Сломанный механизм: почему в Украине не заработало заочное правосудие

Украинские силовики получили право вести специальное (заочное или же in absentia) досудебное и судебное расследование еще осенью 2014 года.

После бегства Януковича и его окружения в РФ, а также в связи с началом российской агрессии правительство решило разработать специальный механизм, чтобы достать "недосягаемых" за границей фигурантов уголовных дел.

Соответствующий закон был разработан Минюстом и принят Верховной радой в октябре 2014 года.

Бывший тогда министром юстиции Павел Петренко прямо заявил, что этот закон позволит осудить Януковича в течение "нескольких месяцев".

Шли годы, а приговора экс-президенту все не было.

Только в январе прошлого года суд все-таки "виртуально" приговорил Януковича к 13 годам тюрьмы за госизмену.

Его защита обжаловала вердикт суда и пытается не допустить вступления приговора в законную силу.

Заочное осуждение бывшего главы государства на данный момент остается фактически единственным громким делом, проведенным по специальной процедуре.

За шесть лет вынесено всего чуть более сотни заочных приговоров против боевиков "ЛНР" и "ДНР", крымских судей и двух российских чиновников, причастных к оккупации полуострова.

Представители правоохранительных органов признают – неразбериха в правовом поле и законодательные ограничения могут привести к тому, что уже полученные приговоры на длительное время так и останутся единственными.

Интерпол нам не помощник.

Уголовный процессуальный кодекс (УПК) гласит, что ключевым условием для заочного процесса должно быть объявление фигуранта дела в международный розыск.

Часть судей апеллирует к тому, что Интерпол, который осуществляет международный розыск, принципиально отказывается помогать Украине искать экс-чиновников, так или иначе связанных с преступлениями во время Евромайдана и российской агрессией на Донбассе и в Крыму.

Другие судьи считают, что постановления украинского следователя об объявлении такого розыска вполне достаточно, а как и кем он дальше реализуется – другой вопрос.

Представитель прокуратуры считает, что использование заочки сейчас действительно "крайне неэффективно" именно из-за отсутствия в УПК четкого определения понятия "международный розыск"."На первом этапе судьи удовлетворяли только около 10% наших ходатайств, а 90% считали, что розыск может быть только Интерпола.

В 2015-2017 годах политики пытались несколько раз исправить допущенную в законодательстве оплошность.

Верховная рада два раза вводила временную возможность правоохранителям вести спецрасследования в отношении лиц, которые скрываются от следствия, но не объявлены в международный розыск.

Такая "привилегия" утратила силу с началом работы Госбюро расследования, то есть 27 ноября 2018 года.

Как дальше работать с такими подозреваемыми ни законодатели, ни силовики так и не определились.

Собеседник в "майдановском" департаменте говорит, что все дела, в которых брались заочки по "временным" положениям, остановлены: прокуроры не могут ни передать их в суд, ни возобновить расследование.

Решено было пойти другим путем – заочно арестовывать фигурантов, чтобы потом использовать это для получения права на новое заочное расследование."Это создает преюдицию (бесспорное установление факта для другого судебного процесса, – ред.), чтобы мы получили заочку в общем порядке.

Потому что в УПК прописано, что заочно арестовать можно, если лицо в международном розыске, соответственно, если суд арестовал подозреваемого, то он признал факт наличия его в международном розыске, а это уже прямой путь к заочке", – объясняет прокурор.

Такие процессы сейчас происходят по делам о расстрелах на Майдане 18-20 февраля 2014 года.

Уже получены решения о заочном аресте Януковича, руководителей силовых органов и "беркутовцев", подозреваемых в организации расстрела митингующих.

Следующий шаг – получение права на заочное расследование и передача обвинительного акта в суд.

Госбюро расследований также признает факт наличия ряда проблем в специальных уголовных производствах.

Первый заместитель директора ГБР Александр Бабиков в комментарии РБК-Украина указывает как на проблему международного розыска, так и на сложности с сообщением о подозрении фигурантам таких дел.

В то же время он заявил, что выступает против массового применения заочных процессов в Украине."Важно понимать, что расследование и рассмотрение судом уголовного производства при отсутствии обвиняемого (подозреваемого), по моему мнению, должно рассматриваться как исключительный случай, поскольку такой процесс существенно ограничивает возможность реализовать свои права на защиту", – подчеркнул Бабиков.

Он также обращает внимание, что в некоторых странах заочка вообще используется только для малозначительных, не тяжких преступлений, и чтобы разгрузить суды от таких дел.

Крымский нюанс.

Силовики говорят об еще одной существенной проблеме.

По их словам, крайне проблематично вести уголовные процессы против преступников, которые прячутся от украинского правосудия в оккупированном Крыму.

Это достаточно большой массив фигурантов разнообразных дел: от боевиков с Донбасса до экс-чиновников времен Януковича.

В частности, на полуострове по данным правоохранителей, сейчас могут скрываться экс-министр обороны Павел Лебедев, бывший глава СБУ Александр Якименко и ряд бойцов "Беркута".

Также там периодически бывает экс-"прокурор", а ныне депутат Госдумы РФ Наталья Поклонская.

Все заочные уголовные процессы против них в Украине ведет прокуратура АР Крым (дислоцируется в Херсоне и Киеве).

Ее руководитель Игорь Поночовный рассказал РБК-Украина, что проблемы с "временными положениями" законодательства о заочном осуждении серьезно отразились на этих делах."Фактически с ноября 2018 года правоохранительные органы лишены возможности проводить заочное расследование преступлений, в том числе и совершенных на оккупированных территориях", – отметил он, подчеркнув, что дела против Поклонской, Аксенова и Константинова так и не переданы в суд для рассмотрения.

Надеяться на сотрудничество с Россией в расследовании этих дел также не приходится из-за статуса Крыма."Обращаться к РФ с запросами об оказании правовой помощи по тем преступникам, которые находятся в Крыму, мы тоже не можем, потому что Конвенция о международно-правовой помощи в уголовных делах не предусматривает возможности обращаться к стране-оккупанту с тем, чтобы они проводили какие-либо процессуальные действия на оккупированной территории.

Такие действия компетентных органов страны-оккупанта будут незаконными", – резюмирует прокурор АРК.

Его коллега из "майдановского" департамента также признает эту проблему.

"Как мы ее обходим? Если у нас есть неофициальная информация, что человек находится в Крыму, то мы подаем ходатайство в РФ, но при этом нигде в документах не пишем, что лицо находится в Крыму, а пишем, что "возможно" скрывается на полуострове", – объясняет он.

В свою очередь Поночовный привел пример того, как РФ отвечает на такие ходатайства."Мы направляли запрос в Генпрокуратуру РФ, чтобы они выполнили процессуальные действия с Поклонской – вручили ей повестку и сообщение о подозрении.

Но Генпрокуратура РФ нам ответила, что выполнение данного запроса составляет угрозу суверенитету РФ и потому выполнять его не будут", – сказал правоохранитель.

Он также подчеркнул, что несмотря на получение российского гражданства Аксенов, Поклонская и Константинов фигурируют в уголовных делах исключительно как граждане Украины.

Также существенно помогло процессу заочного осуждения то, что Поклонская в интервью публично признала, что знает об уголовном преследовании в Украине.

Это, по словам Поночовного, является залогом того, что в будущем Европейский суд по правам человека не сочтет нарушенным ее право на защиту.

За шесть лет действия механизма заочного осуждения по крымским событиям было вынесено только семь приговоров.

Так, приговоры за госизмену получили пять крымских судей, бывший представитель российского президента на полуострове Олег Белавенцев и депутат Госдумы РФ, бывшая крымская чиновница Светлана Савченко.

Все эти приговоры в течение 2019-2020 годов вынес один судья – Сергей Дячук из Святошинского районного суда Киева.

Опрошенные РБК-Украина силовики считают, что выход из ситуации состоит в законодательных изменениях.

"Механизм "заочной" процедуры должен быть не только детализирован, не иметь противоречий, но и обеспечивать гарантии справедливого рассмотрения, баланс между задачами стороны обвинения и правами человека", – считает Бабиков.

Парламент предыдущего созыва отказался принимать соответствующий закон об упрощении механизма заочки.

Подобные законодательные инициативы внесены и в Раду текущего созыва.

Но пока депутаты их не рассматривали.

Глава правоохранительного комитета парламента Денис Монастырский еще в январе этого года в интервью РБК-Украина назвал основную причину такого "промедления"."Что мешает принять этот закон (об упрощении механизма заочного расследования, – ред.), внесенный еще осенью прошлого года? Опять же опасения, в том числе, наших коллег депутатов, что этот заочный механизм может завтра быть использован против них", – объяснил парламентарий от "Слуги народа".

После Революции достоинства власть неоднократно заявляла о необходимости наказать виновных в кровопролитных событиях в центре Киева.

При поддержке большинства депутатов несколько раз вносились изменения в законодательство, чтобы упростить заочное осуждение сбежавших из Украины.

Тем не менее спустя шесть лет этот процесс существенно не продвинулся.

Такая же ситуация и с российскими военными, совершившими агрессию на Донбассе и в Крыму.

В то время, как нидерландский суд уже начал заочно судить подозреваемых по делу МН17, украинские силовики и суды так и не смогли приступить к этому процессу.