Фабрика правды. Как и для чего Украина создает Центр борьбы с фейками

Как с этим будут бороться – ниже в материале.

Впервые о желании создать специальный орган для борьбы с фейками заявил президент Владимир Зеленский осенью 2020 года на Генассамблее ООН в Нью-Йорке. Тогда он предложил основать в Киеве штаб-квартиру международного центра, который займется информационной безопасностью.

Эта идея на время затихла, но неожиданно получила продолжение в марте текущего года. Так, Министерство культуры и информационной политики (МКИП) объявило, что в ближайшее время запустит Центр противодействия дезинформации.

Но 11 марта секретарь Совета национальной безопасности и обороны Алексей Данилов заявил, что работать он будет именно на базе СНБО. В то же время в Минкульте будет параллельно создана похожая структура – Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности.

Впрочем, к намеченной дате – 16 марта – ни одна из структур не заработала. Указ Зеленского о создании Центра при СНБО был опубликован только 19 марта, но при этом руководитель подразделения до сих пор не назначен. Центр информбезопасности при Минкульте, в свою очередь, возглавила медиаменеджер Любовь Цыбульская. Но сам орган начнет работать только ближе к концу марта.

Вопрос безопасности

Подробности, касающиеся различий в функциях подразделений СНБО и Минкультуры, на официальном уровне пока что не разглашаются. В Совбезе не смогли также ответить на вопрос РБК-Украина, когда будет назначен руководитель Центра противодействия дезинформации и полноценно запущена его работа.

"Ожидаем подписания указа (о назначении главы Центра, – ред.)", – сообщил агентству источник в СНБО в понедельник, 22 марта, на вопрос о том, начал ли уже центр свою работу.

Согласно решению Совета от 11 марта, этот орган будет заниматься противодействием текущим и прогнозируемым угрозам национальной безопасности Украины в информационной сфере. Также среди его задач – эффективная борьба с пропагандой и "недопущение манипулирования общественным мнением".

Министр культуры и информационной политики Александр Ткаченко в комментарии РБК-Украина в общих чертах обрисовал полномочия подконтрольного ему подразделения – Центра информбезопасности и стратегических коммуникаций. По словам министра, эта структура сосредоточит свои усилия не только на борьбе с дезинформацией и пропагандой актуальной повестки дня, но и на информационной защите в гибридной войне с РФ.

"В первую очередь, это нейтрализация влияния дезинформации и манипулятивной информации, которую распространяет государство-агрессор, на украинское общество", – объяснил Ткаченко.

Во-вторых, структура должна будет быстро реагировать на ключевые темы, в рамках которых распространяют фейки и пропаганду. Также она займется просветительством и коммуникационными проектами.

В свою очередь Данилов, рассказывая о Центре противодействия дезинформации при СНБО, отметил, что эта структура будет опираться на информацию от разведывательных служб. Работать в нем будут сотрудники аппарата СНБО. Актуальность создания такого центра именно сейчас он объяснил "переходом в активную фазу" информационной войны с Россией.

Глава Офиса президента Андрей Ермак сообщил, что контролировать работу центра СНБО и следить за его деятельностью будет глава государства. "Этот орган не будет политическим", – уверяет руководитель президентской канцелярии.

Ермак также выразил уверенность, что результаты работы центра украинцы увидят "очень скоро".

Подобные центры информационной борьбы с пропагандой противника существуют во многих странах Европейского союза. К примеру, в Риге (Латвия) размещен центр НАТО по стратегическим коммуникациям. Он был открыт в 2015 году как ответ на активизацию России в информационном пространстве.

Эта же угроза стала основанием для открытия в 2017 году в Хельсинки (Финляндия) Европейского центра по противодействию гибридным угрозам.

Центр анализа

Стоит отметить, что вопрос информационного противостояния с РФ возник в Украине достаточно давно. Еще с весны 2014 года в госорганах начали уделять особое внимание развенчанию многочисленных фейков противника. Чтобы централизовать эту работу, были созданы Информационно-аналитический центр СНБО и Министерство информационной политики.

Медиаэксперт Татьяна Попова работала в обеих структурах. В комментарии РБК-Украина она отметила, что идея создать единый центр борьбы с дезинформацией появилась еще при прошлой власти, но по непонятным причинам так и не была реализована.

"Конечно, потребность в таком центре давно назрела и перезрела. Я лично первый раз по нему писала предложение в 2016 году, еще до своего увольнения (из Мининформполитики, – ред.). Я показывала его американцам, они сказали "да-да, это то, что вам надо", но центр так и не открылся", – рассказывает она.

Ее бывший коллега по Министерству информационной политики Дмитрий Золотухин говорит, что инициативы о создании центра появились еще раньше – с июня 2014 года. Он считает, что такая структура не должна иметь большой штат, а просто активно работать с профильными пресс-службами ведомств.

"В идеальном мире Центр противодействия дезинформации создан для того, чтобы подносить патроны и снаряды. А ключевые коммуникации должны осуществлять пресс-службы соответствующих ведомств. В таком случае количество сотрудников центра не будет превышать состав среднего рекламного или пиар-агентства", – заявил он в комментарии РБК-Украина.

Эксперт отметил, что есть два принципа работы таких структур. При первом варианте формируется "матрица угроз", и фейки из тем, которые в нее не входят, просто игнорируются.

Во втором варианте Центр может работать без заранее заданных целей и приоритетов. В таком случае, единственный приоритет – это ежедневный перечень из определенных информационных сюжетов (от 4 до 9), который будет формироваться в режиме реального времени. Например, для того, чтобы сформулировать единую государственную позицию по всем вопросам, которые, возможно, будут подниматься в вечерних итоговых выпусках новостей или ток-шоу.

Татьяна Попова говорит, что в любом случае украинский Центр будет обязан набрать мощную команду аналитиков, в том числе разбирающихся в алгоритмах работы соцсетей, и наладить взаимодействие с западными партнерами. Работать такая институция должна в формате 24/7. Медиаэксперт вспоминает, что в 2014-2015 годах во время обострения на фронте ее утро начиналось с просмотра и анализа российских фейков об украинских военных, которые противник успел "наплодить" за ночь.

"Каждый день я звонила в 7 утра и спрашивала у сотрудников: ну что, кого мы (имеются в виду украинские военные, – ред.) сегодня съели, изнасиловали, убили? То есть появляются за ночь фейки, придуманные в Москве или в Донецке, и надо на них реагировать", – сказала Попова.

Она приводит пример такого реагирования из своей практики. Речь об обстреле остановки общественного транспорта в Донецке утром 22 января 2015 года. Тогда погибло около двух десятков мирных жителей. Боевики "ДНР" сразу обвинили в теракте украинскую сторону.

Попова, тогда работавшая при Минобороны, вспоминает, что пресс-релиз украинских силовиков, отрицавших свою вину, был "сухим" и сложно написанным. Тогда она вышла с просьбой на местных донецких журналистов, которые смогли буквально на местности доходчиво показать, что обстрел велся вовсе не со стороны сил АТО.

После демонстрации в СМИ этих аргументов, боевики "ДНР" были вынуждены срочно изменить свою первоначальную версию и придумать новый миф о "блуждающих по Донецку украинских минометчиках". Но доверие к их заявлениям уже было существенно подорвано.

Разрушители мифов

Инертность и бюрократия государственных коммуникаций в Украине привели к тому, что за активное противодействие российской "дэзе" взялись общественные организации. Так, в марте 2014 года заработал журналистский проект StopFake, который занялся фактчекингом, то есть на основе достоверных фактов опровергал неправдивые сообщения СМИ и заявления противника.

С 2020 года эта организация активно сотрудничает с Facebook и занимается для него проверкой на правдивость различных сообщений как украинских, так и российских госорганов и СМИ.

Эта кооперация уже дает ощутимые результаты. К примеру, в марте текущего года Facebook промаркировал как "неправдивые" и понизил в выдаче публикации крупных российских СМИ о задержании в Воронеже троих "украинских неонацистов" из радикальной группировки "МКУ".

Украинские фактчекеры проверили эту новость и заявили администрации соцсети, что она является фейком. Исполнительный директор StopFake Руслан Дейниченко говорит, что это была достаточно простая работа. Сначала фактчекеры проанализировали новость, обнародованную ФСБ, и обнаружили в ней сомнительные моменты и нестыковки.

"Мы позвонили в Следственный комитет РФ, поговорили со следователем, поговорили с участниками задержания, с их друзьями и родственниками, и мы для себя сделали вывод, что никакого отношения к Украине они не имеют", – рассказал он в беседе с РБК-Украина.

Руководитель фактчекеров уверяет, что, общаясь с российскими следователями, они не скрывали свою принадлежность к украинской общественной организации. "Мы никогда не скрываем, кто мы и с какой целью звоним", – подчеркивает глава StopFake.

При этом делиться с новосозданными украинскими структурами своей частью работы по развенчанию российских мифов в StopFake не спешат. Дейниченко считает, что правительственные органы не должны заострять свое внимание именно на фактчекинге. По его мнению, они должны работать по более обширным вопросам, которые требуют значительных финансовых ресурсов и согласования с госструктурами.

"Я не думаю, что какому-либо правительственному учреждению еще надо этим (фактчекингом, – ред.) заниматься и создавать какой-либо центр для этого. Есть более глобальные задачи, которые общественный сектор не может решить на своем уровне", – отметил он в комментарии изданию.

При этом глава организации подчеркивает, что фактчекеры предоставляли свою аналитическую помощь прежним украинским властям и готовы сотрудничать с нынешними.

В Министерстве культуры и информационной политики обещают, что обязательно будут обращаться за помощью к неправительственным организациям в этой сфере. Министр Ткаченко назвал РБК-Украина перечень таких организаций, с которыми уже установлен контакт. Среди них StopFake, VoxCheck, Институт Развития Региональной Прессы, Украинский кризисный медиа-центр, Open Information Partnership, Internews Ukraine, NDI, DFRLab, EU Delegation to Ukraine.

Получаемая от них информация, по задумке министра, будет проходить оценку в Центре стратегических коммуникаций при Минкульте, где будут определяться приоритетные темы для реагирования.

"В будущем предполагается существование собственной системы контент-анализа Центра стратегических коммуникаций и информационной безопасности", – отметил министр.

При этом бывший заместитель министра информационной политики Дмитрий Золотухин уверен, что украинские фактчекеры должны не просто сотрудничать с государственными центрами информбезопасности, а выступать "арбитрами" для решения спорных ситуаций.

Еще один момент, на который, по его мнению, стоит обратить особое внимание – это введение ответственности за фейки. Эксперт задается вопросом, почему за ложное сообщение о минировании в Украине введена уголовная ответственность, а, например, за ложное заявление о вреде индийской вакцины от коронавируса – нет. По его мнению, ущерб общественным интересам присутствует и в одном, и в другом случае. В то же время Золотухин подчеркивает, что именно государственные органы вводить наказание за фейки не могут априори.

"Я думаю, что такая санкция должна существовать в каком-то виде. Однако, поскольку государство выступает как субъект конфликта интересов в таких вопросах, санкция за ложь в СМИ не может быть его функцией", – отметил он.

Министр культуры Александр Ткаченко ушел от прямого ответа на вопрос, стоит ли вводить наказание за дезинформацию в СМИ.

"О распространении фейков тем или иным СМИ общественность должна быть обязательно проинформирована. Если говорить в контексте наказания – то каждый отдельный случай в контексте санкций должен рассматриваться индивидуально", – заявил он.

* * *

За годы военного конфликта на Донбассе украинское общество уже привыкло к пропаганде российских СМИ. Очередные их заявления о "распятых мальчиках", "поедании снегирей" и "гей-батальонах ВСУ" становятся скорее объектами насмешек, а не информацией для серьезного анализа. Тем не менее украинские фактчекеры призывают не терять бдительность. Они фиксируют опасные тенденции и усиление дезинформационных атак на уровне 2014-2015 годов.

"Мы делаем такой вывод, что сейчас идет подготовка со стороны России к более серьезным шагам, в том числе, с активным использованием военной силы", – отмечает глава StopFake Руслан Дейниченко.

Действия властей по созданию сразу нескольких центров борьбы с дезинформацией подтверждают эти опасения. Осталось только дождаться начала их работы, чтобы оценить эффективность украинских "разрушителей мифов".

ОЛЕГ ЧЕРНЫШ

Источник