Зеленскому нужно начинать с судов, там все ниже плинтуса - Василий Илащук/Зеленскому и молодым политикам нужно дать шанс

В сложные экономические и общественно-политические времена не стоит забывать о духовности и культуре.

Потому что, не сохранив культуру, украинскую ментальность, мы потеряем страну полностью, считает народный артист Украины, экс-президент Национальной телекомпании Украины ВАСИЛИЙ ИЛАЩУК.

В интервью "Апострофу" он поделился своим видением развития Украины, отметив, что новому президенту и молодым политикам нужно дать шанс, поскольку у них есть перспективы и большое желание изменить страну.

- В последнее время с гостями в студии мы традиционно обсуждаем результаты выборов президента Украины.

Интересно и ваше мнение, как народного артиста и последнего президента Национальной телекомпании.

Как вы восприняли победу Владимира Зеленского?.

- Нормально.

Если более 70% населения хотели увидеть в кресле президента Владимира Зеленского, почему нет? На самом деле, я думаю, что это было огромное желание граждан Украины что-то изменить.

Возможно, не все 73% были за Владимира Зеленского, возможно, просто половина из них была против Петра Порошенко, против старой власти.

Но то, что большой процент у нынешнего президента на выборах - это факт.

Это уже говорит о том, что народ созрел к каким-то серьезным изменениям.

- А может быть артист президентом страны? Как молодому политику без опыта стать эффективным президентом в такое сложное для страны время?.

- Сама история уже дала ответ, что артист может стать президентом.

Меня всегда удивляет мнение, что артист не может быть политиком, не может быть специалистом в другой области.

Почему нет? Артист - это призвание.

Может быть по жизни человек - артист, а по специальности - может очень серьезно относиться к тем или иным профессиям.

В данном случае, я думаю, что Владимир сделал такой реванш благодаря удачному времени.

То, с чего мы начинали разговор, что надоела старая система.

Обещания последних, я думаю, что даже не 5 лет, а 28 лет - одни и те же.

Одни и те же люди.

Посмотрите, кто сейчас на выборы пошел: половина этих политиков из Верховной Рады не выходят уже последние 10-15 лет.

Все те же лица.

Я понимаю, что они должны быть, потому что это опытные люди, это специалисты, но вместе с тем давайте дадим возможность молодым.

Молодым не по возрасту, молодым политикам по опыту работы.

Давайте дадим им возможность попробовать.

Другое дело - какой будет кадровая политика, это самое важное.

- То есть речь идет о его ближайшем окружении, которое будет советовать президенту?.

- Конечно.

Не только ближайшее окружение, а кадровая политика вообще в государстве.

Начиная с силовых структур, заканчивая юриспруденцией.

Мы пытались говорить в течение последних 4 лет, что вот, наконец, наша судебная система доходит до европейского, цивилизованного уровня.

Ничего подобного, ни до какого уровня мы не доходили.

Судебная система запущена просто ниже плинтуса, извините.

Поэтому я начинал бы с судебной системы.

Ложь, взятки, нечестность, коррупция - все, к сожалению, было и до сих пор есть.

Если новый президент начнет с этого, то, я думаю, что он будет обречен на успех.

- Кстати, наши западные партнеры, в частности, представитель НАТО в Украине, считает, что именно реформа СБУ должна быть первоочередной для Владимира Зеленского.

Именно она станет индикатором того, что действительно в стране начались перемены.

- Не только СБУ, я бы сюда отнес все силовые структуры - это и Министерство внутренних дел, и полиция, и Служба безопасности Украины, и прокуратура.

- Весь силовой блок?.

- Да.

От этого зависит безопасность Украины в целом.

Как сработают, в первую очередь, Служба безопасности, Совет национальной безопасности и обороны.

Мы видели на протяжении многих лет, что в системе СБУ, к сожалению, были предатели, были бывшие граждане России.

Теперь понятно, почему мы до сих пор проигрываем эту войну, информационную, в частности.

Информационный блок очень важен.

На Западной Украине (я родом из Черновцов) вообще этого нет.

А вот еду я по Киеву и смотрю вывески на магазинах, различных заведениях, половина - на русском языке, и я задаю себе вопрос - почему так? И мы ратуем значение украинского языка.

Есть мэр города, наконец, есть информационная служба безопасности.

Почему на 28-м году украинской независимости в столице - российские вывески? Меня это удивляет, честно говоря.

- Никто не контролирует.

- Не контролирует, а должен кто-то контролировать.

Я думаю, что это большое упущение.

Сейчас многие могут говорить, что для этого не время, не это важно.

Это имеет значение и это актуально! Всегда актуально - на каком языке мы разговариваем, на каком языке мы думаем.

Какую страну мы будем защищать - Украину или просто территорию? Украина - это не географически от Луганска до Закарпатья.

Украина - это ментальность, традиции, обряды, песни, народ, мышление.

- В целом как бренд по миру.

- Ну, о бренде я не хочу говорить..

Очевидно, что президент имел в виду совсем другое и никого не хотел унизить этим, а получилось, как получилось.

- Вы в свое время были в Комиссии по вопросам информационной политики и информационной безопасности при СНБО.

Как теперь оцениваете политику государства в этом направлении? О языковом аспекте вы уже сказали.

А если глобально посмотреть? Потому что, очевидно, что в плане контрпропаганды и противостояния пропаганде страны-агрессора мы проиграем.

- Сейчас этот вопрос является очень важным.

Потому что, когда страна в состоянии войны..

уже даже как-то и неудобно называть АТО.

Антитеррористическая операция затянулась на 5 лет почему-то, и погибло больше украинцев, чем уже во Второй мировой войне.

Поэтому это война.

Война с кем? К сожалению, с ближайшим соседом.

Как они называли нас всегда - "младший брат".

Мы сегодня видим, что никакие они не братья наши и никогда не были нашими братьями, и вообще они не славяне.

Но это отдельная тема разговора.

Поэтому сейчас, как никогда, это имеет очень большое значение.

И я думаю, что и СНБО, и СБУ должны уделять особое внимание информационной политике, в первую очередь.

Видите, не сохранили мы украинский язык в Крыму - Крым потеряли.

Не сберегли и не развили украинский язык на Донбассе - Донбасс теряем.

Хотя Донбасс никогда не был полностью русскоязычным.

Скажем, после Второй мировой войны на Донбассе, конечно, больше разговаривали на украинском языке, чем за последние 10 лет.

Русификация, ассимиляция в сторону России, к сожалению, сделали свое дело, очень положительное для них, не для нас.

Этому надо уделять больше внимания.

Да, я понимаю, что сейчас скажут - духовность не ко времени, давайте с экономики начинать.

Нет-нет, должно быть все в комплексе - и духовность, и экономика, и политика.

И тогда можно будет о чем-то говорить.

Но, сохранив культуру, а не сохранив ментальность, духовность украинскую, мы потеряем все - и экономику, и политику, и культуру, и Украину в целом.

Собственно, уже мы уже имеем сегодня.

И когда я смотрю, что так называемый Оппозиционный блок, который идет в парламент, уже ставит вопрос о целесообразности и о конституционной правильности закона о языке, который был принят Верховной Радой, мне становится странно.

Что вы снова возвращаетесь к языку, уважаемый Оппозиционный блок? Вы еще не пришли к власти, а уже рассказываете нам, что это неправильно.

На украинском языке разговаривать неправильно? Дома говорите, как хотите, хоть по-китайски.

Но когда вы выходите на трибуну Верховной Рады Украины, пожалуйста, разговаривайте на государственном языке, языке моей нации.

- Поэтому, собственно, и начались сейчас протесты в Грузии.

- Да.

Если бы он был хотя бы грузином, к этому, возможно, отнеслись бы немного лояльнее.

А так, дерзко выйти на трибуну парламента Грузии, причем сесть в кресло спикера, самовольно заняв это кресло, и говорить по-русски...

Вот мы снова видим нашего соседа-врага - русского, который дерзко, нагло просто делает, что хочет, берет, что хочет.

Здесь залезли на территорию, здесь забрали Крым.

Я не хочу к этому возвращаться, потому что обвинять только Россию в том, что забрали Крым, неверно.

Есть доля ответственности Украины и украинских политиков, которые в то время сидели в креслах ответственных государственных лиц.

- Какие конкретно шаги сейчас могли бы помочь наладить политику в этом направлении? Чтобы не терять еще больше..

Мы видим, какую на последних выборах получили поддержку оппозиционные силы.

То есть это говорит о том, что все-таки государственная политика не так эффективно работает?.

- Должен все-таки сказать, что при предыдущей государственной власти было очень много обещаний.

Обещания, что мы закончим войну за 2 недели, что мы лучше будем жить уже завтра.

Народ устал слушать эту тотальную ложь.

Мы видим, что этого не произошло.

Томос, безвиз - это не заслуга одного человека и не заслуга государственной провластной структуры.

Я думаю, что в этом преимущественно заслуга украинского народа.

И к томосу Украина шла много лет.

К безвизу Украина шла так же очень много лет.

Думаю, что здесь не стоит забывать и граждан других стран, но украинцев по происхождению, нашу украинскую диаспору, которая так же сделала очень много для этого.

И священников, если говорить о томосе.

Определенные расколы, которые сейчас есть, вполне понятны, потому что церковь на протяжении многих лет насаждала русскую ментальность.

Украинская православная церковь Московского патриархата была в Украине не фактором примирения народа, а была, я думаю, катализатором как раз бунтарского настроения народа, потому что навязывали свои позиции - российские или пророссийские.

И поэтому сегодня народ так больно это все переносит.

Даже на Западной Украине во многих церквях Московского патриархата, которые еще остались, я бы назвал их просто - Русская православная церковь, потому что они сейчас отстаивают интересы, скорее, граждан не Украины, а России, культуры не украинской, а российской.

Это все имеет большое значение.

А когда, я не могу даже назвать их священниками, потому что на русском их называют "попами", когда они начинают снова свои бунтарские настроения против Украины - не отпевать наших погибших в АТО ребят, потому что это украинцы, которые боролись за свободу и независимость Украины, - это кощунство и бесчестность.

Поэтому и духовность как раз происходит, отталкиваясь от этих канонов религиозных, церковных.

Но сейчас уже много церквей так называемого Московского патриархата перешли под юрисдикцию Православной церкви Украины (ПЦУ).

Я думаю, что это только начало.

Теперь надо потихоньку работать с людьми, с паствой.

С народом надо разговаривать.

- А вот с людьми на оккупированных территориях стоит говорить? Как-то их возвращать ментально в Украину можно?.

- Я был несколько раз на передовой, где мы снимали и документальные фильмы.

И там я был очень впечатлен одной встречей.

Однажды мы подошли к магазину, воды купить.

Из магазина выбегает женщина, видит, что мы в камуфляже, и начинает чуть не плакать: "Ребята, не надо, уезжайте отсюда, некого здесь защищать.

Мне все равно.

Да, я хочу жить в Украине.

Мне уже 75 лет.

Здесь все думают о России".

Это было, правда, 3 года назад.

Сейчас ситуация несколько изменилась.

Мне больно, что она говорила, что здесь некого защищать, я не совсем с этим согласен.

Даже если из 100 человек есть 10, которые думают об Украине, украинцах и о своей территории не как о куске земли, где можно прожить, и неважно под кем - или под Путиным, или под украинским гербом, то даже этих 10 человек надо защищать.

А с людьми надо работать.

В первую очередь, надо и СМИ, и экономические вопросы, и политические вопросы решить.

Мы должны немножечко лояльнее сейчас посмотреть на политику, касающуюся людей.

А что касается врага, мы должны быть более радикальными.

Я не могу понять, возможно, я не знаю каких-то тонкостей и деталей, но очевидно, что все-таки эта война кому-то была выгодна, если в течение 5 лет нельзя было договориться, остановить ее.

Я еще удивляюсь тому, что многие ребята на передовой говорят, что войну можно закончить за 24 часа, была бы на то воля государственных мужей и наших военачальников.

Войну можно закончить за 24 часа! Значит, кому-то невыгодно было.

Это не мои слова.

Я на передовой был несколько раз, а те ребята, что на передовой уже по 2-3 года, знают лучше меня, почему так получается и как оно есть на самом деле.

То, что это бизнес в определенной степени, - это очевидно.

- Владимир Зеленский выступает все-таки за мирное урегулирование и, возможно, даже прямые переговоры с Россией с помощью стран-партнеров, но не военным путем.

Это пока такой дискуссионный формат.

- Мы сейчас видим, что военным путем, к сожалению, больше потерь, чем побед.

Поэтому, возможно, надо попробовать какими-то мирными переговорами.

Очевидно, с помощью, вы правильно сказали, наших соседей стран-партнеров, не только языком автомата и войны, а возможно, языком переговоров преодолеть эти препятствия.

Надо искать пути и, возможно, Владимир прав, что надо попробовать таким путем.

- А вы лично с Зеленским знакомы? Что о нем как о человеке скажете?.

- Да.

Он мне всегда нравился, как очень веселый и сообразительный артист, как человек.

И то, что он как артист, стал президентом, еще раз говорит, что он очень тонко мыслит.

Я понимаю, сейчас могут возразить мне, что это команда вокруг него.

Понимаю, что свита делает короля.

Но если король совершенно глупый, то какая свита тогда поможет.

И король должен мыслить по крайней мере категориями государственными.

Не все так страшно.

Я думаю, что Владимир Александрович справится.

Единственное, что очень важно сейчас - я еще раз возвращаюсь к кадровой политике - понять, кто должен быть на ответственных кадровых местах.

- А как в творческой сфере восприняли эту победу? Возможно, с кем-то общались среди коллег? Потому что сейчас мы видим, что многие артисты, например, Сергей Притула или Святослав Вакарчук заявили, что готовы попробовать себя в политике.

- Будем откровенны, я как народный артист Украины, могу сказать, что далеко не все артисты могут.

Попробовать могут все, но проявить себя должным образом далеко не все артисты могут.

В политике очень сложно.

Это очень тонкая игра, очень хитрая и грязная.

Как восприняли в артистической сфере? Положительно.

Наконец артист стал президентом.

Поэтому восприняли положительно.

На волне эйфории Владимир набрал более 73%, теперь очень важно удержаться, принимая те или иные правильные решения.

Иногда придется принимать решение внезапно, серьезно и меньше прислушиваться к множеству окружающих советчиков, потому что у каждого есть свое мнение и свои интересы, безусловно.

Президент должен иметь свою четкую позицию и свое мнение.

- Несколько вопросов по вашей профессиональной телевизионной деятельности.

Недавно стало известно, что соратник Виктора Медведчука, депутат Тарас Козак, купил телеканал ZIK, тем самым пополнив свой медиа-холдинг до трех телеканалов.

Эта новость вызвала немало обсуждений как в медиа-среде, так и в обществе в целом.

В Администрации президента даже заговорили о том, что следует принять специальный пакет законопроектов по СМИ, чтобы как-то урегулировать давление владельцев на телеканалы.

По вашему опыту, в каких изменениях нуждается сфера телевизионной деятельности?.

- К сожалению, защитить себя очень сложно.

Деньги решают многое.

Как можно запретить магнату приобрести канал? Здесь должен вмешаться или по крайней мере очень тщательно следить и Совет национальной безопасности и обороны, и различные телевизионные институты, Государственный комитет по вопросам телевидения и радиовещания.

Но скажу вам одну вещь - телевидение, к сожалению или к счастью, просто как констатация факта, это уже вчерашний день, если не позавчерашний.

Сегодня главный медиа-ресурс - это интернет.

Телевидение сегодня - это преимущественно развлекательный контент.

А все то, что касается новостийно-информационного контента - это, как ни крути, интернет.

Но мы не можем сбросить со счетов то, что телевидение все-таки до сих пор имеет огромное влияние на массового зрителя.

Поэтому и хотят завладеть медиа-ресурсами наши магнаты.

Неправильно это все, но как действовать? Никак.

Есть просто безопасность информационной политики, за этим надо очень тщательно следить, и все.

- То есть законом никак нельзя урегулировать информационную политику телеканалов, давление владельцев?.

- Можно.

Я имею в виду, нельзя урегулировать то, кто покупает ресурс, кто покупает те или иные каналы.

У вас есть деньги, захотели, пошли и купили.

А контролировать информационное пространство, конечно, можно.

- Сейчас наши регулирующие органы как-то контролируют это, по вашему мнению?.

- Давайте начнем с того, что сейчас период межсезонья.

Сейчас одна власть отходит, другая - еще не пришла.

Поэтому, думаю, что сегодня вряд ли кто занимается таким плотным контролем.

Потом есть еще Министерство информации - до сих пор не знаю точно, чем оно занимается.

- Когда вы были президентом Национальной телекомпании, испытывали давление со стороны власти?.

- Нет.

- То есть в те времена такого не было?.

- Может, кто-то сейчас мне будет возражать, доказывать что-то, что какие-то циркуляры спускались с Банковой, "темники" или с Банковой, или из Кабмина.

Никаких не было циркуляров и указаний, кто что должен показывать.

Другое дело, что временами были недовольны руководители с Банковой или из Кабмина - почему их меньше показывают, больше показывают тех или иных политиков.

Но на это всегда были ответы - господа, показываем не людей, а происходящие события.

Если вы принимаете активное участие, и вы положительный в тех событиях, то вы будете в эфире.

Если нет, то нет.

Все было настолько тогда прозрачно, и без командной вертикали информационной политики.

- А когда это командная вертикаль появилась? Это во времена Януковича больше или Порошенко?.

- Мы помним, что произошло с Георгием Гонгадзе.

Думаю, это было еще во времена руководства Леонида Даниловича.

Я не могу обвинить конкретно или президента, или премьера.

Просто, такие были времена.

И были такие телевизионные руководители, которые хотели услужить, показать свою верность тому или иному хозяину.

Тогда оно и родилось.

Потом как-то демократичность общества немножко преодолела эту систему.

А во времена Януковича оно уже было явным.

- Видите себя сейчас как-то с этой новой властью.

Сейчас приходят новые люди, как раз кто-то бы с опытом, возможно, и помог бы.

- Американцы говорят - why not.

Я никогда не напрашивался ни на какие должности, но, если руководители будут считать, что я могу быть чем-то им полезным, то хотелось бы, конечно.

Есть огромный опыт, есть еще силы, слава Богу.

Поэтому хотелось бы что-то сделать еще в этой области.

- В какой сфере? Где видите свой опыт наиболее важным?.

- В общественной жизни.

Это и телевидение, и искусство, и культура, и медицина.

Так случилось, что я сейчас руководитель одного из медицинских подразделений, исключительно как менеджер.

Я в медицину не вмешиваюсь.

Поэтому я вижу, сколько проблем, к сожалению, сегодня в медицине.

Я не буду сейчас давать оценку руководству Министерства здравоохранения, медицинских структур государственных или негосударственных.

Но пробелы в этом есть огромные.

- Если коротко, что можно сказать о реформе медицины?.

- Еще со времен, когда я был руководителем на телевидении, есть желание открыть телевизионный медицинский канал.

Не секрет, что люди, к сожалению, в медицине, в сфере здравоохранения являются невеждами.

Мне жаль, но я не обвиняю людей, потому что не люди виноваты, а во всем виновата просветительская деятельность.

В каждой стране мира, без преувеличения, есть телевизионные медицинские каналы, которые транслируют 24 часа исключительно передачи на медицинскую тематику.

Мы сегодня создаем множество политических ток-шоу.

Честно, уже просто надоедает.

Эти все каналы и канальчики.

Одно и то же, одни и те же лица.

Народ, давайте что-то полезнее немного.

Я думаю, что медицинская тематика является очень полезной темой именно сейчас для украинцев.

Поэтому в этой области так же можно было бы поработать.

- Кроме всего прочего, вы еще и работали над картинами об известных личностях, художниках, в частности, Иване Миколайчуке, Дмитрие Гнатюке, Степане Бандере, Григории Сковороде.

Сейчас у вас есть что-то в работе именно по документальным фильмам об известных украинцах?.

- Нет, сейчас нет ни одной работы в подготовке или в процессе.

Но есть идея сделать еще одну документальную ленту о Назарие Яремчуке.

Ранее мы сняли фильмы о Иване Миколайчуке вместе с режиссером Тарасом Ткаченко, о Владимире Ивасюке, о Дмитрие Гнатюке.

К сожалению, как-то осталась в стороне фигура Назария Яремчука, одного из буковинских певцов, который остался в памяти очень многих украинцев не только своего поколения.

Поэтому хотелось бы об этом человеке, которого я лично очень хорошо знал, сделать документальный фильм.

- А пользуется ли спросом документальное кино в Украине?.

- Да.

В последнее время, я бы сказал за последние 10 лет, документальное кино имеет большой спрос - если это сделано профессионально, красиво.

У нас в активе есть около 50 серий "Открывая Украину.

Дорогами Украины, дорогами украинцев".

Это еще во времена Георгия Кирпы, структура Министерства транспорта, Укрзализныця профинансировала этот огромный проект.

Это фильм об Украине, о каждой области, и об украинцах, которые живут за пределами Украины - от Аргентины до Сибири, до Дальнего Востока, Канада, Америка, Франция, Польша, Чехия, Словакия.

Много было сделано.

Именно тогда было возможно зарождение такого интересного документального телевизионного кино.

- Это какой год?.

- Съемки продолжались с 2002 по 2005 года.

А потом мы снимали Ивана Миколайчука, Владимира Ивасюка, Дмитрия Гнатюка.

Кстати, это был последний фильм, снятый при жизни Дмитрия Михайловича.

- Проект "Дорогами украинцев" был бы сейчас очень актуален.

Потому что у нас немало заробитчан в последнее время.

- У нас был фильм "Мать и мачеха" о наших работниках в Италии.

Это был где-то 2007 или 2008 год.

К сожалению, с тех пор ничего не изменилось к лучшему.

- Только хуже?.

- Ухудшилась ситуация, потому что до сегодняшнего дня, я думаю, еще несколько миллионов украинцев выехало за границу.

Вот где еще одна проблема - массово выезжают студенты или выпускники вузов, простые люди едут на заработки.

Надо дать возможность людям зарабатывать у себя дома, открывая какие-то предприятия, создавая рабочие места.

Открытие каких-либо серьезных предприятий в Украине - это второй этап, на что должен обратить внимание и президент, и новая власть.

- Чтобы завершить на позитивной ноте: какой вы бы хотели видеть Украину через 5 лет, когда мы подойдем снова к выборам президента?.

- В первую очередь, без войны, без потерь.

Потому что очень больно, когда ты видишь, как родные теряют самое дорогое - своих сыновей, отцов, братьев и дочерей.

Во вторую очередь, Украина должна развиваться экономически.

При этом, заботясь и не теряя культуру и духовность.

Я хотел бы еще кое-что отметить, возвращаясь к теме кадровой политики в Украине.

Мы говорили о том, что и СНБО, и СБУ, и прокуратура - те серьезные структуры, которые в первую очередь должны были бы сейчас быть проконтролированы первым лицом (президентом страны).

Не думаю, что эта кадровая политика, которую уже начинает осуществлять президент, является окончательной.

Я слышу много разных реплик вроде того, что СБУ руководит исполняющий обязанности (Иван Баканов), еще нет нового генерального прокурора.

Все же надо, чтобы была уже выбрана Верховная Рада.

Я не думаю, что, во-первых, это конечные результаты, а во-вторых, почему мы такие убеждены (мы - я имею в виду, народ, который очень обеспокоен и выражает свои "фи"), что эти люди могут не справиться.

Например, тот же Баканов в заместители взял, насколько я знаю, Банчука Николая Васильевича.

Я думаю, что те прокуроры, которые работали когда-то вместе с Банчуком, которые знают его, вряд ли могут сказать, что это человек непрофессиональный.

Это человек, который дошел до поста исполняющего обязанности генерального прокурора.

Я не помню ни разу (а я Банчука немного знаю), чтобы он на чем-то ошибся.

Всегда у него были прогосударственные позиции, и всегда он принимал решения не так, как ему хотелось бы, а такие (решения), которые должны быть приняты государственным лицом.

Думаю, если руководители силовых структур будут себя облагать заместителями-профессионалами, даже старой системы, то все будет хорошо.

У нас была люстрация, и после нее я увидел, что, к сожалению, те люди, которые должны остаться у власти, были почему-то люстрированы.

А полные невежды и непрофессионалы - пришли к власти.

Мы имеем множество таких примеров.

Поэтому, господа, давайте посмотрим все-таки на профессионалов.

И если будут такие, как Банчук, как Марчук, который в СБУ разбирается очень хорошо, и не только в СБУ..

Думаю, что есть много людей с того поколения, когда подход к своему делу был полностью государственным.

Поэтому я пожелал бы Украине, чтобы все-таки к власти приходили профессионалы, и такую Украину я хотел бы видеть через 5 лет.