Поднять руку на женщину: стоит ли СМИ давать насильнику площадку для оправдания своих действий

«Для съемки ток-шоу на телеканале СТБ разыскивается мужчина, который поднимает руку на женщину и может объяснить, почему он это делает!» — такое объявление с пометкой «Срочно» появилось в группе «Кастинги Украины» в середине января.

Его разместила пользовательница по имени Александра Маршала.

Эта же пользовательница размещала и другие посты о поиске героев для данного ток-шоу: она также искала женщину, которая «на данный момент является жертвой домашнего насилия», а еще через пару дней — женщину возрастом от 45 лет и старше, «которая придерживается позиции “мужчина всегда прав”».

Участники группы сразу же отреагировали на эти посты: кто-то оставлял свои контакты, кто-то писал, что переживал нечто подобное.

А некоторые и вовсе оставляли хейтерские комментарии в стиле: «Некоторых женщин убивать надо» и «Все правильно: когда идешь к женщине — бери кнут».

Я написала об этом объявлении у себя в фейсбуке и разместила два скриншота, подписав пост так: «Журналистика, которую мы заслужили».

Сперва хотела написать большой пост о том, почему считаю такие действия коллег неприемлемыми: хотела рассказать о законе про противодействие домашнему насилию и его важности, о коррекционных программах для насильников, об опросе, который мы с сайтом «Новое время» проводили в прошлом году, и о трех сотнях анонимных историй, которые оставили респонденты в той гугл-форме… Но обошлась просто короткой саркастической подписью.

Мнения людей в комментариях разделились: одни написали, что это ужасно, другие вспомнили о садомазопарах, третьи предположили, что такие передачи наоборот могут быть полезны, потому что это поможет вытащить на поверхность такую сложную тему и не умалчивать о ней.

Четвертые и вовсе разделили журналистику и ток-шоу — мол, между этими форматами нет ничего общего.

Проблема домашнего насилия действительно очень распространена и о ней следует говорить вслух.

Согласно результатам исследования «Благополучие и безопасность женщины», которое провело ОБСЕ в 2018 году в восьми юго-восточных и восточных странах Европы, в том числе и в Украине, 67 % женщин в возрасте 15 лет и старше испытывали психологическое, физическое или сексуальное насилие со стороны партнера или другого лица.

47 % опрошенных женщин признались, что недостаточно осведомлены, что делать, окажись они в такой ситуации.

Согласно опросу, который мы провели на сайте «НВ» в 2019-м, 97 % респондентов считают, что в Украине действительно существует проблема домашнего насилия.

С психологическим, экономическим, физическим и сексуальным насилием регулярно сталкиваются украинцы и украинки разных возрастов.

Насильниками при этом могут быть как мужья или жены, партнеры или партнерши в отношениях, так и родители, старшие родственники или взрослые дети — если от насилия страдают старики.

Даже несмотря на появление закона о домашнем насилии, эту проблему в Украине все еще принято замалчивать.

На это есть разные причины.

К примеру, в сельских регионах у женщин часто нет выбора: для выполнения тяжелой физической работы в семье нужен мужчина, поэтому многие терпят насилие по отношению к себе, алкогольное пристрастие партнера и другие его негативные стороны, потому что нужен «мужик в доме».

Эту историю ярко иллюстрирует поговорка, которую я услышала на одном из тренингов от женщины из Черновицкой области: «Жінці хоч ворона — і то оборона».

Что значит: хоть какой-нибудь, главное, что это мужчина.

Второй причиной, по которой люди терпят домашнее насилие по отношению к себе, может быть стыд.

И страх, что если эту проблему «вынесут из избы», то окружающие начнут осуждать и обсуждать это.

Третья причина, по которой о домашнем насилии во многих семьях до сих пор молчат, — это устоявшееся мнение из серии «бьет, значит любит» или «Бог терпел и нам велел».

Такие женщины, как правило, оперируют аргументами вроде: «моя мать терпела, моя бабушка терпела, подруга терпит, соседка терпит, и я потерплю».

Часто в таких случаях женщины формируют представление о том, какой должна быть семья, из рассказов близких и из семейного опыта.

И если в каждой знакомой им семье муж поднимает руку на женщину, контролирует ее расходы, передвижения и следит за тем, с кем она общается, многим может показаться, что такой формат отношений — в рамках нормы.

А значит, нет и проблем, от которых стоило бы бежать.

По этим причинам о домашнем насилии стоит говорить публично.

Медиа должны информировать свою аудиторию о механизме действия закона, объяснять о видах насилия и о том, что это не только «когда бьют», и, конечно же, предлагать пути решения такой проблемы.

Например, давать контакты горячих линий, адреса приютов-шелтеров и так далее.

Но подходит ли для этого формат телевизионных ток-шоу? Значит ли, что если формат ток-шоу действительно не имеет ничего общего с классической журналистикой, то на таких эфирах могут освещать такие темы с подобных ракурсов?.

Большинство социальных ток-шоу в Украине, как и в России, к слову, построены по схожему принципу.

Есть тема эфира — это может быть как четко очерченная проблема, так и конкретная история, например, история отдельно взятого человека или семьи.

Обязательный элемент — скандальность.

Действия героев должны проходить где-то «на грани» социальных и моральных норм.

Мать, которая порезала своих детей, дети, которых жена родила от бесплодного мужа, мужчина, устроивший «сафари» на бывшую жену, — все это не выдуманные мной темы, а заголовки выпусков одного из самых популярных ток-шоу «Говорить Україна» на телеканале «Україна».

Подобная программа выходит и на вышеупомянутом СТБ, это «Один за всіх».

Здесь картина выглядит подобным образом: павлоградский школьник-потрошитель, беременна в семнадцать, шокирующая история многодетной семьи… Еще одна подобная программа выходит на канале «Интер» — это «Стосується кожного».

На таких шоу в студию приглашают героев, а также экспертов: например, психологов, социологов, социальных работников и других, которые комментируют данную тему с разных сторон.

Как правило, приглашенные в итоге разделяются на два противоборствующих лагеря с противоположными мнениями, и дискуссия плавно перерастает в спор.

Этично ли это — давать в таких условиях слово насильнику, который должен «объяснить» свои действия? Будет ли это попыткой оправдать домашнее насилие? И, самое главное, если в студию действительно пригласят реального героя, а не актера, и он признается в совершении насильственных действий, понесет ли он наказание в соответствии с действующим законодательством? Придет ли после эфира за ним полиция? Будет ли телеканал сопровождать официальное расследование своим пристальным вниманием и рассказывать зрителям не только о преступлении, но и о наказании?.

Важно, чтобы о сложных темах не просто говорили, а чтобы это обсуждение имело какой-то результат.

Ведь не даром журналистику называют четвертой ветвью власти.

Посредством СМИ мы можем не просто рассказывать о проблеме, но и добиваться того, чтобы проблема эта была решена.

И следить за тем, чтобы такие проблемы в будущем не повторялись снова.