Запрет «ТикТока» и продажи лекарств детям: последствия трагедии в Боярке

После трагического происшествия в Боярке, когда в результате передозировки лекарством «Дротаверин» погибла школьница, а ее подруга попала в больницу, прозвучали идеи заблокировать социальную сеть «ТикТок», в которой девочек могли подстрекать к поступку, и запретить продажу лекарств детям. Эксперты склоняются к тому, что предотвратить подобные случаи поможет разъяснительная работа среди детей, родителей и учителей, а также налаживание гармоничной занятости у подростков.

«Необдуманные действия, непредсказуемые результаты»

16 февраля в городе Боярка Киевской области произошла трагедия. Две семиклассницы местной гимназии в стенах учебного заведения решили принять по 40 таблеток «Дротаверин». Одноименное вещество является основным в популярном препарате «Но-шпа».

Девочек в бессознательном состоянии нашли одноклассницы. Одну из них спасти не удалось: падение артериального давления и остановка сердца. Как сообщили в полиции, подвигнуть школьниц на такой поступок мог специальный призыв, или «челлендж», в социальной сети «ТикТок». Эту версию на следующий день подтвердили в прокуратуре.

«Около месяца школьница, которая выжила, увидела в социальной сети “ТикТок” видеозапись, где на черном экране было предложение: “Выпей 40 таблеток “Но-шпы” и увидишь, что будет”. Вот результат – ребенок 13 лет погиб! – написала на своей странице в фейсбук представительница ювенальных прокуроров Департамента защиты детей Офиса генерального прокурора Юлия Усенко. – Отрабатываются версии негативного влияния Интернета, склонения к самоубийству, отношений с семьей и сверстниками, законность продажи лекарств детям. Но, забегая наперед, девочки не были склонны к самоубийству, проблем в семье и со сверстниками не имели».

Найти «скрины» смертельного челленджа в соцсети оказалось трудным, а те картинки, которые публиковались в СМИ в доказательство существования такого вызова, никак не соответствовали описанию свидетельницы. Но эксперты уверены: с версией о негативном влиянии призывов в соцсети правоохранительные органы не поспешили.

«Помните, в 2016-17 годах был очень популярен среди детей суицидальный челлендж “Синий кит”, – говорит бывший руководитель районного управления Нацполиции Киева Денис Ярославский. – Я на самом деле один их первых, кто эту тематику поднял публично. Я тогда был начальником Обуховского отдела полиции. Мы вместе с мэром весь город Обухов и округу, родителей собрали в киноконцертном зале. Оказывается, родители вообще не понимали, что такое есть. Они жили своей жизнью и, пока не произошла беда в Украинке, когда девочка спрыгнула с крыши, никто даже не задавался этим вопросом. На самом деле такой челлендж не нов. Я думаю, полиция не поспешила. Полиция сталкивалась с этим еще с 2015-16 годов».

Дротаверин – легкодоступный и распространенный спазмолитик. Он легко всасывается и при очень сильной передозировке вызывает смерть. Он устраняет спазм гладкой мускулатуры в организме человека, а это желудочно-кишечная, желчевыводящая, мочеполовая и сосудистая системы. После передозировки может последовать паралич дыхательного центра и остановка сердца, мучительная смерть. К сожалению, смертельные дозы «Но-шпы» довольно часто используются для самоубийства среди предрасположенных к этому людей. Но есть и другие случаи в медицинской практике: у пациента болел живот, он постоянно пил «Но-шпу» с короткими перерывами, но боль не проходила. В результате наступила смерть от передозировки препарата.

Эксперты говорят, что вряд ли случай в Боярке был простым суицидом, но и преувеличивать влияние соцсетей также не стоит. Также есть версия, что девочки могли быть недообследованными на расположенность к суициду. Этого порой не могут сделать профессионалы-психологи за длительное время наблюдения пациента в стационаре, что уже говорить о родителях, которые не имеют психологического образования.

«Не думаю, что это попытка суицида, – говорит криминалист Виктор Бояров. – Недостаток внимания, отсутствие того, что называется социализация, вхождение во взрослую жизнь, такой переходный период. Я думаю, здесь попытка реализации себя, чтобы внимание уделили. Только это. Отсутствие воспитательной работы, отсутствие жизненного опыта. Необдуманные действия, необдуманные результаты, непредсказуемые для них».

«Общественное мнение преувеличивает возможности социальных сетей, а часто – даже демонизируют их, – говорит конфликтолог Богдан Петренко. – “Группы смерти” не настолько всемогущи, чтобы с нуля довести человека до самоубийства. Они только объединяли тех, кто уже готов был покончить жизнь самоубийством. Так же преувеличивается роль “челленджей” в убийстве (самоубийстве)».

Тем временем в прокуратуре привели статистику: «2021 год начался с 18 самоубийств и попыток их совершения. Возраст детей – от 10 до 16 лет. Причиной роста числа самоубийств некоторые источники называют активизацию так называемых “групп смерти” наподобие “Синего кита”. В каждом отдельном случае важна работа подразделений киберполиции по выявлению таких опасных контентов, принятие мер по их блокированию», – сообщила Юлия Усенко.

Превенция и физическая нагрузка

После трагедии в Боярке появились намерения запретить «ТикТок». Например, такую идею в комментарии УНН высказал Уполномоченный президента Украины по правам ребенка Николай Кулеба. Он отметил, что у этой соцсети нет контроля за вредным для детей контентом.

«Буквально сегодня днем мне звонила директор одной из школ под Киевом, и она сказала, что только они собрали более 10 тысяч подписей от учителей и родителей о запрете ТикТок. Кто-то должен подать законопроект. Я не имею таких полномочий подавать, поэтому здесь должен кто-то из парламента подать законопроект. Если парламент поддержит, то эта сеть в Украине может быть запрещена», – сказал Николай Кулеба.

Эксперты считают, что запрет целой соцсети в данном случае является чрезмерной мерой. С таким успехом можно запретить детям выходить на улицу. А вот обезопасить подрастающее поколение от негативного влияния сети необходимо.

«Что я хотел бы настоятельно рекомендовать, так это родителям побольше времени проводить со своими детьми, – говорит Денис Ярославский. – Надо следить за их поведением. Хотят они того или нет, как-то тихонечко взламывать, дублировать их аккаунты, взламывать, дублировать их телефоны. Сейчас такая жизнь, что родители еле сводят концы с концами или заняты 24 часа в сутки и ребенку вообще не уделяют время. А ребенок от этого может оказаться в очень плачевной ситуации. Тут самая большая просьба к родителям смотреть за детьми. Потому что эти челленджи, начиная с “Синего кита”, до добра не доводят».

К сожалению, печальное событие в Боярке не стало последним. Подобный случай произошел на следующий же день в Умани с одной только разницей, что там были восьмиклассницы и выпили они не по 40, а 10 таблеток «Дротаверина». Обошлось без смертельных жертв, но школьницы попали в больницу. Они объяснили свои действия тем, что, посмотрев сюжет о несчастье в Боярке, таким образом хотели привлечь к себе внимание родителей.

«Сразу начали проверять все версии без исключения, подключили к работе киберполицию, которая проверяла социальные сети, страницы девочек – не пребывают ли они в каких-то группах, не поддерживают ли какие-то челленджи. Эту версию отвергли – девочки не состоят в группах риска в соцсетях и не поддерживают челленджи. Выяснилось, что у девочек, которым по 14 лет, есть непонимание с близкими. Так объяснили девочки и их родители. Возникают ссоры. Также у одной девочки проблемы с парнем», – рассказала пресс-секретарь Национальной полиции Черкасской области Зоя Вовк.

«Если они собирались привлечь этим внимание, то это истероидная реакция. Это уже патология. Истерики таким образом манипулируют окружающими. На самом деле они не хотят смерти», – рассказывает медицинский психолог Данил Протас. Возможно, внимание к детям могло бы предотвратить случай в Умани, а возможно, и в Боярке.

«Поколения удаляются друг от друга, – говорит Богдан Петренко. – Процесс родительского воспитания часто воспринимается как финансовое обеспечение и пусть этим занимается школа. Само по себе общество атомизируется, и прямого общения сегодня значительно меньше, чем поколение назад. К критическим для жизни подростков ситуациям приводит отсутствие рядом человека, с которым можно поделиться своими переживаниями. Без такого человека возникает вынужденное уединение со своими негативными эмоциями. А невысказанные эмоции пугают гораздо больше. Поэтому, я считаю, очень важно, как можно раньше начать формировать критическое мышление у ребенка, чтобы он осознавал последствия любых своих действий».

Данил Протас считает, что общение родителей с детьми не всегда может помочь. Родители бывают разные, порой сами замкнутые, приходят с работы уставшими и не всегда есть время на детей. Да и не каждый родитель может найти подход к своему ребенку. Поэтому нужно следить, чтобы ребенок был гармонично занят.

«Если он много проводит время в занятиях, школе, у него должна быть альтернативная прямо пропорциональная физическая нагрузка, именно физическая, – говорит Данил Протас. – Подростки вообще должны поменьше сидеть у компьютера. Это современная беда. Появился даже такой диагноз – цифровой аутизм. Подростки уходят от реальной жизни туда. У подростков повышено вырабатывается адреналин. Это гормон борьбы. Если он не сжигается в активной физической деятельности – в спорте, беге, живых контактах, соревнованиях – он начинает разъедать психику изнутри. Тогда адреналин – гормон агрессии – направляется на самого носителя и может спровоцировать мысли про суицид и так далее».

Психолог говорит, что родители, которые заботятся о своих детях, должны следить, чтобы их ребенок регулярно минимум два раза в неделю занимался спортом, ведь постоянное нахождение в сети может вылезти не только в суициде, но и в бессоннице, апатии, шизоидных расстройствах, социофобии, когда подростки попросту боятся жить. Эксперт отмечает, что суицид не всегда может быть связан с соцсетью, но это не значит, что родители не должны заниматься своими детьми.

«Это не повод, чтобы родители упускали из виду, в каких группах сидит их ребенок. Если родители заметили, что ребенок залез в какую-то проблемную группу, то рисково самостоятельно пытаться это все разгрести. Родители могут агрессивно среагировать, и ребенок затаится. Сразу к психологу, и пусть психолог раскручивает своими методами», – говорит Данил Протас.

Эксперт считает, что в школах также должен быть обязательный предмет «Киберзопасность», где будут объяснять, что есть группы, в которых детям хотят зла, и дети, увидев подобные факты в сети, должны быстро сообщать о них учителю, родителям, в полицию. Другие эксперты также отмечают, что здесь очень важно предупреждать несчастья через разъяснения среди детей, родителей и педагогов, работать на превенцию. Это будет даже куда действенней, чем запрет целой соцсети.

«Я думаю, что ювенальная полиция здесь должна заниматься разъяснением по школам, – говорит Денис Ярославский. – Превенция. Это их основная задача. Они должны брать психологов, обходить все школы, в актовые залы и работать с детьми, работать с подсознанием. Только так. По-другому никак. К сожалению, вся молодежь сейчас висит в Интернете, они ловят оттуда эти хайпы и не разбираются, что может навредить их здоровью, что может навредить их жизни. Они просто ловят хайп и повторяют. В функции ювенальной полиции входит разъяснительная работа по школам. Это одна из их основных работ».

Чтобы предотвращать провокации суицида в соцсетях, необходимо понимать, кто администрирует и модерирует группы смерти или запускает смертельные челленджи. Как правило, это люди с психическими расстройствами и отклонениями. Например, 22 февраля в Киеве задержали администратора группы смерти. Им оказалась девушка. Она втянула 13 детей в общение, связанное с подстрекательством к совершению суицида. «Сейчас она находится на лечении, у нее психические отклонения», – рассказала начальник управления ювенальной превенции Нацполиции Лариса Зуб.

Данил Протас рассказывает, что заниматься такими действиями в сети администраторов групп смерти заставляет классическая шизоидная сверхценная идея.

«Это когда шизофреник считает, что, моделируя эти самоубийства, он спасает детей от ужасов последующей жизни, – говорит психолог. – А может наоборот, сверхценная шизоидная идея, что люди заслуживают того, чтобы быть уничтоженными. Нормальному человеку в голову не придет доводить других людей до суицида. Нередко это психопаты садисты, которые не могут реализоваться и сбросить злость в обычной жизни, моделируют таким образом сброс своей агрессии по такому изощренно жестокому сценарию на детей».

«Надо понять, почему дошло до трагедии»

Полиция установила, что школьницы в Боярке приобрели несколько пачек «Дротаверина» в аптеке неподалеку от школы. В Нацполиции заявили, что Минздрав должен запретить продавать детям лекарства, а в Верховной Раде тут же пообещали разработать и зарегистрировать законопроект, который бы запрещал продажу лекарств детям. Тем более что спустя сутки после Боярки произошел случай в Умани.

«Сегодня до 22:00 будет зарегистрирован законопроект, который запретит продажу лекарств детям до 18 лет: и рецептурных, и безрецептурных. О витаминах мы сейчас не говорим, о бадах не говорим, потому что это не лекарство, – заявил 19 февраля в комментарии «Радио Свобода» председатель комитета Верховной Рады по вопросам здоровья нации Михаил Радуцкий. – У нас еще есть спор, насколько жестким должно быть наказание. Оно должно быть, и нести следует административную и уголовную ответственность, но по срокам еще не скажу».

22 февраля в Верховной Раде «слуги народа» зарегистрировали два законопроекта. Один из них предлагает запретить продавать лекарства лицам до 14 лет, а второй предусматривает усиление административной ответственности для медицинских и фармацевтических работников. Продажа лекарств детям до 14 лет будет означать штраф от 400 до 800 необлагаемых минимумов (6800 – 13 600 гривен).

«Украина занимает одно из первых мест в мире по количеству самоубийств, большинство из которых совершили подростки в возрасте до 14 лет. В последнее время количество суицидов среди детей 5-14 лет выросло в 30 раз. Кроме того, в Украине наблюдается тенденция к обострению ситуации и так называемой “аптечной наркомании”. Для приобретения большинства “аптечных наркотиков” не требуется рецепт от врача», – сказано в пояснительной записке к одному из законопроектов.

«По данным ВОЗ, около 20 % летальных случаев в результате отравления лекарствами приходится именно на детей. Согласитесь: жуткая тенденция. Как показывает практика – дети до 14 лет лечатся только под присмотром старших, поэтому у подростков нет нужды покупать себе лекарства», – написала на своей странице в фейсбук один из авторов проектов, народный депутат Украины Елена Шуляк.

Но не все считают, что это правильная реакция государства на возникшую проблему.

«Прежде чем плодить очередные инициативы, особенно если они что-то ограничивают, нужно исследовать, что происходит, почему не работают предыдущие, – говорит глава Всеукраинского совета защиты прав и безопасности пациентов Виктор Сердюк. – Почему не работает закон о лекарственных средствах, почему не работает лицензионные условия, где четко написано, что все рецептурные препараты должны отпускать по рецепту. Точка. Отпуск без рецепта – это нарушение лицензионных условий».

Эксперт считает, что логики в запрете продажи лекарств после трагедии в Боярке нет: «Эта логика могла бы появиться только после того, как проведено исследование, почему это произошло. Не потому что продали ребенку, а что сделали для того, чтобы не продавать. Это кто-то должен проверить и зафиксировать. Для этого Гослекслужба должна работать, а не быть просто вывеской. Почему она вывеска? 10 % от потребности бюджета, там людей нет, перестали проверки происходить, – рассказывает Виктор Сердюк. – Гиппократ говорил, что лекарство от яда отличается только дозой. Чем больше наука идет вперед, тем больше разница между ядом и лекарством становится уже и уже. Лекарства становятся сильнее и сильнее, чтобы успешно лечить болезнь. Поэтому и пишется максимальная суточная доза, максимальная разовая доза, летальная, то есть смертельная доза. Что мешает выявлять нерецептурную продажу и лишать лицензии? Если у нас единственный стимул что-то менять и ужесточать – это трагедия, то надо понять, почему до нее дошло».

Виктор Сердюк считает, что продавец в аптеке, услышав от девочки запрос на большое количество «Дротаверина», должен был попросить рецепт. Если бы его не оказалось, то провизор должен был отказать в продаже лекарства. Возможно, тогда трагедии бы не произошло.