«Рано еще говорить о смене власти»: интервью с главой партии "Слуга народа"

"Рано еще говорить о смене власти": интервью с главой партии "Слуга народа".

30 июня, 06:30.

Виталий Рябошапка.

Александр Корниенко рассказал о разногласиях в монокоалиции и о планах Рады на осень.

Третья сессия Верховной Рады Украины, "скомканная" эпидемией коронавируса, приближается к завершению.

У депутатов осталось две недели, чтобы решить наиболее важные вопросы.

После чего парламентарии разъедутся – кто отдыхать, кто организовывать выборы на местах.

Об итогах третьей сессии Верховной Рады, о планах на осень, выборах и реформах сайт "Сегодня" поговорил с главой партии, первым заместителем главы фракции "Слуга народа", народным депутатом Украины Александром Корниенко.

"Турборежим остается в арсенале".

- Подходит к концу работа третьей сессии Верховной Рады IX созыва, и, наверное, уже можно подводить итоги.

Кстати, сразу уточнение: сессия завершается или летних "каникул" не будет? Информация о том, что депутаты могут продолжить работу на все лето, проскакивала в СМИ.

- Ну, скажем так: мы понимаем, какая эпидситуация в стране.

И понимаем, что от Верховной Рады могут потребоваться какие-то срочные и важные решения по борьбе с эпидемией коронавируса.

Потому неформально договариваемся между собой о том, что в какие-то дни все депутаты должны быть готовы собраться и провести заседание.

То есть, допустим, 5-го или 10 августа депутатам желательно быть в Украине и в доступности нескольких дней на внеочередное заседание.

Таких дат будет несколько, но когда точно это будет, еще не обсуждалось.

Насколько мне известно, спикер Верховной Рады Дмитрий Разумков не планирует уходить в отпуск.

Я тоже не планирую.

Но чтобы весь парламент все лето работал в пленарном режиме – такого, думаю, не будет.

- Тем более можно подводить итоги.

Как вы в целом оцените работу парламента на третьей сессии? Что удалось сделать, что – нет?.

- Я бы эту сессию разделил на три больших блока.

Первый большой блок – утверждение пакета т.

"МВФовских" законов.

Которые принимались трудно, сложно.

Это законы об открытии рынка земли и закон относительно банковской деятельности.

Открытие рынка земли – это вообще серьезное событие для страны.

Долгое время этот процесс блокировался, при том, что эта реформа очень важна и очень необходима.

И важно, что мы утвердили ее, максимально обсудив проект с разными сторонами – и фермерами, и крупными аграрными холдингами, и международными партнерами.

И нашли компромиссный вариант.

На утверждение этих двух законов действительно ушло много сил и времени.

По банковскому закону, если помните, нам пришлось создать и применять отдельную процедуру, призванную преодолеть "поправочный спам".

Второй важный блок – текущие реформы, которых было много.

Это и экономические реформы, и небольшие реформы, связанные с правовой сферой.

Это завершение реформы децентрализации: именно на этой сессии мы утвердили законы, которые позволили завершить объединение громад.

И, я надеюсь, на следующей неделе будет принято решение по районам (постановление об образовании и ликвидации районов во всех областях Украины и в АР Крым, согласно которым вместо 490 существующих в Украине будет создано 129 новых районов, – Авт.).

Это наша попытка дальнейшей реформы и улучшения избирательного законодательства.

И, наконец, третий блок – это все, что касается реакции парламента на эпидемическую ситуацию.

Верховная Рада собиралась, принимала необходимые решения, несмотря на карантин и несмотря на то, что очень много парламентариев переболели.

- В процентном соотношении даже больше, чем в целом по Украине.

- Совершенно верно – двадцатая часть Верховной Рады переболела.

Но еще очень много было депутатов, которые не болели, но уходили на самоизоляцию – целыми комитетами и фракциями.

Тем не менее мы работали.

Утвердили антиковидовские законы, создали по предложению правительства фонд для борьбы с COVID.

- На этой сессии Верховная Рада уже не демонстрировала "турборежим", которым так удивила украинцев на первой и второй сессиях.

Парламент заметно притормозил.

В чем причина? Закончились идеи, закончились "батарейки"?.

- Ни первое, ни второе.

Просто у каждого периода работы есть своя особенность.

Понятно, что на той волне, с которой мы зашли в парламент – новые лица, все вместе, много инициатив, – мы принимали решения очень быстро.

И приняли их достаточно много.

Но постепенно турборежим начал сменяться системной работой.

Сейчас мы вообще говорим о плане законопроектной работы фракции.

Вопросы действительно начали обсуждаться дольше.

В том числе с другими фракциями.

И с общественностью.

Для того, чтобы затем выносить в зал проекты, которые будут устраивать все заинтересованные стороны.

Но это не значит, что такой инструмент как турборежим мы не можем и не будем использовать, когда в нем возникает необходимость.

Как пример – те же законы по СOVID парламент принял быстро.

То есть турборежим остается в арсенале, но он не является единственным инструментом утверждения решений.

"Дискуссии в партии и фракции – нормальный процесс".

- Невооруженным взглядом видно, что период "едины, как никогда" во фракции "Слуга народа" закончился.

Был целый ряд проектов, за которые фракция голосовала не в полном составе.

Более того, были проекты, причем достаточно важные, которые парламент не смог принять из-за этого – монокоалиции не помогли даже голоса других фракций и групп.

Некоторые СМИ пишут о расколе во фракции.

Насколько такое утверждение соответствует действительности? И в чем причина разногласий во фракции?.

- Я бы не говорил о расколе во фракции.

Внутри фракции возникают дискуссии, обсуждения.

И это, считаю, нормально для демократической партии.

Мы же не КПСС! Что касается причин, то наша фракция очень большая, в нее вошли представители очень многих и очень разных слоев населения.

И представители крупного бизнеса, и мелкие предприниматели, и военнослужащие, и ученые, фермеры и так далее и тому подобное.

Понятно, что какие-то вопросы не могут иметь поддержку абсолютно всех.

Допустим, работать с мировыми финансовыми институтами или не работать.

В обществе на этот счет разные мнения.

И в нашей фракции разные мнения.

Есть другие вопросы, которые просто объективно не могут иметь 100% поддержки.

Это нормально.

Это демократический рабочий процесс.

Некоторые вопросы часть депутатов не поддерживают, потому что об этом их просят избиратели.

К примеру, у нас внутри фракции была очень серьезная дискуссия по закону о доступе интернет-провайдеров к имуществу ОСББ.

Этот закон в итоге не прошел.

То есть дискуссии идут и по глобальным, и по предметным вопросам.

То же самое касается кадровых вопросов.

Например, по министру Абрамовскому вопросов не было, 229 голосов вместе со Стефанчуком и Разумковым фракция дала.

А вот по министру Шкарлету были у многих вопросы.

- У фракции есть "красные линии", за которыми дискуссия недопустима и депутат обязан голосовать, как решит большинство? Вплоть до угрозы исключения из фракции?.

- Ну, я думаю, так вопрос может подниматься в исключительных случаях.

Когда совсем уж расходятся мировоззренческие позиции.

Даже примеры не хочу приводить.

Но сугубо гипотетически: если какие-то наши депутаты начнут системно выступать за другой взгляд на отношения с государством-агрессором.

У нас есть внутрифракционная договоренность, что мы стараемся поддерживать те вопросы, которые поддерживает большинство фракции.

70% и больше.

Понятно, что есть депутаты, которые имеют свое отдельное мнение по тем или иным вопросам, они всегда с ним останутся.

Это нормальный процесс.

- Критика и внутренняя оппозиция не является поводом для исключения? Кроме трех депутатов, которых фракция потеряла (Антон Поляков, Анна Скороход были исключены из фракции, Роман Иванисов вышел сам, – авт.), есть еще кандидатуры на исключение?.

- Пока что не рассматривались.

- Если фракция де-юре или де-факто потеряет большинство, ну, допустим, какая-то группа из двух десятков депутатов принципиально прекратит поддерживать решения фракции, президент распустит парламент?.

- Я не думаю, что сейчас есть основания рассматривать такие немного апокалиптические сценарии как выход 22 человек из фракции.

Пока что мы, вроде, находим взаимопонимание внутри фракции.

Даже в сложных ситуациях.

Что касается вопроса роспуска, то это право президента.

Но, на мой взгляд, реформы, которые мы начали, и ситуация, в которой находится страна… В общем, рано еще говорить о смене власти….

В планах налоговая, судебная реформы, амнистия капиталов.

- Время от времени монокоалиция сталкивается с тем, что решение она может принять лишь в случае поддержки другой фракции или группы парламента.

И, как правило, она эту поддержку получает.

Как вы оцените уровень сотрудничества и взаимопонимания с коллегами по парламенту?.

- Не в последнюю очередь благодаря работе руководства Верховной Рады у нас сложилась такая уникальная ситуация в этом парламенте, что мы имеем взаимопонимание со всеми фракциями.

Даже если они не поддерживают наши решения, то говорят об этом прямо.

Каких-то закулисных интриг, разговоров нет.

Если оценивать уровень коммуникаций и взаимодействия между руководителями фракций, то он достаточно высок.

Мы можем созвониться, обсудить формально, обсудить неформально – нет никаких проблем с коммуникацией.

В тренде.

В Украине суд впервые взялся за депутата-"кнопкодава".

Если говорить об уровне поддержки наших реформ, то есть фракции и группы, которые нас больше поддерживают, есть те, которые меньше.

Часто поддерживает группа "Доверие", чуть реже, но тоже часто – группа "За будущее".

Фракция "Голос" поддерживает по либеральным инициативам и совместным законам.

Патриотические вопросы, темы украинской армии поддерживает "Европейская солидарность".

Некоторые вопросы поддерживает "Оппоплатформа – За жизнь".

Есть позиции социальные, по которым вообще все парламентские силы поддерживают.

Но в целом со всеми силами идет нормальное сотрудничество.

- Чем Верховная Рада займется осенью? Определили уже первоочередные цели?.

- В планах есть несколько экономических реформ.

Налоговая реформа, которой уже надо заняться.

Реформа трудового законодательства, которая стояла на паузе, но уже тоже надо над ней работать.

Есть конституционная реформа децентрализации.

Сейчас идет обсуждение, и, я думаю, осенью мы начнем формировать пакет законов.

Потому что их нужно принимать много: законодательство о местном самоуправлении, о местных депутатах и так далее.

Есть планы по продолжению реформ в правоохранительной сфере.

И, конечно, судебная реформа, которую внес президент и которой нужно будет очень серьезно заниматься.

Думаю, это будет достаточно сложная реформа, с дискуссиями, возражениями.

Приниматься она будет непросто.

Идет подготовительный этап наработки модели амнистии капиталов.

Сейчас ведется профессиональная дискуссия в профильном комитете и между комитетом, Минфином, Офисом президента, какой именно может быть эта модель.

Потом предложения будут вынесены на обсуждение бизнес-сообщества, общественности.

Области останутся в Конституции.

- По реформе децентрализации.

Когда стоит ожидать завершения обсуждения?.

- Мы начали обсуждение этой конституционной реформы в начале года, затем на время карантина мы перешли в Zoom-формат.

Сейчас обсуждаем с ассоциациями местного самоуправления, с членами Конституционной комиссии по вопросам правовой реформы при президенте Украины.

И формируем уже более-менее финальную позицию.

Думаю, нам нужно пару месяцев, июль-август, для наработки позиций.

С тем, чтобы уже в сентябре-октябре переходить к формированию текста.

- В процессе обсуждения какой вырисовывается реформа? И какие основные претензии предъявляют ее противники?.

- Ну, если кратко, то говорится о максимальной передаче полномочий и ресурсов под них на места – в громады.

Второй момент – отсутствие лишних звеньев в системе: на районном уровне не должно быть рад.

Областной, региональный уровень должен стать центром формирования стратегий развития региона, а не клубом по интересам, как сейчас.

В независимой системе местного самоуправления должен быть государственный контроль – этот тот самый префект, о котором много говорится.

Но пока что мы не нашли консенсуса, как он будет работать.

Что касается претензий или возражений, то их можно разделить на два блока.

Сугубо политические: например, ученые-конституционалисты считают, что в Конституции не нужно писать список областей.

Потому что такая практика характерна для федеративного государства, а не унитарного.

Но понятно, что в Украине сейчас – во время войны, когда еще не зажили раны с этими историями о сепаратизме, – нам лучше зафиксировать в Основном законе список областей.

Аналогичная ситуация по Севастополю.

Понятно, что специальный статус Севастополя вызывает вопросы.

Насколько он нужен.

Но понятно также, что в рамках стратегии по возвращению Крыма наличие такого статуса – очень важный момент.

Второй блок претензий – это, скорее, внутренняя дискуссия между местной властью и государством.

Понятно, любая местная власть хочет больше полномочий и ресурсов.

Были очень серьезные дискуссии по полномочиям префекта.

Из которых мы вышли с пониманием, как оформлять эти полномочия.

Например, что префект не будет лицом, которое единолично останавливает решения местной власти или приостанавливает – все это будет делаться исключительно в судебном порядке.

Но вот когда вопрос касается государственного суверенитета и территориальной целостности, у префекта появляются дополнительные возможности для быстрых решений.

- Я правильно понял, что в новой редакции реформы децентрализации области из Конституции убирать не будут? Ведь ранее был подан проект, где названия областей не фигурировали.

- В этом и был вопрос.

Отсутствие областей и статуса Киева и Севастополя вызвали политические дискуссии.

В новой редакции это все точно останется.

"Уровень "партизации" местных выборов определит зал".

- Изменения в избирательное законодательство, насколько я понимаю, должны быть рассмотрены на той сессии? Иначе местные выборы пройдут по тем правилам, которые несет в себе Избирательный кодекс сегодня.

- Да, думаю, мы их утвердим на этой сессии.

Пока что они рассматриваются в комитетах.

Там достаточно много правок, больше технических.

- Оппоненты изменений упрекают вас в чрезмерной "партизации" местных выборов.

На самом деле, не рано ли "спускать" пропорциональную систему на самый нижний уровень? Учитывая, что партстроительство в Украине хромает в принципе, за редким исключением?.

- Можно учитывать то, что у нас много партий, которые не ведут работу на местах – не хотят или не имеют возможности.

Но можно учитывать также то, что государство очень сильно финансово поддерживает партии, что партии берут на себя ответственность за работу в парламенте.

И, в принципе, я считаю, что уровень развития партий позволяет сегодня принимать им активное участие в местных выборах.

На каком уровне это будет? Решит зал.

Сейчас эта граница лежит на уровне облцентров – пропорциональные выборы проводятся в населенных пунктах с населением от 90 тыс.

Я предлагаю опустить барьер до 10 тыс.

В первой редакции мы написали 15 тыс.

Есть предложение 35 тысяч, есть – 50 тысяч.

Будем искать консенсус.

Но никто не говорит о тотальной партизации выборов.

Маленькие громады будут оставаться в мажоритарной системе.

Но нынешние изменения в избирательное законодательство – это ведь не только дискуссия о пропорциональных выборах.

Очень много будет внесено технических правок: Избирательный кодекс достался нам в наследство в очень разбалансированном состоянии.

Это в том числе правки, которые мы включили по предложению ЦИК.

Поскольку работать с существующим кодексом Центризбиркому сложно.

Есть пакет, наработанный общественными организациями, в первую очередь "Опорой" совместно с МВД.

Он касается переосмысления ответственности за скупку голосов, расширения перечня оснований для привлечения к ответственности.

- С чем связаны предложения по увеличению числа депутатов на местном уровне, в ОТГ?.

- Это унификация законодательства.

Надо понимать, что в ОТГ, как правило, входят несколько населенных пунктов.

И, чтобы каждый из них был представлен депутатом, мы увеличиваем число депутатов на этом уровне.

"Кандидаты, которые "не соответствуют", будут отсеиваться".

- Как "Слуга народа" готовится к местным выборам? Не ощущаете проблем с кадрами на местах?.

- Эта проблема всегда в Украине есть.

Готовимся по плану.

Развернули сеть областных организаций и штабов, сейчас областные организации формируют сеть районных.

Ищем кандидатов в депутаты, в мэры.

Думаю, в июле, а особенно в августе каждый день будут от нас новости – кого мы выдвигаем, что делаем, какую стратегию для того или иного региона предлагаем.

Третий этап обновления и перезагрузки власти будет реализован.

Понятно, это не выборы в Верховную Раду, где мы нашли новых людей в список и на округа.

На местном уровне, особенно в ОТГ, будут люди, которые так или иначе ранее были в политике.

Но если они разделяют наши ценности, имеют активную позицию, не являются представителями кланов, не замечены в коррупционных схемах – они будут нашими депутатами.

- Конъюнктурщики в списках будут? Есть какие-то особые рецепты или методики защиты собственной партии от случайных или нежелательных лиц?.

- Думаю, конъюнктурщика видно всегда.

В любом случае люди, которые не соответствуют ожиданиям и требованиям общества к "слугам народа", будут отсеиваться.

На местных уровнях наши организации разберутся.

- Поддержка идеологических принципов партии от кандидатов требуется?.

- В определенной мере да.

Если человек открыто выступает против политики президента и партии, было бы странно его выдвигать.

Напомним, что местные выборы в Украине этой осенью будут проходить по новым правилам:.

Подпишись на наш telegram.

Только самое важное и интересное.

Подписаться.

Реклама.