Умерла певица группы «Фристайл» Нина Кирсо

Без малого два года она находилась в коме… Сегодня перестало биться сердце талантливейшей певицы группы “Фристайл” Нины Кирсо.

О ее смерти сообщила сестра Алла Кирсо.

Скончалась Нина в Полтаве.

Напомним, с 1 -го июня она находилась в коматозном состоянии после перенесенного инсульта.

В октябре 2013 года “РЕАЛ” брал у Нины Кирсо интервью.

Предлагаем его вашему вниманию.

В Виннице с успехом прошел концерт легендарной еще советской поп-группы «Фристайл», недавно отметившей свое 25-летие.

Перед самым выступлением «РЕАЛ» взял интервью у пионеров и постоянных лидеров коллектива Нины Кирсо (вокал) и Сергея Кузнецова (вокал, тексты, клавиши).

Артисты оказались весьма откровенными, без звездной болезни и с хорошим чувством юмора.

РЕАЛ: – Как вы реагируете на традиционные глупые вопросы журналистов?.

СЕРГЕЙ: – Про наши творческие планы? Спокойно.

РЕАЛ: – Ну, тогда начнем.

Почему именно «Фристайл»? В чем именно ваш свободный стиль?.

НИНА: – Просто русских слов на тот момент не нашли интересных.

Тогда еще как раз и одноименный вид спорта в моду вошел.

Плюс, постперестроечное время, ассоциации со свободой были очень популярны.

А сейчас «свободный стиль» вообще широко представлен и в технике, и в искусстве, и в спорте.

СЕРГЕЙ: – Да и просто по звучанию хорошее и емкое слово.

Хотя нам говорили, что оно иностранное и его не запомнят.

Но мы решили: «Моден Токин» запомнили, запомнят и «Фристайл».

РЕАЛ: – А как название утверждалось? Анталий Розанов (бессменный руководитель и композитор «Фристайла») сказал – и все? Или голосовали?.

СЕРГЕЙ: – Голосовали, вдумчиво перебрав весь перечень названий.

Кстати, собственно, «Фристайл» предложил наш бессменный гитарист и бэк-вокалист Сергей Ганжа.

РЕАЛ: – Обычно творческие люди очень эгоистичны, типа: «Пою только я и все».

«Фристайл» же с самого начала отличался обилием музыкантов и вокалистов.

НИНА: – Это мы сейчас так решили: поем сами и больше никого не берем….

СЕРГЕЙ: – А начинали все вместе очень давно с самодеятельности, и все были друзьями.

Кому стало тесно, тот и ушел.

НИНА: – Просто мы коллективисты.

Есть артисты индивидуалисты.

Я, например, принадлежу к особенному виду женщин, у которых левое полушарие более развито – у меня преобладает коллективистское мышление.

РЕАЛ: – Но чем больше людей, тем меньше гонорары.

НИНА: – Есть некое критическое количество – вот нас сейчас 7 человек.

Ну, раньше было 9 вместе с руководителем.

СЕРГЕЙ: – А с точки зрения творчества, чем больше талантливых людей, тем качественней продукт.

РЕАЛ: – Из «Фристайла», как всем известно, ушел Вадим Казаченко; и мы про него что-то знаем.

А уже в 2001-м группу оставил Сергей Дубровин, известный исполнением хита «Ах, какая женщина!» Чем он сейчас занимается?.

НИНА: – Вы забыли, что первым из «Фристайла» ушел Анатолий Киреев – уехал в Америку.

Потом ушел Казаченко, но он изначально хотел стать сольным артистом.

СЕРГЕЙ: – Он как раз индивидуалист.

НИНА: – А Сережа Дубровин пришел после Вадима и был с нами 9 лет.

У него, видимо, сразу не было такой амбициозной цели, но она появилась позже.

СЕРГЕЙ: – В итоге Дубровин уехал в Германию, где работает на свадьбах, вечеринках, преимущественно для нашей диаспоры.

НИНА: – Ему сейчас 40 лет, и как сложится его карьера – большой вопрос.

У Казаченко все срослось, потому что мы для него много сделали.

Дубровину мы такой возможности не дали сознательно.

РЕАЛ: – Вадим Казаченко ушел с вашими песнями, авторами которых, если я не ошибаюсь, являются Анатолий Розанов и вы – Сергей Кузнецов.

Вы какие-то претензии выдвигали? Или, может, вы получаете от него какие-то авторские гонорары?.

НИНА: – Очень сложно судить, что такое «наши песни» – он их тоже пел.

Нет прямой претензии в том, что он их поет.

Есть претензия в том, что издавались альбомы под его именем с репертуаром «Фристайла», что все это как-то перетягивалось… Казаченко, конечно, «зажал»….

СЕРГЕЙ: – Мы-то хоть и являемся официальными авторами этих песен, но система авторских гонораров не работает.

НИНА: – В России она еще хоть как-то работает, а в Украине – вообще нет… Но тут дело в другом: если человек порядочен, он поступает красиво.

И наоборот… А с другой стороны, Казаченко с нашими песнями наступил на грабли – он до сих пор поет репертуар «Фристайла» и жестко ассоциируется у публики именно с нашей группой.

В итоге у него нет возможности сменить репертуар.

Потому винить его одного нельзя, так сложилась ситуация.

Мы, например, тоже могли бы петь «Белое покрывало» и внесли бы некую сумятицу.

Но мы сознательно поступаем корректно по отношению к коллегам (песня «На белом покрывале января» исполняется многими, но авторами ее является группа «Сладкий сон»).

РЕАЛ: – Вам хватает собственного материала.

Не достает то, что публика каждый раз ждет «Больно, мне больно» и «Ах, какая женщина»?.

СЕРГЕЙ: – В смысле? Наоборот, мы знаем об этом и каждый раз готовимся.

Почему мы должны людям отказывать?.

НИНА: – Кстати, «Больно, мне больно» мы стали петь только после 20-летия «Фристайла» в дань уважения к своей истории.

А если мы и снимем эту песню с репертуара, у нас ничего не поменяется.

СЕРГЕЙ: – У нас большой репертуар.

Последний альбом мы выпустили в 2001-м, после чего издали много сборников, в которые включали новые песни.

НИНА: – Сейчас нет смысла записывать альбомы.

Интернет сделал это очень убыточным: запись в студии стоит очень дорого, продать невозможно, все скачивают песни с сети….

РЕАЛ: – Так у вас же собственная студия в Полтаве!.

НИНА: – Ну и что? Если какие-то компании платят, мы записываем.

А нам какой смысл вкладывать деньги? Авторских гонораров нет.

А кто-то должен заплатить за тиражирование альбома, его подготовку, раскрутку….

СЕРГЕЙ: – Просто торговля дисками сошла на нет, и это факт.

Зато многие исполнители рождаются в Интернете – это жизнь, все меняется.

Но студия у нас действительно крутая – одна из лучших в Европе.

Хотя пластинки, да уже и диски, свое отжили, исполнителям по-прежнему надо где-то записывать песни.

НИНА: – Высокое качество записи – это, конечно, здорово.

Но если песня плохая, оно не спасет.

РЕАЛ: – Участники «Фристайла» все еще полтавчане или, может, уже москвичи?.

НИНА: – Так же как группа «ТИК» живет в Виннице, так же «Фристайл» навсегда прописан в Полтаве.

Там наши родные, могилы близких, наша студия….

СЕРГЕЙ: – Скажем так: 40% своего времени мы проводим в Полтаве, все остальное – гастроли.

РЕАЛ: – Где «Фристайл» больше «кормится»: в России или Украине?.

НИНА: – В разные периоды по-разному.

С 2003 по 2007 года до 40% заработка нам давала Украина; может быть вместе с Беларусью и Германией, но они немного.

Потом Россия стала более значима для нас.

А сейчас, когда «Фристайлу» уже 25 лет, мы собираем в Украине кассовые концерты, обеспечивая половину доходов в своей стране.

РЕАЛ: – Поете что-то на украинском?.

НИНА: – Обязательно.

Но, правда, только народные песни.

РЕАЛ: – Сергей, вам не пишется на родном языке?.

СЕРГЕЙ: – Я ведь с детства русскоязычный.

То есть, я могу что-то написать на украинском, особенно на серьезную и лирическую тематику.

Но эстрадно-попсовая на русском у меня получается лучше.

НИНА: – А я сознаюсь, что воспитана на «Крокодиле», а потому, когда пою на украинском, немного боюсь ошибиться.

РЕАЛ: – Когда-то в сравнении с другими постсоветскими популярными группами «Фристайл» меньше других обвиняли в исполнении под фонограмму.

Но с возрастом вокальные данные, естественно, становятся хуже….

НИНА: – Наоборот – голос растет и укрепляется! Я, например, после 40 лет стала очень беречь себя.

Да и вообще, у нас в коллективе все красавчики, никто не болеет, потому что мы поняли, чего в жизни делать не надо.

И форма у нас сейчас лучше, чем в молодости.

Мы не стесняемся и уроки вокала у специалистов брать в случае необходимости.

Почему я не рвусь в сольные концерты? Я с ужасом думаю: «Как можно два часа подряд каждый день раздирать себя?!» Мы же поем по очереди, иногда вдвоем, иногда вся группа.

В итоге мы имеем перерывы, когда можем отдохнуть.

Концерт в 1 час 40-50 минут легко получается.

А больше двух часов – зритель устает.

СЕРГЕЙ: – Мы, конечно же, поем вживую.

Но я вас немного подправлю: когда в конце 80-х говорили, что «Фристайл» не использует «фанеру», в большей мере имелись в виду музыкальное сопровождение и аппаратура.

Потому что возить с собой качественные инструменты не каждый мог себе позволить.

Правда, у нас до сих пор нет бас-гитариста, как никогда и не было – потому частичный плейбек у нас все-таки есть.

Но вокал – строго вживую, и все другие инструменты тоже.

РЕАЛ: – Расскажите, пожалуйста, какой-то самый смешной случай за 25 лет истории «Фристайла»?.

НИНА: – Нас пригласили на вечеринку в Подмосковье к одному уважаемому человеку.

Но кто именно будет петь, он и гости не знали.

Я, естественно, была при полном параде, худее, чем сейчас (хотя я и сейчас не толстая!).

Он, не узнав меня, подошел перед выступлением подвыпивший и решил сострить: «Вы имеете какое-то отношение к Кристине Орбакайте?» Я отвечаю: «Да, я ее мама» (все засмеялись).

С тех пор эта история стала нашим любимым анекдотом из жизни.

РЕАЛ: – Нина, а вы знаете, я только заметил, что лица Нины Кирсо и Кристины Орбакайте действительно чем-то схожи.

НИНА: – Да, я на Пугачеву вообще очень похожа – я такая же умная.

СЕРГЕЙ: – Видите, вы просили одну шутку, а получили две.