Бизнес и "Семья": они такого выбрали и поставили

Часть 68 цикла "Почему и как они придумали Путина?".

Леонид Невзлин в интервью Зое Световой.

"Возникла эта ошибка: отсидеться, ивсе будет хорошо".

Обсуждение девяностых — тема, которая в тренде.

Я понимаю, почему это сейчас происходит.

Фальшь в отношении девяностых, их дискредитация прозвучали потому, что пропагандистская часть администрации президента с самого начала решила показать, что Путин — это альтернатива.

Что все было вот так ужасно, астало вот так, по-другому.

И некоторое время, пока нефть росла, им это вполне удавалось.

Потому что и уровень жизни где падал, где рос, города хорошели, особенно Москва.

И раньше не было возможности в тот мейнстрим вставить свое слово.

И — чувство вины.

За то, что мы могли вмешаться в происходившее, у нас были силы, но мы как бы сдали.

Мы — я себя в этом случае идентифицирую с Ходорковским, с ЮКОСом.

Мы отдали себя в руки так называемой семьи.

Термин "семья" в значении "ближайшее окружение Ельцина" возник еще в начале 1990-х.

В разное время под ним подразумевались разные люди, но к началу 2000-х круг был в достаточной степени сформирован.

В качестве членов "семьи" назывались Валентин Юмашев, Татьяна Дьяченко (позднее— Юмашева), Александр Волошин, Владислав Сурков, Анатолий Чубайс, Михаил Лесин, Олег Дерипаска, Роман Абрамович.

Поверив в эту "либеральную часть" ельцинского окружения.

Это было ошибкой.

— Вы действительно поверили, или вам было выгодно с точки зрения бизнеса поверить в то, что Путин и есть — либеральная власть?.

— Позиция Ходорковского была такая: мы занимаемся бизнесом, а они ("cемья".

—"МБХ медиа") занимаются политикой.

Мы им доверяем, поскольку они люди нашего типа, люди, которые хотят построить демократию, а мы туда не лезем.

Плюс они постоянно демонстрировали Ходорковскому, и не только ему, нежелание работать со мной, потому что я действительно вредный элемент, у меня есть принципы, я чувствую фальшь.

А после выборов 1996 года и формирования этой семейной группировки фальшь была во всем и везде.

Они просто решили взять власть, и финансовую, и политическую, и больше ни с кем ее не делить.

Альтернативой могли быть отдельные вмешательства в кадровую политику, в медийную составляющую, но.

Ходорковский очень четко определил политику невмешательства и, естественно, его слово в этом смысле закон.

Я занимался как раз теми вещами, которые были настыке того, что делали чиновники, естественно, в интересах ЮКОСа, но мог себе позволить и большее.

Я видел, по какой причине, кто куда назначается, ведь кадровая политика при такой власти — это самое главное.

Я согласился "отцепиться" от этого и до сих пор жалею.

— Если бы не было "дела ЮКОСа", вы допускаете для себя, что могли бы остаться с этими людьми, которых вы сейчас так жестко критикуете?.

— До 2003 года были два серьезных вопроса для меня, которые предполагали, что такие отношения с этими людьми все равно ненадолго.

Были уже дела — против Гусинского и Березовского (13 июня 2000 года Гусинский был арестован по делу о мошенничестве, уголовное дело в отношении Березовского было возбуждено в1999 году.

— "МБХ медиа").

И только внутреннее соглашательство с собой: мы — бизнес индустриальный, а они — медийный, и у них там свои "терки", — меня расслабило, я себе позволил считать, что это на нас не распространится, потому что мы не участвовали в кадровых вопросах.

У нас не было никаких "торговых" условий.

Поэтому мы исходили из того, что власть к нам лояльна.

Нам казалось, что, если эта власть демократическая, и если мы идем по западным стандартам, ЮКОС — публичная огромная компания, в которой заинтересованы и акционеры, и государство, и работники, и Запад даже, то почему мы должны быть подвергнуты какой-то обструкции?.

И вот возникла эта ошибка: отсидеться, и все будет хорошо.

А процессы стали так развиваться, что дошло и до нас.

Ваш вопрос — остались бы мы? Скажу абсолютно откровенно: если бы то, как Путин себя вел до 2003 года, я бы воспринял, как начало длинного пути тоталитаризма и диктатуры власти, я бы конечно голосовал за то, чтобы все продать и переехать.

— Когда Путин стал президентом, вы не подумали о том, что к власти пришел бывший подполковник КГБ, у вас что-то вголове не щелкнуло?.

— Нет.

И вот почему: Путин был не новый на этом рынке.

По большому счету, он уже никакой не эфэсбешник.

Он уже давно чиновник, бизнесмен, пахан, как хотите.

Он, естественно, был коррумпирован, связан сбандитами, и он работал под Собчаком.

В отношении Собчака (не выражая никакого личного отношения к Собчаку) — я видел, что Путин вел себя по-мужски, особенно когда того преследовали.

И, собственно говоря, он дальше в Москве рос в той администрации, которую я считал демократически настроенной.

Ито, что они его посадили на ФСБ, мне тоже было понятно, — потому что им там нужен был свой.

Может, он вообще бы оказался реформатором в ФСБ, но он просидел там всего год.

Андрей Пионтковский написал в первый день: "Всем привет, КГБ пришло к власти", — я так не считал на тот момент.

Я считал, что ельцинская клика укрепляет себя на всех участках, потому что за время правления Ельцина много раз бывали сбои, и даже контрреволюции, и всякие кадровые критичные моменты, те или иные органы были нелояльны, из-за того, что там сидели в лидерах люди с другими убеждениями.

Я был не прав.

Потому что Путин — это не один Путин, это такая андроповско-патрушевская идеология.

Старая идеология советского КГБ, оказывается, была ему более своя, нежели любая другая, которую он якобы исповедовал — рынок, демократия.

Я не мог предположить, что в мужике, который давно оттуда ушел и пришел во власть с "семьей", что в нем вернется эта идеология гэбни.

Это ошибка, но многое зависело больше от них ("семьи".

— "МБХ медиа"), чем от него.

Они такого выбрали и поставили его в определенные условия.

— Мне кажется, они и сами не представляли, во что превратится Путин.

У них были свои интересы.

— Они же обязаны были представлять! Когда они Путина назначали куда-либо, они проработали, что было в Питере при Путине? Я сейчас проработал.

Некоторые считают, что это была игра ФСБ, что их так обкрутили, потому что поняли их слабые места, и Путина выбрали потому, что он такой серый.

Я все-таки думаю по-другому.

Я думаю, что это была взаимная игра "cемьи" и Путина, в которой Путин, абсолютно талантливо мимикрирующий под любую поверхность, под любую задачу, просто показал себя своим.

И доказал это какими-то действиями, о которых мы, конечно, знаем, но это не тема данного разговора.

Но они ("семья".

— "МБХ медиа") не имели права не знать, "хуизмистер Путин".

Они не имели права относиться к докладу Марины Салье как к чему-то несущественному.

Одного доклада Салье достаточно — а это один процент путинского греха, — чтобы его никуда никогда не назначать.

Он в принципе преступник, он просто выкрутился в связи с Собчаком, Ельциным и так далее.

Но потом, когда все стали рыться в "Петербурге девяностых", стало понятно, почему они так орут про "бандитские девяностые"— они прикрывают свои девяностые.

— Они переводили стрелки?.

— Да.

Подпишись на наш Telegram.

Присылаем лишь "горящие" новости!.

Читайте все "Новости России" на OBOZREVATEL.

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов.

Мнение редакции может отличаться от авторского.