Взлом Бориса Рапопорта. Часть 3: Война

Мы продолжаем обзор находок из взломанной электронной почты Бориса Рапопорта, заместителя начальника одного из управлений администрации президента Владимира Путина, которое курировал Владислав Сурков.

В первой части повествования о содержимом дампа (архива) почты Бориса Рапопорта речь шла о его месте в современном политическом ландшафте России.

А во второй части мы рассказали о признаках его контактов с украинским олигархом Виктором Пинчуком и его сотрудниками.

Еще раз напомним, о чем писали еще в первой части: появление дампов российских чиновников может быть частью внутрироссийской политической борьбы.

Есть основания считать, что в файлы переписки могли вноситься намеренные изменения.

Тем не менее, её публикация волонтерами центра «Миротворец» имеет исключительно важное для истории Украины значение и требует максимально тщательного изучения и публичной дискуссии.

На публикацию двух частей нашего анализа пока что никаких опровержений не последовало.

В третьей части мы расскажем о контактах Бориса Рапопорта с сотрудниками холдинга «СКМ», собственником которого является еще один украинский олигарх Ринат Ахметов.

С момента назначения Рапопорта заместителем начальника управления АП РФ по социально-экономическому сотрудничеству со странами СНГ, Абхазией и Южной Осетией (или «оккупационного управления», которое работало с оккупированными территориями), он и его коллеги начали активно собирать информацию о происходящем в Украине, пытаясь составить конкуренцию Сергею Глазьеву и Константину Затулину, которые уже «были в теме» более года.

Сотрудники управления регулярно направляют Рапопорту и руководству управления результаты тематических медиамониторингов.

Ещё часть аналитических материалов по политической ситуации в Украине приходит от внешних экспертов (таких, как лоббист РПЦ Кирилл Фролов), а также различных аналитических центров.

Лапшина курировала работу всех медиаактивов «СКМ», объединенных в «Медиа Группу Украина», куда, помимо пула телеканалов («Украина», «НЛО ТВ», «Индиго», «Футбол 1» и «Футбол 2» и региональные телеканалы), входил также печатный холдинг «Сегодня Мультимедиа» (газета и сайт «Сегодня», а также региональные издания).

В марте 2015 года Лапшина покинула свой пост в холдинге Ахметова и перебралась в Москву, чтобы возглавить инвестиционный фонд MARSFIELD CAPITAL, по приглашению Дениса Свердлова, экс-замминистра связи и коммуникаций в правительстве Дмитрия Медведева.

Менее чем через три года Лапшина создала свой инвестфонд ERA Capital, который, как и многие другие компании, зарегистрированные на ее имя, могут быть всего лишь витриной для какого-нибудь российского толстосума, желающего оставаться в тени.

В сентябре 2018 года Екатерина вошла в состав наблюдательного совета и акционеров российской компании Rambler Group.

Но в январе-феврале 2014 года она обменялась дюжиной писем с Борисом Рапопортом, используя свою корпоративную почту ekaterina.

Аналитика от СКМ.

По всей видимости, немногочисленные визиты Рапопорта в Киев были довольно насыщенными, учитывая, что в переписке обсуждались вопросы его встреч в Киеве не только с представителями холдинга Виктора Пинчука, которые мы описывали во второй части.

Как только закончились новогодние праздники 2014 года, Екатерина Лапшина прислала Рапопорту письмо с темой «ожидаемые события 13–20 января», в котором шла речь об их встрече в Киеве или в Москве.

В приложении к письму Лапшина предоставила Рапопорту график событий, в котором шла речь о предстоящей пленарной неделе украинского парламента (той самой, на которой были приняты печально известные авторитарные «законы 16 января»), о конфликтах вокруг «Майдана» и о слушаниях в Сенате США по ситуации в Украине.

Судя по метаданным текстового документа, его подготовил Дмитрий Белянский, на то время — директор по развитию мультимедіа ПрАТ «Сегодня Мультимедіа», а ныне руководитель «Новостной группы Украина» в составе «Медиа Группы Украина».

Впоследствии такие обзоры его авторства Лапшина пересылала Рапопорту еще несколько раз.

Следующий 18-страничный документ, который Лапшина прислала Рапопорту через два дня, назывался «Украина — ЕС — Россия» и описывал видение авторов документа о том, как украинская аудитория воспринимает этих трёх субъектов.

Судя по метаданным файла, документ был подготовлен Светланой Таран, экспертом аналитического центра «Бюро экономических и социальных технологий» (БЭСТ), основным заказчиком которого часто выступал холдинг «СКМ».

Еще один документ на ту же тему от Лапшиной, по всей видимости, готовил вновь Дмитрий Белянский.

Он подготовил обзор о том, что говорили о российско-украинских отношениях политики и журналисты.

Немногословная переписка, однако, все же говорит о том, что подчиненные Лапшиной готовили для Рапопорта и более глубокие исследования.

Особый интерес вызывает стиль, в котором Екатериной написано письмо Рапопорту уже после того, как на Майдане состоялись расстрелы мирных протестующих, Янукович бежал в Россию, а в Крыму начался захват органов власти.

К тому времени уже достаточно распространенной была версия об участии в событиях бойцов спецназначения из РФ.

Особую роль Лапшина отводит Юлии Тимошенко.

А Дмитрия Табачника называет «непричастным к преступлениям».

Как и в случае с представителями Виктора Пинчука, переписка с Екатериной Лапшиной обрывается в день, когда российский спецназ захватил правительственные здания в Крыму.

и другие свидетели «русской весны».

Борис Рапопорт наращивал свою сеть аналитиков и обозревателей, так как его электронная почта регулярно пополнялась справками, обзорами и рекомендациями по Украине.

Со второй половины января 2014-го Рапопорту начинает писать антиукраинские пасквили председатель правления движения «Народный собор» Игорь Друзь.

Сергей Баранов активно информировал Рапопорта о харьковском съезде, который должен был организовать поддержку Михаила Добкина в качестве вероятного главаря ХНР, а также курировал кремлевские финансы, выделяемые на адвокатов для задержанных участников массовых беспорядков в Харькове.

Регулярно подпитывает Рапопорта информацией и его коллега по управлению, советник Александр Малахов (почтовый адрес kurika@mail.

ru), который работает с Рапопортом, как минимум до марта 2019 года, когда переписка обрывается (видимо, в связи со взломом).

Интересно, что Александр Малахов регулярно направляет Рапопорту персональные резюме украинских политиков и общественных деятелей.

В переписке фигурируют такие имена как Ленур Ислямов, Валентин Наливайченко, Виктор Гвоздь, Олег Махницкий, Степан Кубив, Игорь Палица… В конце февраля 2014-го Рапопорт собирает любую информацию о людях, которые будут влиять на процесс принятия решений в Украине.

Экзотично выглядят письма, полученные Рапопортом в феврале 2014-го с почтового адреса tsupro@meta.

ua, который, вероятно, принадлежит депутату Сумского областного совета от Партии регионов Александру Цупро.

Судя по письмам, он выступает для Рапопорта экспертом по аграрным вопросам.

25 февраля 2014 года лоббист РПЦ Кирилл Фролов присылает Рапопорту «обращение одесского антимайдана к Владимиру Путину» с просьбой «занять позицию в отношении событий в Украине».

Постепенно работа «оккупационного управления» переключается на динамичный ход послемайданных событий, однако вопросы, связанные с действиями российского спецназа и ФСБ в Крыму, в общении практически не возникают.

По сути, Рапопорт и его коллеги занимались именно вопросами «сотрудничества», ориентированного на политический процесс и использование soft power в Украине.

А также готовили масштабную экономическую экспансию Крыма.

Так, именно они добились протокольного поручения Владимира Путина создать и согласовать с украинской стороной технико-экономическое обоснование проекта Керченского мостового перехода.

И согласование это происходило ещё в январе 2014 года при участии вице-премьера Александра Вилкула, по результатам которого должно было появиться совместное предприятие ОАО «Транспортный переход через Керченский пролив».

Потом, правда, сотрудники Суркова сами готовили соответствующее письмо на Президента России, в котором Путина просили перенести выполнение его протокольных поручений на год позже, «в связи с нестабильной обстановкой на Украине».

В некоторых письмах электронные адреса Рапопорта и Сергея Глазьева стоят через запятую, демонстрируя, что надежда в решении проблем антимайдановцев возлагалась на них обоих.

Так или иначе, конец февраля — начало марта 2014-го выдались для сотрудников Кремля весьма горячими.

Огромное количество людей бежало «в личку» с предложениями оказать помощь пророссийским гражданам Украины (естественно, за деньги).

Некоторые российские политики развивали бурную деятельность, путая карты «оккупационного управления».

Так, например, подчиненный Рапопорта Александр Павлов предупреждал его о том, что придворный политолог Кремля Дмитрий Орлов «объявил набор в контрпропагандисты для работы в Украине».

А депутат от «Единой России» Роберт Шлегель предложил текст законопроекта об упрощенном получении российского гражданства для украинцев.

В определенном смысле можно сказать, что планомерная деятельность Рапопорта и его коллег хаотизировалась полностью.

Однако за новым постмайданным правительством и его действиями сурковцы старались следить весьма пристально, не упуская из виду свой приоритет — работу в медиаполе Украины.

28 февраля референт Игорь Романенко присылает Рапопорту предложение освещать поведение Сашка Билого (Александра Музычко), в контексте того, что «на вершину оказались вынесены банальные гопники, не обремененные излишними мыслительными процессами».

А 2 марта 2014 года российский политолог Сергей Михеев (имейл — stupor10@yandex.

ru), возглавлявший до 2013 года подконтрольный Суркову «Центр политической конъюнктуры», а также глава экспертно-консультационного совета при «Главе Республики Крым», присылает Рапопорту свои предложения, в которых говорит, что «идеальной сейчас была бы ситуация, при которой юго-восточные области Украины фактически вышли бы из-под контроля Киева и провозгласили некую восточно-украинскую автономию».

Затем на двух страницах Михеев излагает основной комплекс действий, который реализовывается по сей день: сначала попытка создания квази-независимого государства, а затем, в случае неудачи, организация «раковой опухоли» в теле Украины, которая сможет блокировать любые интеграционные стремления страны.

Практически все изложенные Михеевым в этом файле предложения были реализованы в последующие 6 лет.

Это не обязательно говорит о том, что он является идеологом проекта «Новороссия» и борьбы за автономизацию Донбасса на условиях Кремля.

Возможно, этот нарратив уже давно витал в экспертном российском сообществе.

Однако так или иначе в течение недели после бегства Януковича судьба дальнейших отношений с Украиной на ближайший период уже была предопределена в российской среде.

Вовлеченные в процесс российские чиновники и консультанты не рассматривали Украину как государство и, тем более, как партнера.

Таким образом, фактически, агрессия на тот момент уже началась, в том числе на Донбассе.

Если не путем физического присутствия «зеленых человечков» (как в Крыму), то морально российская «элита» уже вела свой блицкриг, в котором не было место побежденным (в российских влажных мечтах) инакомыслящим украинцам.

Переход на военный период.

С конца февраля 2014-го сотрудники «оккупационного управления» включаются в комплекс активных мероприятий российских спецслужб в Украине.

Например, политолог Олег Матвейчев, совместно с сурковцами, готовит список иностранных наблюдателей на фейковый референдум в Крыму.

Представители иностранных организаций, по словам Матвейчева, «выступают от имени всей прогрессивной общественности что все четко и соответствует нормам» на фейковом референдуме.

Так, «от прогрессивной общественности» выступает депутат Европарламента от венгерской партии Йоббик — Бела Ковач, которого позже венгерская прокуратура обвинит в работе на российские спецслужбы и лишит депутатской неприкосновенности.

А так же бывший депутат польского Сейма Матеуш Пискорский, которого в марте 2019 года арестовали польские спецслужбы по обвинению в шпионаже в пользу России и Китая.

Тот же Пискорский, уже через политолога Алексея Мартынова (martynov@iines.

org), предлагает Рапопорту за 20 тысяч евро прислать в Украину «европейских наблюдателей, зарегистрированных Центризбиркомом Украины, чтобы подвергнуть публичной абструкции укрвыборы по итогам».

В то же время, по всей видимости, Рапопорт и его коллеги не чувствуют себя ведущими в этом процессе.

Даже почетный одессит Михаил Фрейдлин, который по сей день является генеральным продюсером «Мастер-Джем Феста» в Одессе, предлагая Рапопорту идею «создания коммуникационного ресурса “Общеукраинский мозговой штурм”», подчеркивает, что Глазьев, дескать, в курсе и поддерживает.

Все настолько несистемно, что Рапопорт обсуждает в переписке со своей помощницей Ульяной Бригадиренко недельный отдых на одном из австрийских курортов (хотя, если мыслить конспирологически, возможно, планировалось провести там встречу).

В почте Бориса Рапопорта появляется информация о других, параллельных проектах, не связанных с Украиной напрямую.

Однако в преддверии выборов активность возобновляется.

Есть и такая партия!.

3 апреля 2014 года коллега Рапопорта Александр Павлов присылает ему информацию о зарегистрированных кандидатах в президенты Украины, а также предложения от хорошо известного нам «гибридного правозащитника» Алексея Тарасова.

Тарасов предлагает Рапопорту свой «проект продвижения партии “За права человека” в рамках избирательной кампании 2014 года в Киевсовет».

Свой проект партии предлагал и вышеупомянутый Сергей Баранов, который также прислал Рапопорту список блогеров и комментаторов для ТВ, которые могли бы распространять нужные месседжи.

В подтверждение своих возможностей Баранов хвастался, как он и его единомышленники заставляют сотрудников киевских кафе и ресторанов обслуживать их на русском языке.

Но, по всей видимости, реальных денег на продвижение политических кандидатов в Киеве у Суркова нет.

К выборам в Украине в «оккупационном управлении» готовились исключительно аналитически.

Так, например, один из высокопоставленных сотрудников и экспертов ВЦИОМ (Всероссийский центр изучения общественного мнения) Валерий Федоров расшифровывал для Рапопорта значение социологических процессов в Украине и общественного мнения по поводу аннексии Крыма.

Сотрудники управления готовили списки лояльных к России украинских региональных политиков и представителей общественности.

А руководитель «Центра политической конъюнктуры» Алексей Чеснаков анализировал украинское медиапространство.

По сути, сначала «ведомство Суркова» работает как большой аналитический центр, всего лишь отслеживая процессы, происходящие в Украине.

По всей видимости, в первой половине 2014-го все бразды правления были переданы представителям ФСБ, при поддержке военных.

Однако уже к середине мая 2014-го на полную мощность у Суркова заработала подготовка своей сети лидеров общественного мнения, а также организация съезда 22 мая, на котором должны были объявить о создании в Донецке общественного политического движения «Новороссия».

По всей видимости, эта идея возникла у Суркова (или его окружения) как досрочный ответ на выборы президента Украины, которые должны были состояться 25 мая.

Подготовка съезда организовывалась под Павла Губарева.

Сотрудники Рапопорта подробно изучали биографии Бородая и Карякина (главарей так называемых «ДНР» и «ЛНР»), которые, в результате, согласились стать частью этого представления.

Тем не менее, похоже, что подготовка шла в режиме секретности, в том числе и от своих.

Ведь Суркову требовалось перехватить политическую инициативу формирования повестки на оккупированных территориях.

К тому времени Дмитрий Козак уже возглавлял специально созданную правительственную комиссию по вопросам аннексированного Крыма.

Параллельно с этим Алексей Чеснаков и его сотрудники, в контакте с коллегами Рапопорта, активно работают над созданием так называемого «Народного фронта Юго-востока», съезд которого прошел 24 мая при участии Дениса Пушилина и Олега Царёва.

А 22-го Чеснаков присылает Рапопорту текст заявления (манифеста) этого самого фронта для возможных правок.

Согласно сценарию, разработанному Чеснаковым-Рапопортом, после оглашения этого документа было подписано соглашение об объединении «ДНР» и «ЛНР» в «Новороссию».

Но что-то пошло не так, навсегда разделив два братских народа Донбасса….

Думки, висловлені в рубриці Column, передають виключно погляди самих авторів і можуть не збігатися з позицією редакції «Детектора медіа».

Тексти авторських колонок суб'єктивні та не претендують на всебічне висвітлення теми.