Алексей Бланар, «Дизель студио»: Нас не устраивает то, что сделал «Квартал», мы хотим создать большой канал

В кабинете шеф-редактора «Дизель студио» Алексея Бланаря просторно.

За соседним столом сидит креативный продюсер Михаил Шинкаренко.

Между ними шахматы «на троих», у стены — аквариум, в котором живёт акула.

Каждый день на глазах топ менеджеров «Дизель студио» разыгрывается сцена, которую точно можно назвать так же как ситком продакшина «Выжить любой ценой».

Ведь хищная рыба не только пугает черепаху, но порой без разбора заглатывает своих разноцветных собратьев.

Иногда — во время деловых переговоров.

— Один раз во время встречи акула схватила рыбку, — рассказывает Алексей.

— Я ей кричу: «брось её, брось!».

Выжить в кабинете руководителей «Дизель студио» рыбкам непросто, поэтому Алексей не видит смысла давать им имена.

Михаил шутя называет главную рыбу в аквариуме по имени шеф-редактора — Алексеем Владимировичем.

Главному проекту продакшн-компании, «Дизель-шоу», в прошлом месяце удалось съесть всех конкурентов и стать лучшей программой июля с долей 18,2 %.

Но впереди ещё более амбициозная цель: запуск своего канала.

О будущем канале и новых проектах, о первом концерте в условиях карантина, отношениях с холдингом Star.

Light Media, съёмках себе в убыток и плагиате, «Квартале» и Зеленском говорим с Алексеем Бланарем.

«Если “ткаченки” считают, что мы придём к ним на поклон, то этого не будет».

— Алексей, вы только что вернулись из Одессы, где давали первый концерт в условиях карантина.

Как ограничения отразились на прибыльности концерта?.

— Мы решили провести концерт в Одессе спонтанно.

Дата киевского концерта постоянно переносилась, а снимать хотелось: нам нужны новые выпуски, да и зрители очень соскучились.

И мы решились.

Конечно, потеряли часть денег на сборах, потому что рассадка в зале была разрешена через одного.

Я считаю это глупостью и готов спорить об этом со всеми министрами и Офисом президента.

Потому что люди ходят на наши концерты парами и семьями, по три-четыре человека.

Сейчас уже разрешена рассадка два через два, но тогда наши аргументы никто не слышал.

Договариваться мы не собирались: если «ткаченки» и иже с ними считают, что мы придём к ним на поклон, то этого не будет.

Мы были готовы к потере части дохода, но не это главное.

Перед концертом на сцену вышли Женя Сморигин и Дима Танкович поздороваться и подготовить публику.

Взрыв аплодисментов был такой, как будто был переаншлаг.

Зрители так соскучились, что встречали овациями появление каждого нового актёра в каждом номере.

А на финальной песне, посвящённой Дню рождения Одессы, зал аплодировал стоя.

И это после четырёх часов концерта в душном зале, куда люди не побоялись прийти.

Зрители — наши герои.

— Вы категорически отказывались записывать концерты без зрителей?.

— Да, и мы этого никогда делать не будем.

Это удел «Квартала» и «Мамахохотала».

Съемки без зрителей означают, что им по-быстрому нужны деньги на содержание актёров и авторов.

Или, возможно, они делали это потому, что повторы «Вечернего квартала» работают гораздо хуже, чем «Дизель-шоу».

Наши дайджесты собирают очень хорошие цифры.

Мы даже взяли долю 18,2 % — рекорд 2020 года.

— Это тот выпуск, который стал лучшей трансляцией июля.

— Уже не первую неделю наши дайджесты выигрывают.

А у «Квартала» и «Лиги смеха» повторы берут долю на уровне восьми-девяти.

Возможно, это их не устраивает, и они хотят премьеру.

— Вы делаете дайджесты сами?.

— Один раз канал ICTV попробовал их делать, но не получилось: была низкая доля.

Тогда мы сказали: нет, ребята, лучше мы сами.

— Сколько новых выпусков планируете отснять в 2020 году?.

— Осенью у нас будет тринадцать премьер, а в декабре съёмки новогоднего концерта.

— Из этого контента можно сделать десятки дайджестов.

Сколько раз в повторе монетизируются ваши выпуски?.

— У нас очень повторяемый и очень окупаемый продукт.

Мы до сих пор используем самые первые выпуски с 2015 года, и они работают не хуже, чем номера, снятые в 2019–2020 годах.

К тому же, наш юмор завязан не на политике, а на бытовых отношениях.

Есть номера, которые мы повторили более десятка раз.

Материала много: 74 выпуска и два новогодних концерта.

Наша сила в том, что мы можем перемешивать наши истории, и зрителю будет казаться, что это новый материал.

Поэтому мы и стремимся к созданию собственного канала.

«У нас будет семейно-развлекательный канал — то, чего в Украине пока нет».

— Когда вы планируете запустить канал?.

— Не люблю называть сроки, когда я в них не уверен.

— От чего это зависит? У «Квартала» канал есть достаточно давно, у него есть своя аудитория.

Если у вас достаточно контента, зачем откладывать запуск?.

— Мы хотим запустить немножко не такой канал, как у «Квартала».

«Квартал-TV» успешен с точки зрения замысла «Квартала», но он не стал большим каналом.

Нас такое не устраивает.

У нас более амбициозные планы: мы хотим создать большой канал.

А это требует определенного времени и инвестиций.

На эти планы карантин влияет больше, потому что не всех можно собрать вместе.

— Каким будет формат канала?.

— Семейно-развлекательным — то, чего в Украине пока нет.

Кроме нашего контента, в эфире будут другие фильмы и программы.

Будем договариваться со многими продакшнами.

— Почему вы говорите, что семейно-развлекательных каналов в Украине нет? Почти все большие каналы подходят под это определение.

— Нет, их нельзя так назвать.

«Интер» — развлекательно-старческий канал.

«Украину» я даже не назову развлекательным, это мелодрамо-детективный канал для женщин постарше.

«1+1» — это канал для Антонины 35 лет (собирательный образ ядра аудитории «1+1».

— Ред.).

Я два года был шеф-редактором этого канала и чётко понимаю его аудиторию, потому что сам её выстраивал.

Мужика там привлекают только острые новости и, возможно, какой-то сериал.

Но вот, например, «Папику» прекрасные цифры дала женская аудитория.

Это видно по повторах, ведь показатели «Папика», как и «Крепостной», в повторе просели.

Чисто женское поведение.

Это я могу в одной рубашке долго ходить, а женщина один раз надела — и всё.

ICTV — мужской канал.

Но у «Дизель-шоу» высокие результаты, потому что мы собираем и женскую, и мужскую аудиторию.

В пятницу на нас с завистью смотрят и «1+1», и СТБ.

Я общался с аналитиками «Украины»: они тоже кусают локти.

СТБ направлен на женскую аудиторию.

Мы пробовали что-то поменять сериалом «Папаньки», они довольны.

Ещё хороший семейный сериал «Спіймати Кайдаша».

А что дальше? «Слепая», «Акушерка».

Особой семейности я в этом не вижу.

Сейчас на «1+1» идёт сериал «Папа Дэн».

Идёт слабо, его ставят после «Папика» и «Сватов».

Но изначально этот сериал показывал СТБ, и он провалился.

Этот сериал работает чисто на семейную аудиторию.

В России на СТС у него было бы всё хорошо, но его купил «Первый канал».

— По-вашему, СТС — семейный канал?.

— Да.

Но, если честно, я хочу менее лайтовый канал, чем СТС.

Если у СТС добавить брутальности или сдвинуть ТНТ к семейности, это будет похоже на наш будущий канал.

— Вы будете запускать канал собственными силами или вместе с другими игроками?.

— С 1 января мы создали совместное предприятие со Star.

Light Media (продюсерский центр «Супер Дизель» — Ред.), и у нас есть совместные планы.

Запуск канала — серьёзная история, связанная с лицензированием и дистрибуцией.

Нам нравится сотрудничество со Star.

Light Media, надеюсь, им тоже нравится с нами.

«Если продукт не подходит Star.

Light Media, мы спокойно идём на рынок и можем предлагать его другим каналам».

— Расскажите о компании «Супер Дизель».

— Это предприятие отвечает за производство хорошего контента, который мы начнём производить с осени.

Оно работает на все каналы Star.

Light Media.

А если продукт медиагруппе не подходит, мы спокойно идём на рынок и можем предлагать его другим каналам.

Если мы с партнёрами понимаем, что продукт может больше заработать на внешнем рынке, то не вопрос.

Все только за.

— Зачем вы создали продюсерский центр? Ведь у вас есть ряд компаний, которые занимаются продакшном, ивентами, кино и так далее.

— Нам это нужно было, чтобы легче общаться со Star.

Light Media.

Сейчас мы общаемся только с топ-менеджерами этой компании и принимаем участие в принятии решений.

Ведь что такое внешний продакшн? Ему что-то заказали, он что-то сделал, а дальнейшая судьба его продукта неизвестна.

Может, он неуспешен, потому что его не туда поставили, а может, на этапе производства с клерком поругались, и проект вообще бросили в ящик.

— На размещение в сетке вещания вы тоже влияете?.

— Мы всегда влияли на сетку — с первого выхода «Дизель-шоу».

Открою вам тайну: вначале канал хотел ставить его в воскресенье после 22.00.

Но мы были категорически против.

Я выбрал пятницу — против «Вечернего Киева».

Многие мне говорили, что мы сошли с ума, если думаем бороться с «Кварталом».

Но я точно знал, что мы выиграем.

Так и случилось.

Идея ставить сдвоенные выпуски (премьера + повтор) тоже наша.

Но раньше это происходило путём переговоров, а сейчас прописано в нашем договоре.

Это касается всего, что производит «Супер Дизель».

Мы даём рекомендации по сетке и анонсированию.

Если ты не влияешь на сетку и анонсирование, то какую ответственность можешь нести за продукт? У меня есть много примеров, когда продукты элементарным передвижением по сетке набирали 30–50 %.

— Собственность «Супер Дизель» у вас 50 на 50?.

— Да.

Главное, что и мы, и медиагруппа уверены в завтрашнем дне.

Мы уверены, что у нас будет производство и заказ, а они — что такой успешный продакшн работает со Star.

Light Media.

А в наше непростое время это немало.

— Бывали случаи, когда ваш продукт не подошёл Star.

Light Media?.

— Была такая история.

Мы выходили с проектом за грани холдинга, но потом холдинг одумался и вернул проект: скоро он появится на одном из их каналов.

У нас и с «Папаньками» была весёлая история.

Мы передали пилотную серию (она даже не первая, а четвёртая в первом сезоне) руководству ICTV.

Они сказали, мол, классно, супер, но это не наше, это больше «плюсовское».

Мы ответили: спасибо за подсказку.

Что у них произошло за ночь, я не знаю, но утром они перезвонили и попросили вернуть обратно.

— Первый проект, который вы упомянули, — это шоу для СТБ?.

— Мы уже хотели снимать его летом.

Но сейчас у нас концерты, параллельно снимаем «Папанек» и «Выжить любой ценой».

Закончим это, а далее займёмся всем остальным.

Чем «Дизель» для субботы на СТБ будет отличаться от «Дизеля» для пятницы на ICTV?.

— «Дизель-шоу» — это эстрадное шоу.

Оно работает в разных шоу.

«Дизель night» — это студийное шоу, оно более вечернее, показать его в другом слоте будет сложно.

Это шоу для тех, кто хочет расслабиться, и для тех, кому важна актуальность.

Я называю его бурлеском.

«Дизель night» — это то, чего мы не можем позволить себе в «Дизель-шоу».

Здесь будут элементы пародии, студийные встречи, много подсъёмок на уровне короткометражных фильмов.

Будут актуальные слоты: новости, опросники.

— Политика будет?.

— Да, но скорее геополитика.

Мы будем шутить о ситуации в мире и Украине.

Это будет не то, что делают «Квартал» или «Мамахохотала».

У нас в «Дизель night» будет много звезд.

Также там будут линейки минисериалов.

В Украине такой проект еще никто не делал.

— Можно догадаться, что это дорогой проект.

На какой бюджет вы ориентируетесь?.

— Да, дорогой, но мы снимаем его скорее не для заработка, а для своего имиджа.

И со временем начнём на нём зарабатывать.

«Мы снимали “Дизель-шоу” в убыток себе все пять лет».

— А сейчас? Вы же не снимаете себе в убыток?.

Алексей Бланарь: Есть шоу — столпы для сетки канала.

Таким стало, например, «Дизель-шоу».

Но все первые годы мы снимали его себе в убыток.

Михаил Шинкаренко: Себе в убыток снимали все пять лет, но в большом убытке были два года.

Алексей Бланарь: А канал начал зарабатывать сразу.

— Как же так получилось?.

Михаил Шинкаренко: В первый контракт никто не верил.

А по второму нам дали возможность погасить предыдущие долги.

Одни декорации тогда стоили полмиллиона, а сам выпуск в два раза меньше — 300 тысяч.

Всего было шесть выпусков.

Декорации нужно было строить сразу, а билеты на концерт тогда не продавались.

— А сейчас? Алексей говорил, что один выпуск обходится каналу в сумму с шестью нолями.

Михаил Шинкаренко: Сейчас всё очень хорошо.

У нас такая цена, которая покрывает наши расходы полностью.

Если цифры идут вверх, бонусов мы не получаем, только удовольствие.

Алексей Бланарь: И это влияет на перспективу дальнейших контрактов с каналом.

Но действительно, сейчас всё хорошо, раз мы можем себе позволить потерять на половине зала.

— Алексей, вы не раз говорили, что снимаете дешевле, чем ваши конкуренты.

А за счёт чего?.

— У нас нет лишних людей.

Штат не раздут.

Наша Вика (Булитко — актриса «Дизель студио».

— Ред.) снималась в «Танцах со звездами».

Я спросил, сколько людей работает в этом проекте.

Триста человек.

Наверное, им удобно, но я считаю, что это многовато.

У нас в проекте 120–150 человек.

Может, нас сразу научили экономить.

Знаю, что на каналах, где выходят аналогичные шоу, их руководителям постоянно ставят нас в пример.

Хотя для меня удивительно, что все сметы гуляют по рынку и все знают, за какую цену кто и что снимает.

— Какие направления в монетизации у вас в приоритете в ближайшее время?.

— Хотим усилить диджитал-составляющую.

Сейчас к нашему продукту проявляют интерес ОТТ-платформы.

Наш контент уже выходит на Megogo.

На этот год мы договорились об эксклюзивном контракте, а дальше посмотрим.

Мы хотим работать с разными платформами.

Наши продукты продаются за границу.

И сейчас есть запрос от очень дальнего зарубежья.

Туда мы хотим двигаться.

Мир становится таким, что путей доставки контента к зрителю много.

И наш зритель потихоньку начинает понимать, что за контент нужно платить.

И мы также понимаем, что в Украине нужна единая платформа, которая бы представляла интересы всех каналов и большинства производителей, удобная и востребованная.

— Медиагруппы говорили об объединении, чтобы противостоять международным стриминговым сервисам.

Но это сложно, когда речь идёт о разных интересах.

— Рекламный рынок — это тоже очень сложно.

Но смог же Андрей Партыка (генеральный директор сейлз-хауса Ocean Media.

— Ред.) их объединить, и все долгое время играли по правилам.

Группы должны понять, что сейчас они теряют время.

«Если речь идет о производстве для российских каналов, то я против».

— Вы упомянули, что ваши проекты продаются за границу.

Куда и что вы продаете?.

— Этим занимается Star.

Light Media, а мы помогаем готовить наши продукты к продаже.

Знаю, что наши проекты выходили в Казахстане и странах Балтии.

Пару лет назад ICTV продал «На троих» на российский канал из холдинга СТС.

Мы к этому не имели отношения и даже были против.

Но, насколько я знаю, эта история не имеет продолжения.

— Вы против продажи контента в Россию?.

— Если речь идёт о продаже готового продукта на российский рынок, то пускай их деньги приходят сюда и идут в украинскую экономику.

Это лучше, чем они будут потрачены на патроны, которые летят в нашу сторону.

Но если речь о производстве для российских каналов, то я против.

Нам предлагали, мы отказались.

Нам есть для кого работать здесь.

От концертов «Дизель студио» в России мы тоже отказались.

Нам предлагали много концертов по хорошей цене, но мы сказали: пока всё не закончится так, чтобы нас это устроило, мы туда не поедем.

— Ваши проекты выходят и на украинском, и на русском.

Почему вы переозвучиваете свои скетчи и сериалы?.

— Первый раз мы сделали это по просьбе ICTV.

Канал очень засуетился, когда приняли закон о квотах, и, как я понимаю, хотел попробовать посмотреть, как это будет работать.

Мы переозвучили, и проект взял долю в три раза выше, чем канал планировал.

У нас даже получилась не переозвучка, а новый продукт.

И канал уже выбирает слоты и для украиноязычной, и для русскоязычной версий.

На каждую историю есть свой клиент.

Меня радуют сообщения из азиатских стран: «Эй, брат, я из-за тебя украинский язык выучил» — последние сезоны «На троих» и «Выжить любой ценой» вышли на украинском.

Мы создали отдельный ютуб-канал «Дизель українські серіали».

«Мы потеряли хорошего конкурента, но не приобрели хорошего президента».

— Чем закончилась история с плагиатом «Квартала»? Имеет ли она юридические последствия? После обвинений в плагиате кварталовцы сослались на книгу, в которой такой шутки нет.

— Схожесть идей у нас с «Кварталом» случается.

За последнее время у нас было много похожего, ведь они отошли от политической тематики.

Помню, читал интервью Зеленского летом 2018 года и думал, что это я говорю: «У нас в Одессе будут номера про тещу, семейные отношения, бытовые проблемы».

Ёлки-палки, неужели у нас второе «Дизель-шоу» открылось? Это я могу понять.

Но есть разные уровни.

Схожесть идей — это нормально, но когда ты видишь полностью скопированный номер, это вызывает вопросы.

Например, «Квартал» показывал номер с роялем, один в один взятый из американского номера.

Тогда они придумали объяснение: мол, их друг из Кривого Рога жил в Нью-Йорке, увидел этот номер и сказал, что они должны его показать.

Странное оправдание.

Мы хотели показать, что так делать нельзя.

Я бы поверил в случайность, если бы они взяли какой-то неприметный или забытый номер.

Но наш номер о том, как депутат изучает английский язык, мы возили в Америку, Англию, Чехию, Испанию… Это такого уровня номер, как у «Кроликов»: «Кролики — это не только ценный мех…».

Я считаю, что это недоработка редактуры, и после этой истории «Квартал» сильно задумается.

Когда я работал в «Квартале» и всем занимался Зеленский, такого не было.

Для него было очень важно, чтобы не было таких совпадений.

Если бы Зеленский до сих пор руководил «Кварталом», этот номер не вышел бы в эфир.

Он бы знал, что у нас такое было.

— Между вами и «Кварталом» происходит перетекание авторов?.

— Нет.

— Многие юмористы сейчас идут в политику.

Вам не предлагали?.

— Предлагали, но мы в политику не идём.

К нам обращались и ранее, и по поводу местных выборов постоянно обращаются.

Но зачем нам это? Ведь даже если эти ребята шли что-то поменять, во что я не сильно верю, то они это не продумали, и в результате не поменяли, а усугубили.

Я уже это писал и готов повторить: мы потеряли хорошего конкурента, но не приобрели хорошего президента.

Если посмотреть на посты Ромы из «Мамахохотала» (Роман Грищук, народный депутат от «Слуги народа».

— Ред.), то прошлым летом настрой был восторженный: «вот мы сейчас все поменяем!», «мы такие крутые», а сейчас посты обиженного мальчика: «я то и то не могу сделать, здесь меня не слышат, здесь мне не дают, меня игнорируют» и так далее.

Они пришли ломать систему, но сами не понимают, что это за система.

Индустрия теряет хороших ребят.

Тех же кварталовцев, и Скичко (Александр Скичко — нардеп от «Слуги народа».

— Ред.), а сейчас Притула захотел в политику.

Я это называю «Новому каналу капец».

Притула идёт в мэры и говорит: я в Киеве живу и всё хочу поменять.

Но, Серёжа, ты же из Збаража, вырос в Тернополе.

Поедь туда, возьми маленький городок, всё там поменяй, чтобы все говорили, что Притула сделал из города сказку, а теперь давайте заберём его в премьер-министры или в президенты.

Зеленскому я писал: Вова, стань мэром Кривого Рога, губернатором Днепропетровской области.

Наведи порядок там, поборись за экологию, за простых людей, подними зарплаты.

Тогда тебя принесли бы на руках в президентское кресло.

А что получилось? Сравните обещания и результаты.

Мне на самом деле больно из-за этого, потому что немногих людей я считаю своими учителями.

Например, первый, кто помогал мне в работе со СМИ — а я прошёл путь от журналиста до редактора и владельца газеты — это Игорь Шуров, папа Pianoбой (музыканта Дмитрия Шурова.

— Ред.).

Я благодарен ему как редактору, что он научил меня основам СМИ и журналистской этике.

В телевизоре моим учителем был Зеленский.

Я в телек попал вместе с ним, и в развлекательном контенте он гуру.

Нам всем далеко до его чутья.

Но хороший развлекательный телевизионщик и хороший президент — это две большие разницы.

Его пытались сравнить с Рейганом.

Но это смешно, ведь путь Рейгана от актёра до президента длился десятки лет.

Рейган прошёл много должностей, учился, учился и учился.

— Алексей, каковы ваши планы по поводу съемки полнометражного кино? Ранее вы говорили, что не успеваете снять в срок фильм «Мій тато — вчителька».

Что с этим проектом? И какие у вас сейчас еще разработки?.

— Планов много, и это не только развлекательные проекты.

Егор (Крутоголов, художественный руководитель «Дизель студио».

— Ред.) раз в неделю приходит с идеей нового фильма.

Самое приятное, что у нас есть предложения от очень известных продакшнов, желающих снимать вместе с нами прокатное кино.

И мы будем это делать.

Но если мы можем снимать концерт с половиной зала или вообще без зрителей, то киноиндустрия без зрителей невозможна.

— Но на съемки уйдут несколько лет.

— Да, к тому времени мы выйдем с несколькими фильмами.

Сценарии ещё не готовы, но идеи есть.

Мы не хотим снимать кино ради кино.

Михаил Шинкаренко: Надо снимать кино так, чтобы все потом говорили: а помнишь, как в том фильме было? Помнишь, как Шерон Стоун ногу перекинула? И никто не говорит о том, какой у этого фильма был бюджет.

Алексей Бланарь: Кино должно жить долго.

А, например, о «Свингерах» все давно забыли.

Мне в этом плане даже больше понравился «Инфоголик».

Это кино.

А вот «Встреча одноклассников» не понравилась.

Или то, что снял Дзидзьо: это не кино.

Когда-то были фильмы типа «Приключений Сердючки», но они не позиционировались как художественные: это крутой развлекательный телефильм.

Мы вообще хотим таких комедий, которые бы жили, как советские и голливудские шедевры.

Я всегда очень жду украинское историческое кино, и пока у меня больше разочарований.

— Вы хотите снимать историческое кино?.

— Конечно! Ведь украинскую классику преподают в Голливуде.

В Америке, если человек не посмотрел «Камінний хрест», то в индустрию он уже не попадет никогда.