Виталий Кулик: жизнь в «эпоху перемен»

«Если это, конечно, действительно командой Зеленского было запланировано, а не обслуживание чьих-то интересов», - продолжает беседу с «АиФ в Украине» директор Центра исследований проблем гражданского общества Виталий Кулик.

Начало в №40 за 2019 г.

«АиФ в Украине»).

ИГРЫ С ОГНЕМ.

- Виталий Александрович, а как этот прорыв осуществить? В стране ведь накаляется обстановка: вот, не так давно в столице произошло ЧП - бывший контрактник одной из воинских частей грозил взорвать мост Метро.

Это – отражение давления, усиливающегося в обществе?.

- Это – проявление посттравматического синдрома.

Америка до сих пор не преодолела этот синдром после Ирака.

Стоит вспомнить 90-е годы, «афганцев», тоже переживших войну.

Через 10 лет после прекращения войны посттравматический синдром проявлялся в усилении бандитизма, разбое.

У нас постоянно увеличивается число людей, прошедших войну, их уже почти 300 тыс., и из них 100 тыс.

реально принимали участие в боевых действиях, сталкивались со смертью, каждый второй из них имеет тот самый посттравматический синдром.

А система вывода людей из этого состояния практически отсутствует, есть только одиночные проекты, работающие с АТО-шниками.

Но даже богатые страны не справляются с подобным явлением, уже не говорю о Хорватии, Сербии, сталкивающихся с этим на протяжении последних десяти лет.

Сейчас там новая волна таких состояний.

- Так или иначе, есть люди с обостренным чувством справедливости, считающие, что их обманули, предали.

И это, очевидно, повысит количество случаев с участием людей с посттравматическим синдромом, бывших военных.

Это в любом случае произойдет автоматически – невзирая на все профилактические мероприятия.

И к этому стоит готовиться.

ШАГ ВПЕРЕД, ТРИ НАЗАД.

- Как в этих условиях проводить реформы, неприемлемые для какой-то части общества?.

- Тут есть некая западня: если этого не делать, мы потеряем время.

- По-вашему, были ли предыдущие пять лет временем стабильного роста для страны?.

- Я оцениваю это время, как шаг вперед и три шага назад.

Движение, определенные изменения вроде бы и происходили, но, скорее, не благодаря решениям власти, а вопреки ним.

Так, Антикоррупционный суд, НАБУ, упрощение определенных процедур в финансовой сфере, снятие ограничений, расширение пространства свобод, внедрение определенных мер против РФ, разрыв с постсоветским прошлым – все это было не благодаря власти, а из-за давления и запроса общества.

Создавалось такое впечатление, что у нас – проукраинская власть.

Но в начале, в 2014 г., власть, на самом деле, стремилась приостановить этот процесс.

А потом уже, в 2018 г., они стали «великими националистами».

«БАЙДЕНГЕЙТ»: ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ.

- Период «экспериментов» у нас сейчас не только во внутренней политике, но и во внешней.

Хотелось бы обсудить ситуацию с давлением на Зеленского со стороны Трампа, которой, как потом оказалось, не было.

Какими, по-вашему, будут последствия?.

- Во-первых, уже инициирована процедура импичмента Трампа.

- Аналитики говорят, что это вряд ли реализуется.

- Посмотрим, ведь есть демократы, которые поддерживают эту инициативу в Конгрессе США.

Есть часть республиканцев, которые недовольны его политикой и хотели бы от него избавится, и это – факт.

И я не исключаю, что тема импичмента и украинского кейса будет продолжена.

Есть информация о том, что у Зеленского с Трампом был не один разговор о «кейсе Байдена».

И если подтвердятся данные «глубокой глотки» из окружения Трампа, сливавшей эту информацию, начнут появляться все новые и новые расшифровки – это может, действительно, дойти до удара по Трампу, по его рейтингу.

- Исходя из того, что утечка информации произошла у Трампа, а не у нас, - украинская власть невиновна в этом кризисе?.

- У нас сделали все, чтобы мы в это «вляпались»: предыдущая власть, Луценко (Юрий Луценко, экс-гепрокурор.

– Ред.), его встречи с Джулиани (адвокатом Трампа Роберто Джулиани.

– Ред.), слив информации о деле Burisma – это все работа наших политиков, попытки затянуть американцев во внутренние украинские «расклады».

А вышло наоборот – Украина стала эпицентром коррупционных и политических скандалов Соединенных Штатов.

С одной стороны, действительно, о нас начали говорить: к каждой новости об Украине «притягивали» информационную справку о состоянии дел на Донбассе; но, с другой, появился «сухой остаток» в виде того, что есть такая коррумпированная страна Украина, в которой разные иностранные политики могут делать «гешефты».

- То есть, закрепился токсичный имидж у страны?.

- Да, и это – очень плохо.

Мы можем вспомнить опыт того же Порошенко, который в свое время сделал ставку на Клинтон и проиграл.

Потом у нас было два года потерянных возможностей с Вашингтоном.

А сейчас «подыграть» одной стороне в США – это значит автоматически получить проблемы с другой стороной.

Есть и еще один негатив.

Можно поссориться с Трампом или с Байденом, а можно также потерять институционную поддержку на уровне истеблишмента, круга друзей Украины среди республиканцев, демократов, которые консолидировано поддерживали предоставление помощи нашей стране и санкционный режим.

Если мы и это потеряем, мы станем настолько токсичными..

Это будет очень плохо.

И это может случиться в результате всех скандалов.

- Есть ли выход?.

- Задача президента и наших дипломатов – сделать так, чтобы мы прошли «между каплями» в этом скандале.

Чтобы генеральный прокурор не совершал действий, которые можно было бы интерпретировать, как подыгрывание Трампу или затягивание этого дела.

Насколько это удастся? У меня на этот счет большие сомнения, ведь кроме Зеленского и Рябошапки (Руслана Рябошапки, генпрокурора Украины.

– Ред.), есть другие политические игроки.

Например, Кличко (Виталий Кличко, мэр Киева.

– Ред.) – друг Джулиани, и имеет прекрасные отношения с рядом прокуроров, расследовавших дело Burisma.

Так что история приобретает совсем другое звучание.

Американские прокуроры предлагали снять с него обвинения в обмен на показания на деятелей газового рынка, где фигурировали также и американские политики.

И это – два из пяти возможных кейсов.

То есть, Украина будет оставаться фактором американских выборов.

И дипломатам придется «тушить» эти «пожары».

А исходя из того, что наши политики часто ставят свои интересы выше национальных – думаю, мы услышим еще много интересного о давлении американцев на украинскую власть.

- Как вы оцениваете выступление Зеленского в ООН и его совместное заявление с Трампом? Он держит удар?.

- Как по мне, он выглядел неплохо.

Хоть и использует те же методы влияния на мировой истеблишмент, как и предыдущая власть, так сказать, артефакты.

Показывал в ООН пулю, убившую украинского оперного певца Василия Слипака, как когда-то Порошенко – часть кабины сбитого малазийского «Боинга».

Это планомерный повтор, для поднятия эмоциональной планки.

Но, с другой стороны, президент достаточно точно указал акценты, важные для Украины – в то время, когда на территории Европы идет война, невозможно говорить об устойчивом развитии.

То, что он неплохо ощущал себя как лидер Украины в дискуссии с другими мировыми лидерами – это тоже позитив.

И то, что ему удалось проговорить в Нормандском формате+ проблему урегулирования ситуации на Донбассе – тоже.

А ЧТО ТАМ..

У НАС?.

- Вернемся к ситуации в Украине: что-то сегодня тревожит?.

- Экономическая инерция.

Мы видим укрепление гривны, происходящее искусственным способом.

Это – открытый вопрос – почему высок курс гривны и для чего «вымывается» доллар у населения?.

С другой стороны, мы видим показатели госбюджета-2020, его собираются наполнить за счет роста производства.

И это указывает на то, что инерция экономики, заложенная еще Гройсманом, продолжается - за счет благоприятной внешней конъюнктуры и задела, на котором можно еще некоторое время продержаться до второй волны мирового экономического кризиса, ожидаемой в конце ноября-декабре.

Поэтому в процессе работы над бюджетом власть будет стремиться заложить «подушку безопасности» под социальные выплаты, что тоже является «плюсом».

Власть не сделал ничего, чтобы произошел отток депозитов, не создала никаких панических настроений, препятствующих инвестпроектам, нет массового сворачивания инвестиций, а, наоборот, приток.

Это указывает на доверие к экономической политике, проводимой правительством.

Ирина ВАНДА.