Российские политтехнологи в Беларуси работают на Кремль

Беспрецедентные для современной Беларуси выступления сотрудников государственных электронных СМИ, отмеченные попытками солидаризироваться с поствыборными протестами, в том числе через подключение к общенациональной забастовке, были блокированы увольнением группы сотрудников Белтелерадиокомпании.

Скриншот с Youtube-канала телеканала ОНТ.

Как сообщила пресс-служба президента Беларуси, 21 августа Александр Лукашенко факт такой «братской помощи» подтвердил в ходе посещения агрокомбината «Дзержинский».

Он пояснил привлечение журналистов из РФ тем, что некоторые сотрудники Белтелерадиокомпании «выскочили на улицы и начали митинговать»: «Работать не будем! Не надо».

«Я попросил россиян: дайте нам 2-3 группы журналистов на всякий случай.

Это 6 или 9 человек с самого продвинутого телевидения… Нормально, ситуация стабилизировалась», - сказал Лукашенко.

При этом он подчеркнул, что белорусская сторона не оплачивает услуги прикомандированных россиян: «Мы россиянам не платим вообще.

Слушайте, неужели я для 6 или 9 человек не найду в России друзей, которые поддержат этих людей».

Однако ситуация на ТВ не просто «стабилизировалась».

Заметно изменилась тональность и содержательная часть новостных и аналитических блоков, описывающих внутриполитическую ситуацию.

Российская пропаганда - «смесь политических технологий и социальной инженерии».

22 августа российский политический и общественный деятель Максим Кац в развернутом комментарии на своем You.

Tube-канале допустил, что в Минск приехала многопрофильная команда российских пропагандистов, основная задача которой – помочь белорусским властям нивелировать протестную активность в стране.

По его мнению, «стандартные приемы российской пропаганды» уже отчетливо проявились в Беларуси – «от «путингов» - так нызываются у нас митинги согнанных бюджетников в поддержку Путина - до блокировок сайтов и многочисленных маневров для демонстрации забетонированности, невозможности ничего изменить и захватом единой повестки».

Он перечисляет и некоторые идентификаторы присутствия такой команды: «Например, никто не называет Лукашенко «батькой» в Минске, в Беларуси, а митинги вдруг начались «за батьку».

«С момента их приезда не было сделано даже попытки ввести в общественный дискурс идею о том, что Лукашенко выиграл выборы честно, ну и вообще выиграл их… Эту идею сейчас нельзя продать обществу».

По мнению Каца, белорусам пытаются «продать» иную идею – протест «выдохся, слился, захлебнулся».

С тем, чтобы «разочаровать и демотивировать людей, чтобы они сами прекратили сопротивление… Чтобы опять создать фрагментацию, атомизацию общества.

Чтобы текущее объединение и солидарность куда-то ушли».

На эту идею активно работают «фабрики троллей», которые в сетевых комментариях «пытаются создать впечатление, что все против вас, все вокруг сумасшедшие, или что вокруг есть достаточно людей против вас».

Кац приводит и основные пропагандистские тезисы, привнесенные в белорусское медиа-пространство специалистами из РФ.

В частности, обсуждение несостоятельности Светланы Тихановской как потенциального президента Беларуси («недостаточно опыта, чтобы управлять страной»), «распродажа» угроз, которые власть «предотвращает» и которые «обязательно рухнут на голову гражданина, едва лидер оставит пост».

Это и военные угрозы со стороны НАТО, и экономические последствия якобы неминуемого «разрыва связей» с Россией, обвальной приватизации промышленного госсектора.

«Чем хороши эти предотвращаемые угрозы.

Тем, что они не случились», - отмечает он.

Как считает Кац, российские пропагандисты «действуют более тонко, чем белорусские».

«Если белорусская пропаганда похожа на советскую: «фигарит альтернативную реальность в телевизор и не озабочена, чтобы в нее кто-то верил», то российская представляет собой «смесь политических технологий и социальной инженерии» - «цепляется за реальные события, эмоции, чувства и пытается их раскрутить», - говорит эксперт.

Цель – «чтобы люди сами прекратили сопротивление, переругались между собой, засомневались в своих лидерах, друг в друге, в себе, поверили, что ничего невозможно добиться и не надо даже пытаться».

Российская команда работает не на Лукашенко, а на Кремль?.

Очевидно, что применение таких «технологий» придает некую системность контрпротестной кампании властей.

В то же время, складывается впечатление, что российская команда работает вовсе не на Лукашенко, а на Кремль, на закрепление в белорусской повестке внешнеэкономических и внешнеполитических его приоритетов.

Это не значит, что она действует не в интересах Лукашенко, ведь, по крайней мере, в настоящий момент интересы официального Минска и Москвы во многом совпадают.

Так, многие российские комментаторы подчеркивают, что Кремль не заинтересован в осуществлении транзита власти в Беларуси под давлением «улицы» (главред радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов, программа «Без посредников», 13 августа).

Но одновременно отмечается, что Кремль не заинтересован и в укреплении внутриполитических позиций номинального белорусского союзника с учетом актуальных «интеграционных» перспектив.

То есть, Кремль не исключает вариант реализации данных перспектив и с иными политическими фигурами, которые могут появиться в случае проведения новых выборов.

В таком контексте можно предположить, что основные мотивы и цели российских пропагандистов (кстати, в том числе и работающих из Москвы через федеральные СМИ) - обозначить для белорусских партнеров (нынешних и будущих) «красные линии».

Это, в частности, – сохранение в белорусской повестке российского внешнеэкономического и внешнеполитического приоритета, поддержание гарантий преемственности российских позиций на случай транзита власти (а, может быть, и ускорение такого транзита).

Высокий градус внутриполитического напряжения в Беларуси, несомненно, способствует достижению этих целей, и, кажется, российская пропаганда готова работать на его дальнейшее повышение.

Простое и достаточное «доказательство» тому - исторический бело-красно-белый флаг, представляемый как символ коллаборационизма.

Подобная «социальная инженерия» выходит за рамки традиционной пропаганды, подводя развитие ситуации к весьма опасной черте, пересечение которой – спланированное или случайное - чревато непредсказуемыми последствиями.

Наглядное подтверждение чрезмерной концентрации ситуативных рисков – появление Лукашенко в военной экипировке и с автоматом в руках 23 августа, после того как участники Марша новой Беларуси приблизились к Дворцу независимости в Минске.

Вероятно, скачкообразный крен в сторону красной зоны «индикатора дестабилизации» Кремль не очень устраивает.

Как сообщило 24 августа российское агентство РИА Новости, «В Кремле констатируют, что никаких провокаций со стороны митингующих (участников Марша новой Беларуси – ред.) в Белоруссии не было, органы правопорядка корректно выполняют свои обязанности, заявил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, выразив надежду, что и в будущем на акциях протеста в Белоруссии провокаций удастся избежать».

Агентство также напомнило, что «ранее в СМИ появился ролик, на котором запечатлен прилет Лукашенко на вертолете к президентской резиденции, рядом с которой проходила акция протеста.

Также имеются кадры, как Лукашенко в бронежилете и с автоматом в руках вышел на улицу к силовикам, охранявшим порядок на акции, и дал им обещание «разобраться» с протестующими.

Его также сопровождал вооруженный сын Николай».

«Кремль не будет комментировать появление президента Белоруссии Александра Лукашенко и его сына с автоматами,— заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.

«Я не буду отвечать на ваш вопрос», - сказал Песков, отвечая на просьбу прокомментировать появление Лукашенко с автоматом и вопрос о том, считают ли в Кремле адекватной такую реакцию на протесты», пишет РИА Новости.

Альтернативы диалогу - гражданская война, разорение или внешняя оккупация.

Ситуация столь зыбкого «статус кво» вряд ли продлится долго, и позитивные выходы из нее, которые устроили бы всех внутренних участников конфликта, а также внешних интересантов, до сих пор не просматриваются.

Один из самых аргументированных вариантов компромиссного решения сформулировал политический обозреватель портала tut.

by Артем Шрайбман.

В публикации 24 августа он заявил: «У сегодняшнего кризиса - тяжелейшего в истории независимой Беларуси - нет легкой развязки.

Лучшей из них выглядит диалог.

К нему белорусов призывают все внешние силы от Госдепа до Кремля.

К диалогу на словах готовы все внутри страны.

Так чего же мы ждем?».

Он констатировал, что сторонами такого диалога могут выступить президиум Координационного совета («Никого более настроенного на диалог со стороны своих противников власть не получит») и Александр Лукашенко (как единственный во власти «центр силы»).

С оговоркой, что начало подобных переговоров возможно лишь с момента, «когда Лукашенко или достаточно людей в его близком кругу осознают, что риски от диалога с оппонентами - меньше, чем риски от попытки запихнуть пасту обратно в тюбик».

Во-вторых, бессрочные гарантии физической безопасности и полного иммунитета от преследования Александру Лукашенко и членам его семьи.

Как бы ни были неприятны оба эти жеста доброй воли с каждой из сторон, без них сесть за стол будет просто невозможно».

По его мнению, предметом диалога может стать «быстрая реформа Конституции и перезапуск власти через новые выборы после этого» с установлением «парламентской республики, где президента либо не будет вообще, либо у него будет церемониальная роль».

При этом он напоминает: конституционную реформу допускает и сам Лукашенко, совершенно справедливо полагая, что «нельзя никому оставлять сегодняшнюю Конституцию с ее перекосом власти в одну сторону».

«Эта Конституция - путь в пропасть, потому что она ставит судьбу нации в зависимость от прихотей одного человека.

Страна больше не может так рисковать», - пишет Шрайбман.

Артем Шрайбман, фото 34mag.

«Если власть уверена, что она представляет большинство, то она сможет сохранить свои позиции и в парламентской республике.

Для этого достаточно всего лишь создать свою партию и выиграть выборы», - отмечает автор.

В качестве коллективного медиатора переговорного процесса он предлагает «лидеров пяти белорусских конфессий - православных, католиков, протестантов, иудеев и мусульман», подчеркивая, что «внешнее посредничество должно быть отброшено из-за того, что кризис в Беларуси носит сугубо внутренний характер».

Такой медиатор мог бы устроить обе стороны, так как «точно не претендует на власть и заинтересован только в общественном мире и согласии».

Тогда как вовлечение в процесс Москвы, Брюсселя, Вашингтона или Пекина лишь усилит взаимные подозрения сторон «в попытках сдать кому-то страну».

Впрочем, по мнению Шрайбмана, это вовсе не исключает участия мировых лидеров в качестве гарантов соблюдения общих договоренностей, а также сопутствующих процедур.

А в качестве встречной гарантии соблюдения их интересов «одним из пунктов внутреннего соглашения между властью и ее оппонентами должен стать консенсус о внешней политике.

Это должна быть прописанная договоренность про то, что при любом исходе Беларусь не будет разрывать свои международные обязательства, устраивать разворотов в одну или в другую сторону, а ее суверенитет незыблем».

Автор вполне осознает, «насколько иллюзорным сегодня может казаться каждый пункт» представленного плана.

«Но лучше, чтобы к моменту, когда из альтернатив диалогу останется гражданская война, полное разорение или внешняя оккупация, у нас хотя бы был примерный алгоритм спасения», - резюмирует он.