Ефект кризи буде відчуватись до 2025 року, але це не страшно: 10 важливих "інсайдів" від представника МВФ Владислава Рашкована

COVID-19 – аббревиатура, которая создала новую реальность и резко увеличила градус неопределённости.

В таком состоянии сейчас находятся все: рядовые граждане, которое уже начинает потихоньку "затягивать пояса" и теряют уверенность в завтрашнем дне, и бизнес с непонятным горизонтом планирования и миллионом угроз для выживания.

Есть ли шансы, что вирус отступит и все вернутся к своей повседневной жизни, или это надолго и прежние методы уже работать не будут? Первый вариант маловероятен и, скорее всего, меняться придется всем – как потребителям так и бизнесу.

И сидеть, сложив руки, точно не стоит.

Ниже ЭП публикует часть ответов заместителя исполнительного директора в Международном валютном фонде Владислава Рашкована, которые поделился своими размышлениями и инсайдами на этот счет в рамках вебинара 5 O’clock Tea with Deloitte для академии "Делойт".

Каким может быть эффект кризиса, что означает базовый сценарий в последних прогнозах МВФ, как изменится поведение людей, и как бизнесу адаптироваться к новым условиям?.

Далее прямая речь Рашкована.

Беседу вел преподаватель Эдинбургской бизнес-школы Иван Компан.

Не "черный лебедь", а "черный слон".

Еще в январе этого года прогноз роста глобальной экономики от МВФ был улучшен с 2,9% в 2019 году до 3,3% в 2020, планировался более высокий рост в 2021 году.

Какие позитивные новости были в начале года? Во-первых, было достигнуто два больших соглашения: по Brexit и по китайско-американской торговой войне.

Промышленное производство в мире продолжило рост, международная торговля продолжила рост, и сыграли в этом большую роль центральные банки, которые в конце 2019 года достаточно синхронно снижали учетные ставки и делали ресурсы в мире более доступными.

Пандемия коронавируса стала центральным риском для глобальной экономики.

При этом Карта рисков, представленная на Мировом экономическом форуме в Давосе в январе, особо не предусматривала риск эпидемии.

Тут я бы использовал понятие не "черный лебедь", а "черный слон", потому что "притопала" эпидемия, которая бывает раз в столетие.

Во-первых, погибло много людей.

Во-вторых, из-за карантинных методов для сдерживания эпидемии мир оказался в состоянии "локдауна".

И здесь я, наверное, не соглашусь с мнением, что вирус был только "включателем" кризиса, а условия для него были созданы до этого.

Масштаб и скорость кризиса сейчас не похожи ни на что, что было на нашей памяти.

Да, на рынках было создано много "пузырей", в том числе и на рынке ценных бумаг, многие компании готовились к рецессии в 2020 году, но не в таких масштабах.

Мировые прогнозы как гадание на кофейной гуще.

Есть много глобальных и секторальных прогнозов, и все они, в том числе и прогноз МВФ о падении мирового ВВП в 2020 на 3% (представленный 14 апреля.

– ЭП), выглядят как гадание на кофейной гуще, особенно если смотреть их динамику.

В начале апреля Fitch заявил, что падение будет на 1,9%, а через неделю в Goldman Sachs сообщили, что, скорее всего, кризис будет более глубоким, чем кризис 80-х годов.

На прошлой неделе глава МВФ подчеркнула, что этот кризис – как никакой ранее, и теперь с ней уже согласны многие эксперты.

Существует значительная неопределенность относительно глубины и длительности кризиса.

Многое здесь зависит от эпидемиологии и эффективности мер сдерживания, а также – от разработки вакцин, скорость которой сложно предсказать.

В своем прогнозе МВФ исходит из предположения, что для большинства стран мира пандемия достигнет пика во втором квартале этого года, при этом, что меры по сдерживанию эпидемии сработают.

Базовый сценарий выглядит как оптимистический и в этом оптимистическом базовом сценарии экономика упадет на 3%.

А это значит, что прогноз снижен на 6,3 п.

по сравнению с январем – очень серьезные изменения за такой короткий период времени.

Фактически, это делает этот кризис худшей рецессией со времен Великой Депрессии 1929-1933 годов.

Ожидается, что в 2020 году реальный доход на душу населения снизится более чем в 170 странах.

Эффект кризиса будет чувствоваться до 2025 года, не меньше.

В базовом сценарии МВФ предполагает, что не только все принятые государствами мира меры по сдерживанию коронавируса окажутся удачными, но а также и усилия по предотвращению широкомасштабных банкротств компаний, не будет продолжительной потери рабочих мест и масштабных проблем финансового сектора, в том числе большого количества проблемных кредитов.

Если это произойдет в 2020 году, МВФ прогнозирует глобальный рост в 2021 году в размере 5,8%.

И для многих стран это восстановление будет только частичным.

Из-за того, что будет неполное восстановление в 2021 году, совокупные потери мирового ВВП за 2020-2021 годы от пандемии могут составить около 9 трлн долларов.

Эффект кризиса будет чувствоваться до 2025 года, не меньше.

И это все в базовом сценарии.

В менее оптимистическом сценарии – если пандемию не удастся сдержать во втором полугодии 2020 года – глобальная экономика может снизиться на 6%.

А в случае перехода шока от пандемии на 2021 год, падение экономики в 2021 году может составить еще 8%.

Не стоит надеяться на один-два месяца.

Почему каждую неделю меняются прогнозы? Из-за беспрецедентности кризиса.

Никто не может сказать, как упадет экономика.

Но что важно понять? Это не один-два месяца, в том числе для Украины.

Экономика нырнет глубоко под воду и как долго там будет находиться, непонятно.

Поэтому нужно или адаптироваться дышать под водой или же научиться задерживать дыхание.

Экономическая модель поведения людей изменится.

Потребители уже перестали покупать товары длительного пользования и начали больше сберегать.

Данные с Китая показали, что в первые недели февраля продажи автомобилей снизились на 92%, международный туризм упал на 70%.

В Юго-Восточной Азии в марте полеты снизились на 98%, похожие показатели фиксируют в Европе.

Транспортная отрасль под риском – путешественники могут пересмотреть свои планы на лето или в целом поменять свои привычки, например, не летать так далеко.

Люди точно будут больше заботиться о здоровье, профилактике, диагностике.

Мы поменяем взгляды на дистанционную работу, а это сильно повлияет на рынок офисов и спрос на них.

С точки зрения экономической модели поведения сегодня медработники стоят для мира гораздо больше, чем футболисты, а сами футболисты без игры и ТВ ничего не стоят.

1,6 миллиарда детей не учатся – что будет с системой образования.

По данным Мирового банка, по состоянию на 30 марта школы были закрыты в 161 стране мира и 1,6 млрд детей и подростков (около 80% процентов всей молодежи) не посещают сейчас учебные заведения.

Если пандемия продлится долго, не совсем понятно, как это повлияет в целом на систему образования.

Кто возьмет на себя роль спасителей.

Сам по себе вирус – это, приблизительно * проблем мировой экономики.

* проблем связаны с решениями правительств и изменением политических моделей.

Если кризис продлится один квартал, и мы сможем вернутся к нормальной жизни, то этот краткосрочный период будет профинансирован правительствами стран за счет увеличения долга, который расписан на многие годы.

Если ситуация будет намного хуже и ситуация с пандемией не будет взята под контроль, то и у правительств не хватит большого инструментария.

Ситуация выглядит таким образом, что во многом возьмут на себя роль спасителей правительства и центральные банки, часть возьмут на себя международные финансовые организации.

Только консолидировано мы сможем справиться.

И все-равно надо понимать, что чей-то бизнес, к сожалению, остановится.

На первом плане стоят врачи, которые борются за то, чтобы люди выжили, и с другой стороны – ищут вакцину.

Можно сколько угодно заливать деньгами экономику, но сегодня все зависит от эпидемиологов, от врачей, которые должны спасти больше людей и найти необходимые механизмы вакцинации, которые смогут побороть вирус.

Если это произойдет, то экономика начнет восстанавливаться.

Это не кризис ликвидности, а кризис платежеспособности.

Говоря о роли центральных банков стоит упомянуть фразу, которую уже многие говорили: "это не кризис ликвидности, а кризис платежеспособности".

"Solvency" и "insolvency" (платежеспособность и неплатежеспособность.

– ЭП) – это еще одни популярные слова для словарика бизнесмена в 2020 году.

На неплатежеспособность надо смотреть на трех разных уровнях.

Первый уровень – уровень государства.

В период кризиса именно развивающиеся рынки, такие как Украина, рискуют нести самое тяжелое бремя.

Они столкнулись с самым большим оттоком средств за всю историю.

За несколько недель с развивающихся рынков ушло 100 миллионов долларов.

К МВФ более 100 стран обратились за помощью, такого никогда не было.

В пиковые момент у Фонда было 40 программ.

Называлась сумма 1 триллион долларов – это все активы, которые сейчас есть у МВФ и Фонд готов их направить на преодоление кризиса.

Несколько недель назад МВФ с Мировым банком, накануне это поддержали и G20, договорились об отложении платежей для наиболее бедных стран по внешним долгам.

Украина к ним не относится.

У МВФ есть 1 трлн долларов и важно понимать, что это все активы фонд готов направить на помощь в этот кризис.

Вопрос неплатежеспособности – это не только вопрос государств, но это еще и вопрос предприятий – второй уровень.

МВФ говорит, что нужно как можно больше предоставить "линий жизни" для малого и среднего бизнеса.

На сайте Deloitte, Baker Mc.

Kenzie и МВФ показаны разные инструменты.

Это и помощь банков, и центральных банков, и помощь правительства.

Как это делать? Каждая из стран идет своим путем.

Есть третий уровень – это уровень индивидуумов.

Например, по состоянию на 5 апреля в США 69% арендаторов оплатили аренду за свои дома.

Выборка составила 13 млн домохозяйств.

В США 330 млн человек, из них 110 млн живет в арендованных домах.

Таков результат за один месяц.

Что будет в следующем месяце – не до конца понятно, но это влияет на владельцев домов, у которых есть ипотека, и дальше на банковский сектор.

После кризиса все уже будет работать не так: что надо менять бизнесу.

2020 год будет потерянным годом для экономики.

Тем не менее, кризис – это новые возможности, но возможности для тех, кто будет к этому готов.

Если мы не будем думать, что мы после кризиса вернемся и будет работать также, как и раньше.

Что бы в этом году я посоветовал бизнесу?.

Во-первых, быть островком адекватности, в первую очередь для своих поставщиков, клиентов.

Покажите лояльность, покажите, что на вас можно рассчитывать.

Любым способом.

Общайтесь онлайн, рассказывайте о результатах.

Даже для небольшого количества клиентов, ели вы представляете малый бизнес.

Во-вторых, помогите своим клиентам справиться с их страхами.

Они тоже боятся не выжить в кризис.

Узнайте, в чем конкретно заключается их страх и помогите им с ним справиться.

Третье – учитесь управлять дистанционно.

Разговаривать мы уже научились.

Четвертая важная вещь – многие говорили о стратегии диджитализации и трансформации в этом ключе.

Последние 10 лет digital transformation звучит во всех презентациях, но даже банки, которые максимально продвинуты в этом плане, оказались не готовы.

2020 год станет годом окончательного понимания важности диджитализации.

И чем быстрее наши компании это поймут, тем больше они сегодня могут реализовать инновационные и новые решения, и не копировать то, что было 5-10 лет назад.

Например, собрания акционеров компаний онлайн – раньше Комисии по ценным бумагам такое могло присниться разве что в страшном сне, а теперь это есть, и заседания МВФ тоже можно проводить онлайн.

Пятое – СЕО многих компаний стали тем ресурсом, которому стали больше доверять.

Я бы рекомендовал СЕО компаний организовывать онлайн-встречи со своими сотрудниками, чем больше – тем лучше.

Для того, чтобы снижать их страхи.

Шестое – кого не будет в онлайне, выжить будет очень сложно….

Изменения в экономической модели поведения будут очень большие.

Онлайн-продажи, доставка, телемедицина будет очень важна в разных областях, онлайн-обучение, скрининговые сервисы, все инструменты коллаборации, коммуникационные инструменты.

Для работы на дому многим нужна периферийная техника, вырастут затраты на ксероксы, принтеры.

Много людей начнут заниматься дома спортом, спрос на тренажеры вырастет.

В США растет спрос на патроны и оружие на алкоголь, настольные игры, технологии дополненной реальностью.

Логистика, доставка, почта будет очень сильно развиваться благодаря e-commerce и развитию маркетплейсов.

Опять же, бизнесу, который еще не в онлайне, срочно нужно туда переходить или размещаться на маркетплейсах.

Очень важный риск – это cyber-риски.

Мы переходим в онлайн, но преступников меньше не становится.

Недавно, например, хакеры создали сайт отдельный IMF2020, очень похожий на сайт МВФ, и от его имени распространяли неправдивые заявления.

Таких вещей будет очень много.

Кроме этого, важно понимать, что собственникам компании тоже придется вложить свои деньги.

Как говорят в Одессе: "денег нет, денег нет, придется продавать доллары".

Время для этого пришло.

Как Украине финансировать дефицит бюджета (или где взять деньги на противодействие кризису).

Часть этих затрат готов профинансировать МВФ.

Часть этих денег будет покрыта банковской системой, в том числе за счет предоставления кредитов и помощи бизнесу.

Есть же два варианта пути: можно дать 100 гривень помощи бизнесу от государства, а можно дать 5% компенсации процентной ставки по кредиту в размере 100 гривень, который даст коммерческий банк по более низкой ставке.

Банк, в свою очередь, может получить рефинансирование центрального банка.

Многие центробанки в мире так и работают, представляя ликвидность банковской системе, а банковская система, в свою очередь, помогает людям.

Государство, в свою очередь, частично гарантирует эти кредиты.

Да, с одной стороны, если определенное количество людей не погасит кредиты, государство покроет, но это не будет 100%.

В итоге у вас возможность использования банковской системы для преодоления кризиса будет в 5 раз больше увеличивать возможности государства.

Многие страны пойдут таким путем.