Brexit: вечный проект

Brexit: вечный проект

Всё хорошо, что хорошо кончается? На самом деле не всё так просто. Брексит опроверг не одну прописную истину, в том числе и эту. Но после многолетних бурных переговоров радует сам факт, что достигнут хоть какой-то результат. Выход из ЕС без сделки всё же предотвращён. Обеим сторонам в рекордно короткий срок удалось согласовать договор о свободной торговле, а также некоторые другие вопросы, например, сотрудничество между правоохранительными органами или участие в научно-исследовательских программах. Одно лишь это вызывает уважение к работе обеих команд переговорщиков, которые могли общаться друг с другом отчасти лишь виртуально.

Обе стороны могут претендовать на победу — как всегда и должно быть на удачных переговорах. Это результат двух ориентированных на защиту переговорных стратегий: ЕС удалось защитить целостность своего общего внутреннего рынка от одного из наиболее мощных в экономическом отношении государств. Соединённое Королевство выторговало для себя максимум суверенитета. Под этим следует понимать то, что обязательств по соблюдению европейского законодательства отныне больше не существует, удалось откреститься от идеи динамической гармонизации стандартов и возобновить контроль над своей рыболовной зоной. Таким образом, это соглашение позволило сохранить лицо Лондону и Брюсселю и приступить к решению других открытых вопросов, прежде всего к практическому воплощению достигнутых договорённостей.

Всё же пословица «Всё хорошо, что хорошо кончается» в этом случае не соответствует действительности. Воспринятая с бурной радостью и Джонсоном, и фон дер Ляйен сделка стала важным шагом к упорядочению отношений между отныне разлучившимися партнёрами. В ней урегулирована большая часть обязательств обеих сторон и оговорены довольно сложные рамочные условия улаживания конфликтов в случае возникновения споров. Однако остаётся много пустот и неясностей. Договор о будущих отношениях между ЕС и Соединённым Королевством, который будет внесён для ратификации в Палату общин и Европейский парламент, хотя и насчитывает 1200 страниц, по факту является лишь рамочной сделкой.

Если посмотреть на спектр, начинающийся сохранением тесных связей между двумя сторонами и заканчивающийся максимальным удалением друг от друга, то в договоре прослеживается тенденция к последнему. Внимание сосредоточено на различиях, общее отодвинуто на задний план. В английском языке всегда говорилось о «мягком» (soft) и «жёстком» (hard) Брексите. Борис Джонсон принял решение в пользу жёсткого варианта. Главным для его правительства оказалась возможность принимать законы по своему усмотрению, а также суверенитет в его радикальном и почти ностальгическом понимании. За это приходится платить усилением контроля и бюрократии в трансграничной торговле товарами. Ещё более высокой платой стала неурегулированность доступа к рынку услуг в новом соглашении. А ведь это именно та отрасль, в которой Соединённое Королевство имеет активный торговый баланс в отношениях с ЕС.

Достигнуто соглашение о продолжении сотрудничества между правоохранительными и судебными органами в вопросах безопасности, но уровень его будет значительно ниже того, который существовал прежде и к которому Соединённое Королевство в качестве члена ЕС уже привыкло. Так, например, в будущем исчезнет возможность ежедневно 1,6 млн раз обращаться к банкам данных Шенгенской зоны, и неясно, каким образом можно закрыть эту брешь. То же касается и расследований Интерпола. Вопрос практической борьбы с трансграничной преступностью и терроризмом станет предметом дальнейших переговоров.

Для британских граждан, которые по понятным причинам в последние месяцы не следили за каждым поворотом в переговорах, также многое изменится. И на референдуме многое из этого умалчивалось. Работа, жизнь в Европейском Союзе и путешествия по Европе в будущем будут связаны с большими затратами и ростом бюрократии. Такие вещи, как медицинская страховка, официальные документы на домашних животных или страховка транспортного средства, необходимые до сих пор только для путешествий в дальние страны, могут в будущем понадобиться при пересечении Английского канала. Командировки будут связаны с новыми сюрпризами, ведь в зависимости от страны назначения будут действовать различные правила. Неясно и то, как многие британские пенсионеры будут коротать свои зимы на юге Европы с учётом ограниченного срока действия разрешений на временное проживание.

Всё это означает, что Брексит станет для Лондона вечным проектом. Переговоры с ЕС и государствами, входящими в его состав, продолжатся, ведь об этом прямым текстом сказано в договоре. В ближайшей перспективе на повестке дня окажутся вопросы защиты данных, равно как и возможные общие инструменты борьбы против катастрофических изменений климата. В долгосрочной перспективе появятся новые вопросы внешнеполитического сотрудничества. И параллельно придётся заниматься реализацией достигнутого соглашения во всей его сложности. Вдобавок с политической точки зрения каждое новое правительство в Лондоне, вероятно, будет стремиться к изменениям в отношениях с ЕС.

Решающую роль сыграет способность Лондона дать вразумительный ответ на вопрос о причинах Брексита. До сих пор выход был процессом чистого отторжения европейских правил, процессов и структур. Это был основной мотив переговоров, сопровождаемый риторическими речами насчёт славного будущего, которое наступит потом. «Обещания без какого-либо плана» — так назвал это историк Дэвид Эджертон. Ведь за исключением броских слов типа «Глобальная Британия» никто так и не сказал британцам, что же собирается делать их страна со вновь обретённой свободой от ЕС. Каким будет в целом курс «освободившегося» от ЕС Соединённого Королевства? Каковы цели, преследуемые им, и в составе каких альянсов оно попытается их достичь?

В нынешнем правительстве, правда, существуют адепты «Сингапура-на-Темзе» с высоким уровнем дерегуляции. Но у них нет большинства, равно как и у тори, которые также заседают в составе правительственной фракции, но стремятся скорее к национальному великолепию и региональному выравниванию. В то время как одни охотнее всего свели бы регулирование к абсолютному минимуму, другие желают обратного: строгих стандартов в качестве сигнала всему миру и щедрой поддержки со стороны государства британских предприятий с хорошо оплачиваемыми рабочими местами — лучше всего в старых, пришедших в упадок промышленных регионах Севера.

Спор между ними может начаться сразу же после окончательного утверждения договора. Но с учётом тенденций развития последних лет их вероятность всё же вызывает сомнения. От Джонсона, правда, можно ожидать велеречивых выступлений и броских лозунгов. Но суть дела остаётся скорее чуждой ему. Его сердцу ближе обещания, а вот план действий — вероятнее всего, нет. А потому подписи под сделкой — далеко не конец. Брексит не закончен, а что в нём хорошего, ещё предстоит определить.