Пока рядовых работников УЗ лишали премий и зарплат, Набсовет купался в деньгах. Шокирующие данные о ЗП бездельников

На прошлой неделе Профсоюз Укрзалізниці вывел под Кабмин работников компании. Бастовать людей в 15-градусный мороз вынудили низкие зарплаты, заморозка премий и откровенное надувательство с пенсионными взносами.

Как писали СМИ, месячная зарплата подавляющего большинства сотрудников УЗ составляет 4173 грн. При этом Наблюдательному совету, который никак законодательно не отвечает за результаты своей деятельности и практически не ведет никакой деятельности, в 2019 году выплачивали астрономические суммы – по 1,2-1,3 млн грн. на брата в месяц. Или в 287! раза больше, чем тем, кто выполняет реальные работы на железной дороге. Мы сознательно говорим именно о Набсовете. Ведь операционные руководители, в отличие от членов НС, по крайней мере, несут прямую ответственность за экономические результаты работы предприятия.

При этом данные о заплатах НС в госпредприятиях уже давно обросли легендами. До сих пор нет внятной прозрачной информации о том, сколько же получают «надзиратели» за то, что могут «трудится» за сотни тысяч или миллионы гривен в месяц, вполне официально тратя на это всего 20%! своего времени (раз в неделю). Именно столько им разрешено уделять внимания на заботу о государственной собственности, не неся никакой ответственности за результаты своей работы. А счастливчики и вовсе могут работать в Набсоветах сразу нескольких компаний, получать доплату за «ненормированные переработки» в ими же созданных Комитетах, за представительские расходы и т. п.

В этом позорном явлении как в кривом зеркале ярко отражаются наши чиновники при попытке скопировать международный опыт развитых стран. Дело в том, данная сфера регулируется в соответствии с рекомендациями Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР).

Тому що «прозорі»

Согласно рекомендациям ОЭСР, во-первых, госпредприятия должны обеспечивать высокий уровень прозрачности информации о вознаграждении членов Набсовета и руководителей.

А что в результате? Получить корректную и полную информацию невозможно даже по депутатским или журналистским запросам.

Тем не менее, в СМИ просачивается информация об их зарплатах. Летом 2020 года нардеп от Слуги народа Ольга Василевская-Смаглюк опубликовала зарплаты Набсовета Укрзализныци. Если верить депутатке, зарплата Шевки Аджунера, главы набсовета УЗ, за период 1 сентября 2018 г. – 30 апреля 2020 г. составила 13,833 млн грн. Или в среднем около 691,7 тыс. грн в месяц (на протяжении 20 месяцев).

За тот же период зарплата членов набсовета УЗ Андерса Ослунда, Кристиана Куна, Андреаса Матье составила по 11,733 млн грн. Или в среднем за месяц по 586,7 млн грн.

Член НС УЗ Адомас Аудицкас за сентябрь 2019 г. – апрель 2020 г. получил заработную плату 3,093 млн грн., или 386 млн. грн. в среднем в месяц на протяжении 8 месяцев.

Зарплата назначенных от Кабмина в декабре 2019 года «смотрящих» Олега Журавлева и Сергея Лещенко за январь-апрель 2020 года – по 1,406 млн грн каждому, или по 351 тыс. грн. ежемесячно (за четыре месяца).

Но редакция располагает более шокирующими цифрами. В действительности суммы дохода членов Набсовета в Укрзализныце примерно раза в два выше от сумм, озвученных Василевской. Очевидно здесь все дело в терминах – вполне возможно, что общие расходы госкомпании на членов НС не ограничиваются понятием зарплата. Сюда включаются представительские расходы, различные начисления и доплаты, придуманные с целью повышения благосостояния их карманов.

К примеру, согласно данным бухгалтерии украинского ж/д гиганта, в 2019 году общие затраты на ОДНОГО члена В СРЕДНЕМ составили около 1,3 млн грн в МЕСЯЦ. Из них около 1,15 млн – это прямое вознаграждение за так называемую работу в 20% от рабочего времени. Остальное (около 150 тыс. грн. в месяц) – представительские расходы на походы за сытыми обедами в рестораны, проезд, проживание в дорогих отелях, телефонные переговоры и т. п. Все, якобы, в связи со служебной надобностью.

Итого, в 2019 году на 8-м членов НС УЗ было израсходовано почти 125 млн грн!!!

А теперь читаем первые два пункта требований работников профсоюза УЗ:

«1. Усунути порушення Галузевої угоди між Державною адміністрацією залізничного транспорту України і профспілками щодо зростання заробітної плати залізничників не менше ніж на 25%. Підвищення заробітної плати всім працівникам Акціонерного товариства «Українська залізниця» здійснити шляхом перегляду тарифних ставок і посадових окладів зі збереженням міжрозрядних та міжпрофесійних співвідношень у зв’язку з невиконанням пп. 3.2.1 та 3.2.2 Галузевої угоди у 2019–2020 рр.

2. Забезпечити виплату працівникам Товариства винагороди за підсумками роботи за 2019 рік на підставі п. 3.2.24 Галузевої угоди».

А вот еще одно вполне справедливое требование трудового коллектива:

«7. Забезпечити виконання п. 3.6.20 Галузевої угоди між Державною адміністрацією залізничного транспорту України і профспілками, а саме – перерахувати пенсійні внески до Професійного недержавного пенсійного фонду «Магістраль» на користь всіх працівників Товариства в обсязі 100% коштів, передбачених на ці цілі фінансовими планами АТ «Укрзалізниця», починаючи з 2018 року».

То есть, пока работников лишали премиальных, пенсионных взносов (прощай пенсия?) и заморозили повышение зарплат (инфляция за три года составила около 20%), члены НС купались в роскоши, тратя только на свои капризы по 150 тыс. грн. в месяц корпоративных денег.

Единственная позитивная новость во всем этом – в 2020 году аппетиты Набсовета были урезаны примерно в два! раза. Слава богу у правления компании появилась такая возможность в связи с общими карантинными мораториями на непомерные зарплаты чиновников.

Согласно нашим данным, в 2020 году среднее вознаграждение члена НС УЗ составило уже около 600 тыс. грн. в месяц (против 1,15 млн грн в 2019-м). Были значительно снижены и «представительские» – со 150 тыс. грн. до 75 тыс. грн. в месяц.

Кстати, как писал Антикор, правление УЗ также существенно ограничило возможности членов НС по разбазариванию денег компании. Например, главе Набсовета Шевки Аджунеру обрезали лимиты корпоративных карточек на ежедневные нужды с 500 тысяч до 100 тысяч гривен в месяц.

Здесь уместно привести еще одно требование профсоюза УЗ: «6. Збільшити у 2021 році розмір добових витрат на відрядження працівникам Товариства у межах України з 200 грн. до 600 грн. на підставі пп. «а» пп. 170.9.1 Податкового кодексу України».

Итого, на семи членах Набсовета Укрзализныце в 2020 году удалось сэкономить для рядовых сотрудников астрономические 55 млн грн!!!

Тем не менее, по мнению многих экономистов, резерв для экономии расходов госкомпаний на бездельниках в НС остается еще большой. Учитывая результаты их деятельности.

Тому що «відповідальні»

Основной аргумент инициаторов огромных зарплат в корпоратизированных госпредприятиях – мол, это остановит их от коррупции, которой занимается вороватый менеджмент этих компаний. Мол, такие «высокопрофессиональные» специалисты международного класса обеспечат стабильное развитие аборигенных компаний. Но, по мнению экономистов, украинские госкомпании давно стали плацдармом для получения почетной пенсии иностранными топ-менеджерами, в чьих услугах на коммерческом рынке уже никто не нуждается. Справедливо это и для украинских членов НС.

Эксперт Международного центра перспективных исследований (МЦПИ) Егор Киян прокомментировал «Апострофу», что работа НС в Украине напоминает японскую модель, где людям, проработавшим в компании в течение всей жизни, особенно на руководящих должностях, устраивают почетную пенсию в виде некой должности, где не нужно особо напрягаться.

Он также отметил, что «…таких набсоветов, которые бы эффективно исполняли свои функции – очень и очень мало. В основном туда идут или ради денег, или ради лоббирования чьих-то интересов».

И ладно бы при высоких зарплатах члены НС действительно обеспечивали стабильное развитие компаний. Все же происходит наоборот. В частности, Укрзализныця закончила 2020 год с миллиардными убытками, и ее практически уничтожили частники на грузовом рынке.

И что члены НС, получившие астрономические суммы за свои должности? На их лицах спокойная блажь, как у священных коров в Индии.

Так вот, во-вторых, по словам нардепа Павла Фролова, рекомендации ОЭСР гласят, что следует «разработать механизмы оценивания и поддержки результативности работы и независимости наблюдательных советов».

Но никаких ключевых показателей эффективности (KPI) для членов Набсоветов украинских госкомпаний законодатели не предусмотрели. В отличие от рядовых сотрудников этих компаний, которые получают по 150 долларов в месяц и которых по КЗоТ могут штрафовать, увольнять за малейшую провинность или не выполнение производственных задач.

Смешное до слез оправдание такому положению дел изобрел извечный борец с коррупцией, член НС УЗ Сергей Лещенко, который получает 10% доплаты за руководство им же придуманным при компании Комитете по антикоррупции и комплайенсу.

«Есть страны, где для набсоветов устанавливаются KPI. Украина выбрала другой вариант… KPI есть у правления, и если бы он был у наблюдательного совета, то был бы риск сговора. Ведь выход на определенные KPI приводит к финансовому вознаграждению, и наблюдательный совет фактически мог потерять свою функцию, а только подыгрывать правлению, ведь тогда и набсовет получал бы бонус. Модель корпоративного управления, которая не предусматривает KPI, нивелирует этот риск заговора», – сказал он в интервью Минтрансу.

Очень удобная позиция, не правда ли? Тогда логичный вопрос: если высокие з/п не удержат НС от соблазна заниматься в сговоре с правлением очковтирательством, то ЗА ЧТО ВООБЩЕ ПЛАТИТЬ НС ТАКИЕ ВЫСОКИЕ СУММЫ?

Кстати, ни на странице в Фейсбук Сергея Лещенко (которую он активно обновляет), ни в Гугл по ключевым запросам – ноль информации о результатах его работы по борьбе с коррупцией в Укрзализныце. По сообщениям СМИ коррупционные схемы на ж/д вскрывает СБУ.

Зато встречается много критики в его адрес. Например, по словам экс-заместителя главы комитета ВР по вопросам предотвращения и противодействия коррупции Борислава Березы, «зарплаты руководства и членов Наблюдательного совета «Укрзализныци», их полномочия и функции – отдельная больная тема. Ее можно описать тремя словами: дорого, бессмысленно, вредно для бюджета… Скажите, может, кто слышал, как Лещенко озвучил хотя бы одно обвинение кому-то в «Укрзализныце»? Раскрыл хоть малейшую схему, чтобы оправдать свое рыхлое пребывания на этом посту?!».

А экс-директор по экономике и финансам УЗ Андрей Рязанцев (который теперь может выносить сор из избы) утверждает, что Сергей Лещенко разоблачает только мелкие коррупционные сделки «для отвода глаз», не борется с коррупцией, а лоббирует интересы того, кто обеспечил его назначение.

Впрочем, Сергей Лещенко в упомянутом интервью сам же и признался в факультативной сути работы НС: «Каждый член наблюдательного совета борется с коррупцией в УЗ в силу своих возможностей».

На прямой же вопрос журналиста о его достижениях в УЗ завел долгую песню о том, что процесс превыше результата: «Вопрос немного некорректен, я – член наблюдательного совета, а это коллегиальный орган. Один из моих фокусов – это искоренение коррупции в Укрзалізниці, что проявляется в активном участии…».

И напоследок о людях, потерявших совесть

Как считает Павел Фролов, «более подходящих условий для существенного улучшения своего материально-финансового положения, чем украинские наблюдательные советы, просто не найти. У нас, в одной из самых бедных стран Европы, показатели оплаты труда членов наблюдательных советов иногда превышают аналоги в Германии и Франции. Зато ответственности – никакой».

По его данным, зарплата Шевки Аджунера в УЗ сейчас в 3,7 раза превышает средние выплаты его коллег из аналогичных компаний – операторов железных дорог в Европе. Например, вознаграждение Мишеля Оденволда в «Дойче Бане» (Германия) оставило 75 тыс. евро за 2019 г., или до 190 тыс. украинских грн. в месяц. В компании «Эсенсиэф» (Франция) глава совета директоров тоже получил 75 тыс. евро за 2019 г. (190 тыс. грн. в месяц). При этом на сайте «Укрзалізниці» отсутствуют отчеты о работе наблюдательного совета, а также текущая финотчетность.

Даже в экономически благополучной ж/д отрасли ЕС нет такого, как в Украине разрыва между средней зарплатой по компании и зарплатой членов НС.

В частности, средняя заработная плата в государственной ж/д компании Deutsche Bahn (Германия) в 2016 году составляла 52 тис евро в год, или 4,3 тис евро в месяц (130 тыс. грн. в месяц).

В Укрзализныце средняя з/п в 2018 г. составляла 10,9 тыс. грн., или почти в 13! раз меньше. При этом большинство сотрудников госкомпании, вынужденных бастовать в морозы, получают и вовсе мизер в 4,2 тыс. грн.