Депутат Шевченко: на бек-вокале у роспропаганды

До сих пор российские пропагандистские телешоу использовали три категории «гостей из Украины».

Одна категория — это «марионетки»: украинские или якобы украинские «эксперты», «политики» и «политологи», либо известные своей прокремлёвской позицией, либо малоизвестные, а то и вовсе неизвестные в Украине.

Они слово в слово повторяли тезисы кремлёвской пропаганды, только уже якобы от имени украинцев.

Другая категория - «мальчики для битья»: нанятые и часто вообще не имеющие никакого отношения к Украине скоморохи, которые неискренне, с очевидными логическими пробелами повторяли общепринятые в Украине тезисы и в результате становились объектами насмешек, улюлюкания, а то и рукоприкладства.

И ещё одна категория - «горячие парни и дамочки»: радикально настроенные украинцы, которые искренне отстаивали проукраинскую позицию, но говорили излишне эмоционально и чаще всего штампами, априори неприемлемыми для российской аудитории — таким образом, они никого ни в чём не убеждали, а только лишь косвенно подтверждали слова российских пропагандистов.

Сейчас, похоже, появилась четвёртая категория - «каша в голове».

Люди, которые всеми силами пытаются отстаивать некую особую, «не как все», позицию, и позиция эта состоит в наивной амбивалентности, в желании объять необъятное и объединить несочетаемое.

«Я выступаю за не знаю, что, и не знаю, как».

Примером стал народный депутат Украины Евгений Шевченко (фракция «Слуга народа») в ток-шоу «Большая игра» на российским «Первом» телеканале.

Сам депутат заявил, что часть его слов были вырезаны.

Тоже мне, новость.

О том, что российское телевидение препарирует высказывания, а тем более слова людей, не находящихся лично в студии (Шевченко говорил по видеосвязи), известно очень давно.

По крайней мере, со времён Майдана.

Это — общеизвестный факт.

Нет, конечно, уверенность, что «со мной этого не может случиться» - великий двигатель человеческого легкомыслия, но факт остаётся фактом: Евгений Шевченко должен был знать, что соглашается играть с шулерами.

Если, конечно же, его цель действительно состояла в том, чтобы «говорити, доводити і відстоювати позицію щодо відновлення миру в Україні».

А вот в этом теперь и нет уверенности.

Уже из подводки он должен был понять, в каком ключе пойдёт речь.

В самом начале программы модератор Марина Ким обозначила темы: «Триумфальное, историческое турне Владимира Путина в Саудовскую Аравию и Арабские Эмираты.

Одним из знаковых, заметных участников российской миссии стал глава Чечни Рамзан Кадыров», включение которого и пообещали зрителям таким тоном, каким рекламисты обычно обещают акции и бонусы.

Ну, разумеется: каким же ещё может быть зарубежный визит Путина, кроме как «историческим» и «триумфальным»? Мы от такой лексики отвыкли по крайней мере со времён Ющенко, и Шевченко уже на этих словах мог понять, в какой контекст его поставят.

В подводку включился Вячеслав Никонов: «Беспрецедентный кризис отношений в НАТО..

Это была неделя, когда российское влияние на Ближнем Востоке достигло пика, а американское влияние достигло дна».

Снова Ким: «Американцы в панике оставляли свои позиции...».

Некий эксперт говорил о «военном поражении США».

И снова Ким: «У нас в студии произошёл исторический момент, когда представитель Турции, Анкара, признал бесполезность НАТО».

Как и обычно, расчёт был сделан на неосознанную привычку российских зрителей к тому, что любая говорящая голова в телевизоре высказывает официальную «линию партии».

А в общем, Россия победила проклятущую Америку на поле брани — ура, товарищи, победная война началась! Уже и невдомёк было зрителям, что «американцы в панике» отступали не под напором доблестных российских войск, а по указу своего собственного, американского президента.

Об Украине, о Донбассе в общей подводке не упоминали ни словом, хотя эта тема, последняя по очерёдности, как выяснилось, заняла более трети общего хронометража программы.

Впрочем, Шевченко мог всего этого и не видеть.

Если вырезали реплики, значит, шоу шло в записи, и весь его ход украинскому депутату могли и не показать, его могли снимать вообще кусками.

Но тогда делать вид, что участвуешь в живой дискуссии – это уже абсурд абсолютный! Спорить неизвестно с чем, неизвестно в каком контексте пускать реплики наобум и рассчитывать, что они кого-то в чём-то убедят?.

А вот уже подводка непосредственно к украинской теме: «Мирный процесс застопорился, практически саботируется (Из общего контекста зрители должны были понять, что саботируется Украиной.

– Б.

Б.)… Стороны – и Киев, и самопровозглашённые республики… Пресс-секретарь Кучмы предложил республикам саморасформироваться (а не России ли он предложил расформировать их? – Б.

Б.)… Эти лингвистические манёвры – оставляют ли они поле для диалога, который необходим?» - ну, и так далее, всё в том же духе.

Хотя бы это предисловие в том числе и к своим собственным словам депутат видел и слышал? Возражений по поводу подводки он не высказывал.

Дело ещё вот в чём.

Евгений Шевченко был представлен и титрован как народный депутат от партии «Слуга народа».

А значит, всё, что он говорил, зрители воспринимали как позицию партии, причём правящей партии.

«Особенный статус ОРДЛО», то есть «оккупированных районов» - это, конечно, блеск.

Но больше ни разу оговорок, что мы слышим сугубо личное мнение депутата, не было.

А началось выступление украинского гостя с вопроса ведущей: «Президент шёл с обещанием установить мир» - мол, как вы оцениваете его деятельность? Предложить парламентарию от партии, де-факто возглавляемой президентом, давать оценки президенту – не запрещённый ли это приём? Но Шевченко не смутился.

Мы сейчас сделали паузу, и (нрзб.

- Б.

Б.) органы разберутся, откуда растут ноги, и кому это выгодно».

Ну, и Майдан, соответственно, тоже – таким нехитрым способом, пусть и чуть-чуть (совсем чуть-чуть) косвенно, Шевченко подтвердил то, на чём и базируется вот уже почти шесть лет российская пропаганда против Украины.

Ну, а попутно подтолкнул российскую аудиторию к выводу, что якобы войну развязали «радикальные националисты» - опять-таки, почти (очень близко) прямым текстом.

Ещё цитата: «Мы будем продолжать в том же направлении.

Я уверен: нормандский процесс будет запущен, переговоры возобновятся, и уже с новым президентом президенты России, Франции, Германии… премьер-министр Германии (sic, sic, sic! – Б.

Б.) смогут договориться, найти новую формулу и вывести этот кризис с Украины».

Вот так, оказывается, всё просто: Путин, Меркель и Макрон втроём найдут формулу мира для Украины, убедят Зеленского, и при участии в том числе Путина кризис «с» Украины будет «выведен».

Простите, ещё цитата: «К сожалению, этот первый шаг, предусмотренный формулой Штайнмайера, не наша власть делала, а предыдущая власть и предыдущий экс-президент Порошенко.

Нам приходится с этим разбираться и за это всё отвечать».

Как вы думаете, как этот пассаж нужно понимать? О чём он, какой в нём смысл? Вот я его не понял… Это всё россияне так повырезали? Что ж, может быть.

«Я считаю, что первая проблема, которую мы должны снять – это вопросы языковые и культурные, потому что именно языковой вопрос, который был поднят ультранационалистами, привёл к расколу в обществе, и в целом потом мы знаем, к чему это привело»… Как понимать сказанное? А вот как: ультранационалисты подняли языковой вопрос, и по этой причине разгорелась война.

При чём тут российская агрессия? А выходит, ни при чём – ультранационалисты же виноваты! Вырезали из слов Шевченко или нет, но заметил ли он, что вышло слово в слово повторение основополагающего тезиса российской пропаганды – о том, что войну развязали «ультранационалисты»? И даже если вырезали – крайне трудно методом вырезания создать слово «ультранационалисты», если бы оно не было действительно произнесено, и именно в данном контексте.

Наконец, к сведению господина Шевченко: «ультранационалисты» требовали всего лишь отменить закон Кивалова – Колесниченко, то есть вернуть ситуацию в состояние до июля 2012 года.

Всего лишь! Вот какой ультранационализм, оказывается, процветал у нас целых два года (чуть больше!) под властью Януковича!.

«Люди должны разговаривать на том языке, на котором они хотят», - убеждал Шевченко аудиторию, тем самым «от противного» подводя к выводу, что на данный момент люди не могут этого делать.

А если бы могли – зачем тогда было бы «снимать проблему»? Опять Шевченко слово в слово повторил тезис российской пропаганды.

В разговор вступил такой себе Пушилин, главный в Донецке: «Переворот… Россия является арбитром, так же, как Франция, Германия, ОБСЕ… Украина не хочет выполнять взятые на себя обязательства… Именно Зеленскому нужна встреча в нормандском формате».

Думаете, хотя бы на один из этих тезисов Шевченко прямо ответил? Или, когда записывали его реплики, он не знал, что именно скажет Пушилин? И тогда тот же вопрос: зачем согласился?.

Стоп-стоп-стоп! Какие такие «люди не воспримут»? Только ведь незадолго перед тем Шевченко говорил, что это – «радикальные националисты» и «кем-то вброшено», а теперь «люди не воспримут».

Земля плоская, потому что круглая.

А это – российским слушателям, ещё до появления Пушилина: «Если вы действительно хотите, чтобы у нас были нормальные взаимоотношения, и чтобы в Украине воцарил (sic! – Б.

Б.) мир, нужно идти на какие-то уступки, Россия всё равно должна уступить где-то.

Пока мы не видим, чтобы Россия в чём-то уступала».

«Ну уступи ты мне хоть в чём-нибудь», иначе говоря.

Всё равно, видимо, в чём, совсем не понятно, по какой причине, но главное – сам процесс.

Именно так это прозвучало.

На самой грани здравого смысла, если честно.

А вот попробуйте понять такое – и попробуйте представить, как это поняли обдолбанные российской пропагандой российские телезрители: «Мы не можем понять, в чём логика этих условий.

Если российская сторона так же заинтересована, чтобы был мир – почему нельзя провести первичные переговоры без развода войск, почему?.

В чём логика заключается?.

Есть элемент недоверия с российской стороны (вот это да! Украина у России вызывает недоверие! – Б.

Б.)… Но как бы там не было, Россия всё-таки проявила акт агрессии, и люди уже боятся… В обществе существует мнение, что Россия просто-напросто в очередной раз обманет Украину, а она просто территорию эту захватит… В этом весь сыр-бор в Украине».

Постойте, а как же националисты? А как же Порошенко? Так всё-таки Россия «всё-таки совершила»? И кто кому, в конце концов, не доверяет? Возможно, конечно, редакторы в Москве так жестоко посмеялись над украинским гостем, что хоть в ЕСПЧ обращайся, но… неужели Евгений Шевченко искренне полагал, что вот такое вот изложение материала и вправду может хоть кого-нибудь убедить?.

На примере Евгения Шевченко мы увидели яркий образец явления, которое упускаем из виду, но с которым, вероятно, нужно считаться: слыша правдивую информацию и опровержения российских пропагандистских фейков, люди могут одновременно верить и им, и российским фейкам.

Могут одновременно находиться под влиянием российской пропаганды и опровергающей её контрпропаганды.

То, что называется амбивалентностью, то есть принятием взаимоисключающих утверждений как якобы одновременно истинных.

А в данном случае дело даже не в российских зрителях: им, в конце концов, одним киевским гостем больше, одним меньше.

Тем более, что путинский визит – «исторический» и «эпохальный», российская победа над США в Сирии – ещё более «эпохальная», и впечатления от событий в Украине в блеске этой всеобщей эпохальности просто потерялись.

Дело вот в чём.

В цивилизованном мире растёт озабоченность российской пропагандой.

Эксперты и отдельных стран, и ЕС всё пристальнее мониторят российское телевидение.

Евгений Шевченко для них – не личность со своими личными качествами, а просто функция, член украинского парламента от той же партии, от которой и президент.

Западные эксперты, разумеется, составляют докладные записки для своих правительств.

И у этих правительств всё больше может накапливаться впечатление, что нынешняя украинская власть обвиняет в развязывании войны не Россию, а прежнюю украинскую власть.

Что не Путина, а Порошенко она считает своим главным врагом.

Нет, европейские правительства не станут доказывать украинской власти её правоту или неправоту.

Они просто окончательно перенесут свои оборонные рубежи против российской войны на западные границы Украины.

Помогать украинской власти защищать страну от России они готовы, но делать это вместо самой украинской власти они никогда не станут.

Равно как и помогать украинской власти бороться с «попередниками».

Считают парламентарии от правящей партии, что войну развязали «ультранационалисты» - ну, западные эксперты так и отметят.

И своим правительствам доложат….