Белорусская революция: ни войны, ни мира

Между белорусской властью и оппозицией - позиционная война.

Нет жестоких уличных схваток, как в первые дни протестов, но нет и диалога.

Обе стороны ждут результатов напряженных переговоров, идущих сейчас по «белорусскому вопросу» между РФ и «коллективным Западом».

Новые ошибки силовиков.

Очередной день белорусской революции — 26 августа — закончился новыми милицейскими операциями, в том числе в центре Минска.

На акции протеста у Дома правительства было задержано 14 человек, их доставили в РУВД Советского района Минска.

Перед этим несколько тысяч собравшихся принесли с собой бело-красно-белые флаги, а когда начался дождь, развернули зонты аналогичной расцветки.

Собравшиеся скандировали лозунги в поддержку сторонников оппозиции, задержанных на уличных акциях.

Они пели песни, синхронно размахивая фонариками и экранами мобильных телефонов.

Впрочем, задержания прошли почти без применения насилия, а после составления протоколов всех задержанных отпустили.

И это примета перемен: после того как два воскресенья подряд на митинги в центре Минска собиралось по 200–300 тыс.

человек, милиция стала на удивление вежливой.

Белорусы дали понять, что второй волны насилия просто не допустят.

В тот же день прошли новые обыски в доме экс-претендента на пост президента Беларуси Валерия Цепкало.

(Сам он с семьей скрывается за границей.) «У меня, насколько я понимаю, не нашли ничего.

В доме арестовали только телевизор и пылесос.

Это все последствия ареста моего имущества.

Не знаю, что они там собирались найти.

Они в принципе могут найти все, что захотят.

Они и наркотики, и оружие, и деньги могут найти.

У Сергея Тихановского (мужа экс-кандидата в президенты Беларуси Светланы Тихановской) 900 тыс.

с третьего раза за диваном нашли», — отметил Валерий Цепкало в интервью в тот же день.

При этом в среду власти все-таки совершили две грубые ошибки.

Первая — вызвали на допрос в Следственный комитет «совесть белорусской нации» — писательницу, лауреата Нобелевской премии Светлану Алексиевич (неделю назад она вошла в президиум Координационного совета по передаче власти).

Алексиевич, несмотря на болезнь, на допрос пришла, но ничего не сказала.

Однако сам ее визит оказался в центре медийного внимания не только Беларуси, но и всего мира.

Вторая ошибка власти — вечером того же дня, зачищая от митингующих площадь Независимости, ОМОН запер сотни верующих в Красном костеле, одном из символов Минска.

Это вызвало резкую реакцию верующих, которые уже намерены выйти на улицы белорусской столицы вечером четверга.

Экс-кандидаты Анна Канопацкая, Андрей Дмитриев и Светлана Тихановская, оспаривая результаты выборов, подали жалобы в Верховный суд Беларуси.

Суд рассмотрел их и дал отказ.

«Поскольку решения о признании выборов недействительными Центральная комиссия не принимала, жалоба Тихановской о недействительности выборов рассмотрению в суде не подлежит, так как подобные требования не относятся к компетенции суда», — говорится в комментарии Верховного суда.

Позиционное противостоние.

Относящаяся к «Брестскому миру» 1918 года формулировка «ни войны, ни мира» хорошо отражает и текущую фазу белорусской Революции достоинства (сами белорусы так ее называют все чаще, по аналогии с украинскими событиями).

То есть и власть (силовики, окружение Александра Лукашенко), и оппозиция (Светлана Тихановская в Вильнюсе, Координационный совет по передаче власти в Минске) предпринимают какие-то действия, но старательно избегают конфронтации.

Вечером 25 августа было обнародовано постановление о мерах по стабилизации обстановки в стране, принятое Советом безопасности Беларуси накануне.

После кадров Александра Лукашенко с автоматом и заявлений силовиков о готовности задействовать армию внутри страны, многие в белорусском обществе ожидали, что документ Совбеза станет «дорожной картой» силового подавления протестов.

Но он оказался совершенно «вегетарианским».

Поручения Лукашенко о «стабилизации обстановки в республике» свелись к тому, что правительство должно «обеспечить бесперебойное функционирование экономики» и бороться с забастовками путем «разъяснительной работы»; военные — «особое внимание уделить передвижению войск НАТО на территории Польши и Литвы», милиция — «не допускать беспорядков», МИД — погрозить пальцем «западным лидерам», КГБ — «выявлять и пресекать действия организаторов уличных беспорядков» и так далее.

Создается впечатление, что и действующая белорусская власть, и сгруппировавшаяся вокруг Светланы Тихановской оппозиция решили действовать пока «на минималках».

«Пока» — на время, когда судьба белорусской революции решается на переговорах между Москвой, Брюсселем и Вашингтоном.

Координационный совет оппозиции в последние дни призывает не к решительным уличным действиям, а к началу кампании по отзыву депутатов как Национального собрания, так и муниципальных.

По сути это демонстрация готовности взять власть.

Без применения силы, постепенно, в рамках действующего белорусского законодательства и Конституции.

В Солигорске шахтеры потребовали освобождения одного из лидеров стачкома, которого в итоге отпустили без административного ареста, оформив только штраф.

В Гродно подобная ситуация произошла с задержанными работниками «Азота» — их сначала задержали, а потом под давлением людей выпустили.

Учителя провели митинг под министерством образования.

Одновременно белорусские избиратели видят, что Светлана Тихановская с каждым днем все активнее работает на международной арене, отстаивая их интересы.

Во вторник она обратилась к Европарламенту с заявлением: «Мы больше не оппозиция.

Мы — большинство.

В Беларуси происходит мирная революция».

В стране бастуют работники не менее 30 предприятий с общей выручкой 27% ВВП Беларуси (это около 13 млрд долл.

за 2019 год).

Среди заводов с бастующими работниками — один из крупнейших в мире производителей калийных удобрений «Беларуськалий», государственные БелАЗ и Минский тракторный завод.

Белорусские власти продолжают давить на протестующих, но уже совсем не теми методами, что применялись в первые дни после выборов.

Сейчас ставка сделана на акции по подавлению забастовок; разрабатывается стратегия точечных репрессий, которые обезглавили бы оппозицию, но не вызвали роста протестных настроений.

Революция как предмет переговоров.

И Координационный совет оппозиции, и Светлана Тихановская не устают повторять, что в случае смены власти в Беларуси не следует ожидать ухудшения отношений с РФ.

Таким образом они опровергают главную идею, взятую сейчас на вооружение идеологами Александра Лукашенко, что главная задача оппозиции — оторвать Беларусь от России.

Именно этот тезис Лукашенко использует, чтобы получить силовую поддержку от Путина.

Но в Москве ему явно не верят.

Пока Лукашенко в режиме ежедневного общения с Кремлем пытается безрезультатно добиться очередного кредита, вмешательства «зеленых человечков» и т.

п., Москва, похоже, уже готовится к практически неизбежной смене власти в Беларуси.

Российская сторона делает осторожные заявления о том, что Лукашенко нужно договариваться с протестующими, а тем в свою очередь стоит рассмотреть в качестве компромисса конституционную реформу.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков, комментируя позицию КС, заявил, что «приветствует желание не разрывать отношения с Россией».

То есть оппозиционный орган в Кремле уже воспринимается как субъект политики.

Страны ЕС еще не выработали единую позицию в отношении белорусских выборов и пока ограничиваются персональными санкциями против Лукашенко и его окружения.

А замглавы госдепартамента США Стивен Биган уже встретился и с Тихановской, и с Лавровым, и теперь собирается наведать Минск.

При этом Александр Лукашенко категорически отказывается от переговоров с европейцами (на звонки Эммануэля Макрона и Ангелы Меркель он просто не ответил) и находится в тесном контакте только с Владимиром Путиным.

Если обобщить имеющиеся инсайды, создается впечатление, что Кремль не пытается сохранить власть Лукашенко.

Москва готова общаться с главой Беларуси до ноября, пока он является легитимным президентом, избранным на предыдущих выборах.

Только на таких основаниях Москва согласна поддерживать общение с Лукашенко.

В Минске говорят, что сейчас рассматривается план отсрочки инаугурации.

То есть в ближайшее время белорусы могут увидеть либо главу переходного правительства, либо уже выбранного элитами преемника Лукашенко.

Кремль готовится к управляемой смене власти, чтобы сохранить свое влияние в Беларуси.

Андрей Паливода.