Павел Казарин: Кто вас проплатил

Павел Казарин: Кто вас проплатил.

Павел Казарин.

журналист.

27.05.2020, 15:05.

Мы любим повторять, что правда обречена победить.

Но это не так.

Побеждает тот, кто навязал свою правду остальным.

В слове "война" нам прежде всего чудится лязг танковых гусениц.

Мы продолжаем считать, будто сражения ведут ради квадратных километров.

На самом деле полем боя давно стала не реальность, а наше представление о ней.

И если вы не кормите свою медиа-армию – готовьтесь к тому, что вас завоюет чужая.

Мотивы которой будут определяться мотивами ее спонсоров.

Госбюджет.

Если в России все крупнейшие медиа кормятся с государевых рук, то в Украине – все наоборот.

Бюджетные деньги получает лишь "Суспiльне" – причем объемы финансирования явно не отвечают поставленным задачам.

Этот холдинг вынужден быть пасынком медиарынка – средств не хватает, техника старая, а процедуры делают его негибким.

Западные деньги.

В эту категорию попадают сразу два типа медиа.

Те, кто живет за счет грантов ("Громадське" и "Громадське радiо").

И украинские редакции международных холдингов (Радiо Свобода, Deutsche Welle, Голос Америки).

Теоретически, они могут позволить себе не искать рекламодателей, не гнаться за количеством в ущерб качеству и не ориентироваться на кликабельность.

В то же время, все они остаются эдаким "минимальным информационным прожиточным минимумом" для украинского потребителя.

В стране победившего телевизора, они занимают важную, но не краеугольную нишу.

Российские деньги.

Самые высокие зарплаты, самый токсичный контент и самая одиозная подача – вот три кита, на которых стоят эти медиа.

В зависимости от задачи, они могут либо продвигать кремлевскую картинку реальности, либо разрушать украинскую.

Кто-то занимается прямой пропагандой.

Кто-то – атакует украинские нарративы.

Кто-то – погружает зрителя в рукотворный хаос, разрушая сам концепт факта.

Тщательно подобранные пропорции правды и лжи позволяют им отбиваться от обвинений в ангажированности.

По мере сил они пытаются играть в респектабельность, приглашая на работу известных медиаперсон.

Притворяются оппозицией и прикрываются свободой слова.

В конечном счете, их задача упирается в демонтаж украинского суверенитета и продвижение повестки капитуляции.

Вдобавок, их работу облегчают амбиции отечественных комментаторов, готовых "ходить в телевизор" вне зависимости от финальной задачи медиа.

Финансово-промышленные группы.

Традиционно им принадлежат самые крупные телеканалы украинского рынка.

В прежние годы, когда ФПГ получала в свое распоряжение какой-то ресурс, она создавала эшелонированную систему его обороны, включая политические партии и СМИ.

А затем степень токсичности владельца напрямую влияла на степень токсичности подконтрольного ему медиа.

Повестка каждого телеканала зависит от того, как складываются отношения его собственника с властью.

Одни – вслед за владельцем – активно участвуют в политических играх.

Другие – пытаются осваивать бизнес-модели.

Украина остается "телевизионной" страной, в которой большинство аудитории получает информацию с телеэкрана, а потому этот тип медиа продолжает быть ключевым для массового сознания.

Этот пункт объединяет медиа, которые пытаются быть бизнесом.

Проблема лишь в том, что в украинской реальности подобный подход срабатывает довольно редко.

Рынок рекламы скуден, конкуренция со "СМИ на содержании" высока, а читатель не приучен платить за контент.

Вдобавок, украинский читатель относит получение информации к категории "развлечений" и "социализации".

Хотя, на самом деле, это история про безопасность.

В результате, он готов платить за свои базовые потребности (по Маслоу), но не включает в их перечень "картинку реальности".

Тот факт, что по итогу такого подхода, страна регулярно выбирает популистов и проходимцев – не заставляет никого учиться на ошибках.

Проблема еще и в том, что Украина – это бедная страна Восточной Европы.

Один из подсчетов гласит, что спрос на качественную информацию возникает в тех странах, где две трети населения имеют располагаемый годовой доход в $7300 (по паритету покупательной способности).

Причем этот пороговый доход должен не падать последние десять лет.

Если это правило не соблюдается, то на информации граждане экономят.

Мы продолжаем представлять войну в категориях двадцатого века.

Проблема в том, что эти представления не имеют с реальностью ничего общего.

Наши мысли определяют наши поступки – а потому победить нас в войне можно и без танковых клиньев.