Замкнутый круг: как власть намерена остановить пытки в полиции

Эта история дала повод для акций протеста против руководства МВД и напомнила украинцам о других резонансных преступлениях полицейских.

Эксперты, правозащитники и сами правоохранители признают, что Кагарлык – далеко не единичный случай.

Каждый год в Украине фиксируются тысячи фактов необоснованного насилия со стороны полиции.

И далеко не все из них удается придать огласке.

Насколько это масштабная проблема, кто покрывает преступников в погонах и что намерена делать власть – в материале.

Инцидент в Кагарлыке расследует Государственное бюро расследований.

Местные полицейские, по данным следствия, вечером 23 мая пригласили 26-летнюю местную жительницу в райотдел для допроса в качестве свидетеля.

Там ее избивали, пытали, надевали противогаз и насиловали.

Двоих полицейских, подозреваемых в этом преступлении, задержали на следующий день и арестовали по решению суда на 60 суток.

В Верховной раде почти сразу после этой трагедии депутаты оппозиционной фракции "Голос" начали собирать подписи за отставку главы МВД Арсена Авакова.

Но ожидаемо эта инициатива не нашла поддержки у монобольшинства "Слуги народа".

"К сожалению, случаи пыток и нечеловеческого обращения существуют в полиции любой страны мира, но признаком "здоровья" системы является реагирование на такие случаи", – заявил на той встрече Аваков.

Он подчеркнул, что украинская правоохранительная система мгновенно отреагировала на Кагарлыкскую трагедию.

А значит, если следовать логике министра, она – "здорова".

К слову, райотдел в Кагарлыке почти сразу расформировали.

Но, как отметила Ирина Венедиктова, только с начала текущего года прокуроры сообщили о подозрении 10 правоохранителями, применившим пытки к задержанным.

Системная ли это проблема и откуда она возникла?.

Не первые и не последние.

Проблема нечеловеческого обращения с задержанными в украинских полицейских участках не нова, признает правозащитник Николай Гнатовский.

Он уже более пяти лет возглавляет Европейский Комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП).

Это орган Совета Европы, контролирующий соблюдение странами надлежащих условий обращения с задержанными.

По словам эксперта, Украина, хоть и не худшая в этом аспекте страна Европы, но стабильно плетется в "конце списка".

Комитет системно мониторит ситуацию в 47 странах Европы, кроме Беларуси.

"Само явление пыток в трети этих европейских стран не является окончательно искорененным.

В преимущественном большинстве других стран есть факты плохого обращения, но они не пересекают грань пыток.

Полностью отсутствуют факты плохого обращения полиции в единичных странах.

В Украине же эта проблема достаточно распространена.

Украина в "зоне риска", мягко говоря", – объясняет глава ЕКПП в беседе с РБК-Украина.

Проблема жестокого обращения полиции, помимо Украины, остро стоит в балканских странах, но практически ее нет в Грузии и Эстонии, уверяет Николай Гнатовский.

Представители комитета, как уточнил собеседник, могут без предупреждения нанести визит в любую страну и проверить условия содержания заключенных и факты ненадлежащего обращения с ними.

После инцидента в Кагарлыке такой визит возможен и в Украину.

"Я не имею права об этом говорить, так как такой визит должен быть "сюрпризом".

Но Украина относится к тем странам, которые сравнительно часто посещает комитет.

Поэтому, я думаю, что он точно следит за тем, что происходит.

Поэтому, когда комитет будет готов, то он здесь появится", – говорит правозащитник.

Осенью прошлого года в Генеральной прокуратуре был создан специальный департамент по надзору за расследованием фактов пыток в правоохранительных органах.

Как пояснил РБК-Украина начальник этого подразделения Юрий Белоусов, единого механизм учета таких преступлений нет.

Из-за чего нельзя оценить реальный масштаб проблемы.

Департамент Белоусова ведет около 40 дел, в том числе и по Кагарлыку.

При этом ежегодно от граждан поступают тысячи заявлений о неправомерных действиях правоохранителей.

"В целом по Украине, согласно статистике, ежегодно от 1,5 тысяч до 2 тысяч таких случаев регистрируются.

И это только те, которые регистрируются.

Но мы понимаем, что реальные масштабы на порядок больше", – отмечает он.

После скандала в Кагарлыке оказалось, что случаи насилия в этом полицейском участке были и ранее, рассказал Белоусов.

По его словам, уже открыто несколько новых уголовных производств.

И часть из них – по тем же самым правоохранителям, которые подозреваются в преступлении, случившемся 23 мая.

Речь о Николае Кузиве и Сергее Сулиме.

"Они (производства, – ред.) были открыты уже после этой истории с изнасилованием.

Я не могу сообщить детали этих производств, но могу сказать, что это была просто системная практика (применения насилия, – ред.) там, и конкретно со стороны этих двоих сотрудников и в целом в райотделе", - пояснил прокурор.

Проблема с пытками в полиции упирается в "замкнутый круг", который создала украинская бюрократическая система, говорит Юрий Белоусов.

Все дело в том, что человек, которого избили в полиции, обращается в больницу, а врач, согласно инструкциям, обязан сообщить об этом не в ГБР и не в прокуратуру, а в тот же райотдел полиции, где это произошло.

"Это, мягко говоря, только способствует сокрытию таких преступлений", – считает он.

Проверенные способы.

Случаи жестокости, как в Кагарлыке, единичны, уверяет Белоусов.

Но признает, что применение угроз, психологического насилия и рукоприкладство очень распространено среди украинских полицейских.

И эта проблема имеет глубокие корни.

В Украине, как обратил внимание прокурор, насилие распространено во всех сферах, начиная от семьи, где родители иногда бьют детей, и школы, где еще недавно толерантно относились к насилию.

"Поэтому сложно ожидать от человека, который поднимает руку на своего ребенка, что он не поднимет руку на чужого человека, да еще и подозреваемого в преступлении", – рассуждает Белоусов.

Многие полицейские, по его словам, действительно считают, что насилие оправдано и помогает раскрытию преступлений.

К тому же такую позицию подкрепляют и постоянные требования начальства по улучшению статистических показателей и огромный вал расследуемых уголовных производств – по 400-500 на следователя.

"Поэтому это иногда приводит к возникновению дилеммы у следователя, как сделать так, чтобы быстрее дело дорасследовать и передать в суд.

Иногда ради такого ускорения и используют насилие, как физическое, так и психологическое.

А там уже пусть суд разбирается.

Может, и пройдет, и никто не заметит, как те доказательства были собраны", – объясняет Белоусов психологию полицейских.

Среди причин, которые "заставляют" украинских силовиков преступать закон и использовать насилие для получения информации, правозащитник Николай Гнатовский называет оставшуюся от СССР практику ориентирования на статистические показатели, а не качество расследования.

Такой образ правоохранителя, по его мнению, сформировала массовая культура и сериалы "про ментов".

"Понятно, что это не те месседжи, которые мы слышим из популярной культуры, сериалов или каких-то ностальгических историй о том, как классно работали в Советском Союзе следователи.

Которые у нас, непонятно почему, постоянно крутят по телевидению.

Они являются абсолютно опасными для будущего нашего общества", – считает эксперт.

Гнатовский уверен, что в полиции есть необходимость постоянно повышать квалификацию сотрудников, в том числе и через общение с европейскими коллегами.

"Те, кто непосредственно вступает во взаимодействие с задержанными, должны пройти обучение, как проводить допрос и процессуальные интервью, которые понемногу внедряются в Украине", - считает глава европейского комитета.

Все под запись.

Что предлагают украинские власти? Ставка делается на систему Custody Records ("Записи о задержании") – это электронная база, в которой фиксируются все действия, осуществляемые с задержанным в полиции.

Уже около года такая система работает в четверых изоляторах Нацполиции, но после трагедии в Кагарлыке в МВД обещают внедрить ее и в райотделах.

"Мы же понимаем, что самые большие проблемы возникают не в изоляторах временного содержания, куда человек попадает на 2-3 сутки после задержания, основные проблемы возникают в райотделах", – говорит начальник департамента ОГП Юрий Белоусов.

Сейчас в полицейских участках, по его словам, есть десятки журналов, в которые полицейские вручную должны вносить данные о задержанных лицах, тогда как система Custody Records упростит и систематизирует эту работу.

В электронную базу будут вноситься данные обо всех "манипуляциях" с задержанным и соблюдении его прав.

Эту информацию нельзя будет "подтереть" или внести задним числом.

В райотделы также необходимо вернуть комнаты для задержанных, в которых граждан будут держать не более 24 часов, считает Белоусов.

Такие камеры были и ранее, но пару лет назад их убрали.

По мнению экспертов, также необходимо создать комнаты для допросов с обязательной видеофиксацией.

Такие меры защитят и самых полицейских, например, от насилия со стороны посетителей или необоснованных обвинений со стороны задержанных.

"Мы думаем, что такие новшества будут понемногу выдавливать из системы тех сотрудников, которые склонны к пыткам, и привлекать тех сотрудников, которые умеют получать информацию без насилия", – говорит прокурор.

Следить за соблюдением прав задержанных и вести базу Custody Records должен будет специальный сотрудник.

В Украине уже работают несколько таких инспекторов, прошедших специальную подготовку и обучение.

Татьяна Магеровская около года была ответственной за соблюдение прав задержанных в изоляторе Нацполиции в городе Сарны Ровенской области.

Но недавно ушла с этой должности.

"За время работы мной было обнаружено несколько фактов ненадлежащего обращения со стороны сотрудников полиции в отношении задержанных лиц, в дальнейшем расследование таких фактов проводилось органами прокуратура и СБУ", – отметила Магеровская РБК-Украина.

По ее мнению, пытки в полиции возникают из-за безнаказанности правоохранителей.

Но введение Custody Records и должности "правозащитного" инспектора позволило бы избежать трагических случаев, в том числе и таких, как в Кагарлыке.

Николай Гнатовский согласен, что введение электронной системы по отслеживанию действий полиции в участках позволит пресекать большинство случаев пыток.

При этом правозащитник уверен, что это не панацея и не решение проблемы, а только "существенный шаг к решению проблемы".

"Главное, чтобы была политическая воля руководства силовых ведомств этой проблемой заниматься системно, а не от одного острого инцидента к другому", – резюмировал Гнатовский.

Скандалы, связанные с неоправданной жестокостью полиции, случаются в Украине с пугающей периодичностью.

Дело 2010 года об убийстве студента Игоря Индыло в Киеве, трагедия во Врадиевке, убийство пятилетнего мальчика Кирилла Тлявова, изнасилование в Кагарлыке.

Политики и министры годами обещают решить проблему и искоренить позорные практики пыток руками правоохранителей.

Тем не менее украинские райотделы полиции все еще зачастую остаются опасным местом не столько для преступников, сколько для обычных граждан, волею случая попадающих в их застенки.

Олег Черныш.