недоумение.

После этого появилась неофициальная информация (в виде намеренного «слива») о том, что со второй половины 90-х Ярославский якобы женат на дочери Юрия Туманова, двоюродного брата Людмилы Кучмы, супруги президента.

То есть Ярославский получался не зятем, а каким-то двоюродным «племянником» Леонида Даниловича – но всё равно членом семьи, если конечно эта информации соответствовала действительности.

Эрнест Галиев.

Одним из первых «семейных» проектов Ярославского стал «Киевстар»: по предложению Юрия Туманова, в 1997 году он вложил в компанию (которую возглавила дочь президента Елена Франчук) 5 миллионов долларов.

Третьим инвестором «Киевстара» тогда стала группа «Renaissance Capital» Олега Салмина, ставшего бизнес-партнером Ярославского и в других проектах.

Через несколько лет Ярославский продаст 14% акций «Киевстара» (плюс 5,69% через российской «Укр.

Банк») российской «Альфа‑Групп» за 65 миллионов.

При этом у Ярославского еще останутся 40% акций «Киевстар», которыми он владел через норвежскую фирму «Сторм» (совладельцем которой являлась российская компания «Альфа Телеком»).

Эта продажа была первой крупной сделкой его специфического ведения бизнеса: приобретать предприятия задешево (в основном у государства) и продавать задорого другим олигархам.

Говоря языком отечественного бизнеса, Ярославский не «доил коров», как большинство украинских олигархов, он «откармливал бычков» — причем и бычков, и корма брал почти задаром, благодаря нужным связям и хитрым схемам.

К слову, в 2002-2003 году Ярославский активно препятствовал слиянию украинской компании UMC с российской МТС: ему было невыгодно усиление основного конкурента «Киевстара».

Да и не только «Киевстара»: партнер Ярославского «Альфа Телеком» является владельцем российского оператора связи «Вымпел.

Ком» («Билайн», в 2009 году объединившийся с «Киевстаром»), главного конкурента МТС.

Классическим примером поглощения госпредприятий в стиле Ярославского стали передача в управление «Укр.

Банку» контрольных пакетов акций Северного горно-обогатительного комбината (ноябрь 1999) и Днепровского металлургического комбината (декабрь 1999).

Вначале эти предприятия акционировали, потом довели до убытков и долгов, затем выкупили их долги и передали в управление менеджерам «Укр.

Банка» — после чего в 2002 году Северный ГОК приватизировали за сущие копейки.

Нужно заметить, что точно такая же методика приватизации в то время использовалась еще одним украинским олигархом – Виктором Пинчуком.

Но если Пинчук накапливал предприятия в свою промышленную бизнес-империю, то Ярославский вскоре продал акции Северного ГОК Ринату Ахметову за (примерно, сумма официально не называлась) 95-100 миллионов долларов.

А вот с Днепровским металлургическим комбинатом Ярославский провернул оригинальный финт: не стал приватизировать сам, а перепродал скупленные долги комбината для последующей приватизации «Индустриальному союзу» Сергея Таруты – наварив на этом 110-120 миллионов долларов!.

А вот для приватизации по этой же схеме Николаевского глиноземного завода (НГЗ) Ярославский даже специально создал компанию с курьезным названием «Украинский алюминий» — в сокращении «Укр.

Всё объяснялось просто: Ярославский помогал приватизировать НГЗ для своего российского друга Сергея Дерипаски – владельца «Российского алюминия» («Рос.

В 2000-м году «Укр.

Ал» выкупил первые 30% акций НГЗ, затем в течение 2003-2006 годов еще 25% — которые Ярославский с большой выгодой перепродал Дерипаске.

Александр Ярославский и Олег Дерипаска.

В сентябре 2002 года «Укр.

Банк» и аффилированное с ним ЗАО «Украинская металлургическая компании» приобрели 25% акций коммерческого банка «Надра».

Тогда же к Ярославскому, уже получившему имидж «решалы», способного вырвать из госсобственности контрольные пакеты акций, обратился Судхир Гупта – бизнесмен индийского происхождения, развернувший бизнес на просторах СНГ.

Его шинный холдинг «Амтел» владел половинами акций «Черниговского химволокна» и «Росавы», а Гупте нужно было больше – и он договорился с Ярославским, что тот купит у индуса его пакеты акций, потом увеличит их до 76% и продаст обратно (с прибылью).

Но Ярославский банально кинул наивного индуса: он купил у него акции, потом действительно увеличил пакеты до 76%, а после… довел «Амтел» до банкротства.

На основании чего разорвал договор и продал акции Константину Жеваго.

Весьма скандальной была попытка «окучить» таким же образом Кременчугский НПЗ.

Скандал начался уже с того, что 31 января 2003 года в рамках «привлечения инвесторов» директором предприятия был назначен Павел Овчаренко – человек Ярославского, до этого успешно обанкротивший Измаилский консервный завод.

Как Ярославский подобрался к заводу? Очень просто: «Укр.

Банк» купил небольшой пакет акций «Укртатьнафты», владевшей НПЗ.

И вот под руководством Овчаренко и посредством «Укр.

Банка» завод начали доводить до разорения всеми возможными методами: например, продавать мазут по заниженными убыточными ценам оффшорной фирме «Winston Investments Group Ltd.

Это принесло НПЗ убытков на 46 миллионов долларов, а потом эта фирма вообще исчезла, не заплатив заводу 19 миллионов долларов за отгруженное топливо.

Но самым скандальным оказалось то, что завод банкротили (для получения контрольного пакета по схеме Ярославского) по заказу «Trans World Group», принадлежавших братьям Черноям – известными своими связями с международной преступностью.

Шум, поднятый при прямом содействии группы «Приват», дошел до самого верха – и операция сорвалась.

К 2005 году Александр Ярославский стал одним из богатейших олигархов Украины (состояние около 900 миллионов), владеющий такими крупными предприятиями:.

АКИБ «Укр.

Банк» (владевший акциями ряда предприятий).

Девелоперская компания Castle Development.

ООО Нью Системс Холдинг.

ОАО «Первый КАРЗ».

Одесская «Real Estate».

Черкасский химический завод «Азот».

Украинская Горнодобывающая Компания.

«Мерефянская стекольная компания».

«Нью Системс АМ» (аэропорт «Харьков») Ярославский Александр.

Тогда же Ярославский, вместе с другими «харьковскими», опробовали себя в большой политике: на выборах 2002 года он шел 13-м номером в списке Партии Зеленых, но та набрала лишь 1,4% и потому Ярославский избрался в 2003 в мажоритарном округе №206 (Чернигов).

В Раде он особо не светился и «работал» в кулуарах – решая не только вопросы бизнеса, но политических договоренностей.

Интересно, что его брат Алексей был депутатом того же созыва от «Нашей Украины» — как и его верный помощник Эрнест Галиев, в то время как его бизнес-партнер Салыгин избрался по списку «За Единую Украину».

Похоже, что «харьковским» было не привыкать раскладывать себя в разные политические корзинки, изображая из себя идейных оппонентов перед наивными избирателями.

Сам Ярославский сразу же вступил в депутатскую группу «Демократические инициативы», куда затем сбежались большинство «харьковских»: Александр Фельдман, Александр Бандурка, Олег Салмин, Александр Карпов, а также ушедшие от Ющенко Галиев и Ярославский-младший, и бросивший «За ЕдУ» Салыгин.

Все они кучковались под спикером Владимиром Литвином, с которым имел очень близкие отношения Алексей Ярославский.

И когда осенью 2004-го Литвин начал «кидать» Януковича, то депутаты «Деминициатив» уже в сентябре поспешили выйти из провластного большинства.

А в декабре они дружно проголосовали за «третий тур» выборов, обеспечив президентство Виктору Ющенко.

Но самое смешное, что в это же самое время оставшийся в Харькове «на воеводстве» Евгений Кушнарев усердно изображал из себя сторонника Янковича и даже организовал известный Съезд депутатов Юго-Востока, за что заработал себе имидж «пророссийского сепаратиста».

При этом «Укр.

Банк» спонсировал это мероприятие, а также антимайдановские выступления в Харькове через ООО «Независимость».

Третий брак: футбольный олигарх и «вице-королева Харькова».

В 2004 году Ярославский вдруг заразился популярной в Украине футбольной лихорадкой – и всего за 1,5 миллиона долларов купил у Александра Фельдмана его харьковский футбольный клуб «Металлист».

Не такое уж и значительное на то время приобретение впоследствии оказало большое влияние на жизнь и бизнес Ярославского.

Хотя вначале он не получил от этой футбольной команды, когда-то прозванной самими харьковчанами «позорище Харькова», ничего кроме больших расходов на ремонт стадиона и обновления состава игроков.

А еще войну с братьями Суркисами за кресла в Федерации футбола Украины.

Причем, пойдя войной на Суркисов, Ярославский в 2009 году заключил «футбольный союз» с владельцем «Шахтера» Ринатом Ахметовым.

Спор был, конечно, не за сам футбол, а за распоряжение огромными средствами, выделявшимися на Евро-2012.

Ярославский, который после покупки «Металлиста» стал упоминаться в СМИ как щедрый меценат украинского футбола, не расходовал деньги впустую.

Кстати, 70% расходов на реконструкцию стадиона «Металлист» взяло на себя государство — а вот доходы с продаж билетов получал только Ярославский.

Окупиться должны были и другие объекты, реконструируемые или возводимые в подготовки к Евро-2012, даже те, в которые Ярославский вложил 100% своих инвестиций: Харьковский аэропорт, отель «Харьков Палас», спортивно-тренировочные школы.

Интересно, что после 2005 году Ярославский уже никогда не упоминался в качестве «дальнего зятя» Леонида Кучмы – если они был таковым, то «расторг и этот брак».

А новой избранницей Александра Ярославского стала Марина Свентицкая (1988 г.

р.), не имеющая влиятельных родителей и всё достоинство которой состояло в том, что она заняла второе место на конкурсе «Королева Харькова» в 2006 году.

Похоже, состоявшийся олигарх Ярославский просто решил взять себе в жены победительницу конкурса красоты – как это сделали многие миллиардеры.

Марина Свентицкая.

Разумеется, что Ярославский занимался не только околофутбольной темой и молодой женой.

В 2005 году он продал Фирташу черкасский «Азот» (почти за полмиллиарда долларов), а затем продал 51% акций «Укр.

Банка» европейской финансовой группе «BNP Paribas», выручив за это 360 миллионов долларов.

Однако к тому времени Ярославский оперативно вывел из банка самые «вкусные» активы, сосредоточив их в своей новой компании Development Construction Holding (DCH), которая заодно владеет и оставшимся пакетом акций «Укр.

В 2007 году Ярославский вернулся к теме «Укртатнафты», но на этот раз в союзе с «Приватом»: оттеснив от управления компанией людей «Татнефти» (компания из Татарстана владеющая «Укртатнафтой»), он поставил во главе своих, после чего запустил привычную схему банкротства и скупки предприятия.

Осуществить задуманное Ярославскому удалось в 2009-2010 г.

(в премьерство Юлии Тимошенко): государство продало DCH и «Привату» в общей сумме 56% акций «Укртатнафты», которые олигархи разделили пополам.

Но, как известно, в основном это были акции, которые правительство и украинские суды «отжали» у «Татнефти» — поэтому с 2014 года компания судится с украинскими олигархами в международных судах, и их пакеты акций признанными «украденными».

Еще одним скандалом наверняка завершится недавнее приобретение Ярославским самого знаменитого харьковского предприятия – Харьковского тракторного завода.

Весной 2016 года он заявил, что стал владельцем контрольного пакет акций ХТЗ.

СМИ тут же вострубили о том, что меценат, патриот и «хозяйственник» Ярославский обаятельно восстановит завод «так же как он поднял из руин аэропорт и стадион», и скоро тот начнет массово выпускать трактора для фермеров и бронетехнику для АТО.

Ага, сейчас! Все словно позабыли о том, что Ярославский уже был владельцем ХТЗ в 2006-2007 годах.

Более того, тогда заводом руководил тот же человек Ярославского, что и теперь – Андрей Коваль! Что тогда происходило с заводом, догадаться нетрудно: структуры и люди Ярославского банкротили ХТЗ, после чего продали его 99% его акции российским компаниям ГАЗ и «Русские машины», контролируемых Олегом Дерипаской.

Несколько лет завод туго-бедно «пыхтел», но в 2014 году то ли по нему ударил кризис, то ли (как утверждают ура-патриоты) россиянин Дерипаска начал саботировать производство, но дела на ХТЗ стали совсем плохи.

В Киеве заговорили о необходимости национализации этого стратегического предприятия, даже о его «экспроприации у агрессора» — и тогда Дерипаска передал акции предприятия нейтральным оффшорным фирмам «Golden Property», «Calverton Establishment» и «Alport Enterprices».

Но упадок продолжался, словно Дерипаска и впрямь оказался саботажником-вредителем, и в апреле 2016 года ХТЗ полностью остановился, было объявлено об увольнении его работников.

И вот тогда акции завода чудесным образом оказались в управлении у холдинга DCH Ярославского! Но с какой целью? Как выяснил SKELET-info, Ярославский не только прикрывал своего друга Дерипаску: его человек Коваль в буквальном смысле начал резать завод и вывозить оборудование в Россию! Более того, были вынесены несколько судебных решений, фактически заблокировавших счета ХТЗ за долги.

И хотя в судьбу завода вмешался сам президент Порошенко, и на днях представители харьковской ОГА заявили, что ХТЗ возобновляет работу, пока что судьба предприятия окутана мрачной мглою.

И то верно: ведь никаких действий по смене владельцев ХТЗ не предприняты, есть только «хотелка» президента, приказавшего «начать работу» — на что традиционно отреагировали созданием видимости запуска производства.

Запустили смену в цех, та постучала кувалдами по наковальням – вот и вся «работа».

А вот самому Ярославскому ни кризис, ни война не помеха для успешного бизнеса – он один из очень немногих олигархов (включая Порошенко), чье состояние в 2014-2016 г.

не уменьшилось, а увеличилось: в марте 2014-го Forbes-Украина оценивал состояние Ярославского в 900 миллионов долларов (и в 250 миллионно его брата Алексея), сейчас же оценка его активов колеблется в раках 0,78-1,3 миллиарда долларов.

Такая разбежность обусловлена тем, что многие активы Ярославского выведены в оффшоры или переданы в управление фирмам, зарегистрированных за рубежом, а также оспариваются судами (та же «Укртатнефть»).

Но вот удивительно: как только Ярославский начал обретать какую-то известность, он тут же спрятался от посторонних глаз.

Журналисты его не видят неделями и даже месяцами: то он проводит все лето на своей супер-яхте «Кайзер», то закрывается в отдельных люксовых апартаментах своего пятизвездочного отеля «Харьков Палас» — где к его услугам есть и спортзал для отдыха, и ресторан для деловых встреч.

Однако президентского люкса Ярославскому мало.

Один из последних скандалов вокруг его имени связан с незаконной застройкой на берегу Печенежского водохранилища (около поселка Мартовое), прямо на территории природного заказника.

Это место просто кишит «дачами» бизнесменов и чиновников Харьковской области, а также близких к Ярославскому людей, однако его «имение», по отзывам журналистам, поражает размерами огороженной забором территории.