Никогда не поздно: Почему добиться успеха можно в любом возрасте

Каждый из нас хотя бы раз в жизни задавал себе вопрос: "Могу ли я измениться?". Научная журналистка Настя Травкина решила найти ответ, обратившись к нейробиологии. В своей книге "Homo Mutabilis. Как наука о мозге помогла мне преодолеть стереотипы, поверить в себя и круто изменить жизнь" автор рассказывает о своих трудностях: учебной неуспеваемости, парализующем страхе показаться глупой, столкновении со стереотипами о женщинах, опыте бедности и борьбе с зависимостью. Книга выходит в издательстве Альпина Паблишер.

Книга помогает понять, какие факторы, влияющие на работу мозга, возможно контролировать, а какие нет, и предлагает методы, чтобы управлять первыми и справиться с последствиями вторых. Предлагаем прочитать фрагмент о том, почему важно не прекращать учиться на протяжении всей жизни, а также давайте развеем стереотип о том, что добиться успеха можно только в молодом возрасте.

"Слишком поздно"

Часто люди в 20 и даже в 15 лет говорят, что они уже чего-то не успели, ничего не добьются или прожили жизнь зря. Во многом это связано с развитием абстрактного мышления, осознанием необратимости времени и неизбежности смерти. Такие размышления открывают перед молодыми людьми экзистенциальные бездны философии, в которые можно погружаться все глубже, читая книги по этой теме. Но в то же время это понимание может быть направлено в совсем другое, деструктивное русло и привести к несправедливому отношению к себе. Под влиянием идеи о том, что, не успев выйти из детского возраста, наш мозг начинает стареть и работать хуже, а наши возможности сужаются, молодые люди могут счесть свою жизнь поражением и отказаться от саморазвития.

Как часто взрослые в моем детстве говорили о том, что какие-то способности поздно развивать! Для всего как бы есть строгие рамки. Некоторые более-менее понятны: в балетный кружок поздно идти после пяти лет, балериной Большого театра уже не станешь, ведь с каждым годом суставы становятся менее эластичными, а кости — более прочными. Но чем дальше от тела и ближе к мозгу, тем сомнительнее возрастные ограничения: мол, в восемь лет поздно учить ребенка музыке, в седьмом классе — начинать изучать английский, выбирать профессию нужно до девятого класса, поступать в университет — только до 20, наконец, совершить какое-то открытие можно только до 21 года. А что потом? А потом наступит "поздно", потому что мозг якобы деградирует.

Зачем люди воспроизводят эти мифы? Конечно, не из злых намерений. Родители чаще всего хотят, чтобы дети скорее устроились в жизни, и подгоняют их, чтобы они продуктивно использовали отпущенное время. Особенно часто такое давление испытывают молодые люди из необеспеченных семей. Но дети и подростки не знают этой "правды жизни" и воспринимают подобную риторику на свой счет буквально: ты не успел, твои попытки обречены на провал, не научился сейчас — не научишься никогда.

Подобное внушение демотивирует. Оно калечит многих и воспроизводится через поколения, многократно повторяясь. И даже если вы никогда не были послушным ребенком или подростком, повторенная 100 раз глупость может стать для вас "очевидной" истиной. Мы все можем верить, что после "часа икс" — будь то 18 лет или 22 года — нас не ждет ничего, кроме стремительного старения мозга и деградации.

А как же оставшиеся, скажем, 50 лет (а если повезет, то и 60, и 70)? Неужели и правда в оставшиеся десятилетия придется "доживать" жизнь, которую я лет 10 назад только начала осознавать? Но как это может быть, если с каждым годом мои способности все больше развиваются, а жажда решать сложные задачи растет?

Моя жизнь со временем все меньше вписывалась в картину "слишком поздно": с возрастом мои практические навыки и когнитивные способности только прогрессируют. Оказалось, что новые профессии можно осваивать всю жизнь, а не только в юности. Несмотря на то что я занялась спортом только в 19 лет, к 30 мой прогресс позволил задуматься о получении профессии тренера. Учебу в институте я завершила в 25 лет, и к ее окончанию учиться мне было интереснее и легче, чем в 18. Рисовала я с детства, но иллюстратором начала работать только после 25, а в 26 в составе арт-группы bojemoi занималась сценографией балета в Мариинском театре и продолжаю работать с декорациями все эти годы. К 26 годам я заинтересовалась нейробиологией, в 28 написала первую научно-популярную статью, а сейчас пишу свою первую книгу.

Я стала обращать внимание и на других людей, которые опровергают теорию "слишком поздно". С каждым годом я их встречаю все больше. Первым человеком, который натолкнул меня на мысль, что начинать заниматься чем-то новым можно не только в юности, был американский писатель Генри Миллер, который всю жизнь вынашивал идею стать писателем, но первое произведение написал в 36 лет, а в 43 года опубликовал первый роман.

Однако еще больше меня впечатляют реальные люди из моего окружения. Зачем далеко ходить? Мой партнер, художник Сергей Жданов, в 28 лет занялся журналистикой, не имея никакого опыта работы с текстом, а через четыре года превратился в одного из экспертов по психологии цифровых технологий в российских СМИ (его работы можно почитать в телеграм-канале "Чорт ногу сломит"). Или Саша Гриева, ученый-востоковед и специалист по китайскому языку, которая в 30 лет из академической науки перешла работать в сферу этичного фитнеса, эмбодимента и реабилитации, привнеся в них научный подход, внимание к сознанию и холизм, свойственный восточной философии (ее телеграм-канал называется "Утром ЗОЖ, вечером кутеж"). Или моя мама, которой я не устаю удивляться: она работала в сфере продаж и была домохозяйкой, а к 50 годам вспомнила о дипломе детского педагога, продолжила обучение и оказалась талантливым детоводителем. Да что уж там, недавно мой двоюродный дедушка Слава, никогда не имевший велосипеда, в 81 год впервые оседлал "Аист" и, поломав некоторое количество кустов вдоль дороги (но не костей!), научился кататься.

Когда мне было 15-20 лет, никто еще не знал, что спустя пару десятилетий главным навыком человека будет считаться умение постоянно учиться (эта концепция называется "непрерывное образование", или lifelong learning). А сегодня это базовое требование для тех, кто хочет активно участвовать в "четвертой промышленной революции" — роботизации и развитии ИИ. Но разве это было бы возможно, если бы наш мозг оставался неизменным и со временем только изнашивался?

"В каком возрасте можно совершить открытие?"

Годфрид Харольд Харди, внесший вклад в теорию чисел и математический анализ, в своей книге "Апология математика", вышедшей в 1940 году, написал: "Каждый математик должен помнить о том, что математика больше, чем любая другая наука, — удел молодых".

Многие вслед за ним считают, что в науке (особенно в математике и физике) открытия совершают только молодые люди, и это как бы верный признак того, что на третьем десятке мозг только деградирует и не способен на творчество и прозрения. Однако это всего лишь вредный миф, который мешает многим людям реализовать свой потенциал.

Действительно, Исаак Ньютон был очень продуктивным в науке и философии вплоть до 40 лет, но одно из самых значительных открытий — закон всемирного тяготения — открыл в возрасте около 24 лет. В 26 лет Альберт Эйнштейн сформулировал знаменитое уравнение взаимосвязи массы и энергии E = mc², норвежский математик Нильс Хенрик Абель решил трехсотлетнюю математическую загадку в возрасте 21 года, а Эварист Галуа в 20 лет и вовсе погиб на дуэли — на следующий день после того, как описал в письме другу свои математические исследования, которые теперь изучает каждый студент-математик. Вернер Гейзенберг, Нильс Бор, Джулиан Швингер сделали свои главные открытия, когда им было 20 с небольшим. Эрвин Шрёдингер выглядит на их фоне белой вороной, поскольку открыл свое волновое уравнение квантовой механики аж в 39 лет!

Социальный психолог Дин Симонтон изучил биографии 2000 знаменитых ученых и обнаружил, что математики, как правило, действительно раньше других ученых делают свои первые открытия — в среднем в 27 лет (сравните с 29,5 года для биологов и 30,5 года для химиков).

Идея о том, что математический гений должен быть молодым, основана на реальных примерах, но на деле не имеет ничего общего с продуктивностью и здоровьем мозга.

Почему молодые люди часто успешнее в математике? Во-первых, потому, что наука требует огромных интеллектуальных затрат, энергетически эквивалентных спорту, а молодые люди обычно имеют больше физических сил и времени и меньше обязательств перед другими людьми.

Во-вторых, молодые ученые часто более заметны из-за того, что, например, Филдсовская премия (самая престижная премия по математике, аналог Нобелевской, которую математикам не присуждают) дается людям до 40 лет. При этом многие награды за важные открытия даются ученому только один раз. Это значит, что ученому, получившему премию в молодости, впоследствии она больше не присуждается.

В-третьих, по словам самих математиков, сделать научную публикацию в математике проще, чем в других науках. Например, чтобы опубликовать исследование по нейробиологии, нужно провести сложные лабораторные эксперименты и правильно их задокументировать, в математике же достаточно расписать теорию. Математик Аллен Кнутсен (известный своими работами в области математики жонглирования, между прочим) говорит, что в его области диссертации пишутся за один-два месяца: "Моя работа заняла 25 страниц, и я с ужасом смотрю на 800-страничные работы историков. В математике аргументация занимает один параграф, все смотрят на него и говорят: "Да, всё так"".

Ранний старт отнюдь не означает, что дальше — только закат. Джеймс Максвелл создал систему уравнений, описывающих электромагнитное поле, в 33 года, Алан Тьюринг придумал знаменитый тест, определяющий способность компьютера к мышлению, в 38, Лейбниц открыл метод разложения рациональных дробей на сумму простейших в 56. Математик XIX века Карл Фридрих Гаусс делал важные открытия до весьма почтенного возраста, дожив до 76 лет. Пал Эрдёш, начавший математическую карьеру в возрасте, в котором я не могла справиться со шнурками, за свои 83 года жизни стал самым продуктивным математиком XX века, написав полторы тысячи научных работ и доказав множество теорем. Чарльз Луис Фефферман, получивший кандидатскую степень в 20 и ставший профессором в 22, за свою жизнь был удостоен множества премий: Филдсовской — в 29 лет, премии Стефана Бергмана — в 43; премии имени Бохера (ее вручает Американское математическое общество раз в три года за наиболее значительные работы в области анализа) — в 59; и третьей в мире по престижности премии Вольфа — в 68 лет.

Исследование Нэнси Стерн, проведенное в 1978 году, показало, что больше всего математических научных статей публикуют авторы в возрасте 35-39 лет, за ними по продуктивности идут ученые 40-44 лет, на третьем месте — люди старше 60. Однако наиболее часто цитируются работы не молодых авторов, а ученых за 40 и 60. Социолог Стивен Коул в 1976 году провел исследование, результаты которого показали, что с увеличением возраста ученых качество и значимость их научных работ не снижаются. А психолог Дин Симонтон обнаружил, что, вопреки распространенному мнению, открытия, которые чаще всего упоминаются в работах историков науки и биографов, совершают ученые в зрелом возрасте: математики — почти в 39 лет, химики и физики — в 38, а биологи — в 40,5 года.

Если некоторые люди делают свои первые открытия в юности, это не означает, что после этого их интеллектуальный потенциал истощается. Большинство людей интеллектуального труда посвящают молодые годы (до 30-40 лет) обучению и саморазвитию, чтобы к зрелому возрасту накопить достаточно опыта и знаний.

Статистика показывает, что ученые продуктивно работают и после 40, и после 60 лет. Что было бы, если бы все они верили в миф "слишком поздно" и бросали попытки прорваться сквозь завесу неизвестного с помощью силы разума? Наоборот, они не сдаются перед неразрешимыми проблемами, тратя на их решения десятки лет и передавая их нерешенными новым поколениям преемников, которые продолжают над ними биться, чтобы однажды кто-то (юный или не очень — неважно) наконец совершил тот самый прорыв.

Мы формируем для себя так называемое самосбывающееся пророчество, когда говорим: "Я больше не стану лучше, умнее или просто другим, я не разрешу неразрешенного и не создам несозданного — ведь это невозможно".

Самосбывающееся пророчество — ложное предсказание, которое влияет на реальность таким образом, что в итоге оказывается верным. Придумавший этот термин социолог Роберт Мертон описывал это явление так: "Самосбывающееся пророчество — это ложное понимание ситуации, которое приводит к такому поведению, которое делает изначально ложное предсказание верным... затем произошедшее приводится как доказательство правдивости изначального предположения".

Когда мы это себе внушаем, мы опускаем руки, и это становится правдой. Но мозг любого человека может работать так, как мозг математиков, физиков и других ученых: продуктивно в любом возрасте (несмотря на то, что у каждого это может проявляться по-своему).

Мнение эксперта: Как кофе способствует набору лишних килограммов.

Мнение эксперта: Как уборка снега ущемляет права женщин.