"Карточный налог". Почему украинская розничная торговля выступает против эквайринга

После того, как освободили, наконец-то, Суэцкий канал, я очень надеюсь, что также благополучно освободят и предпринимателей от банковского "карточного налога на эквайринг". 

Общаясь со многими коллегами-ритейлерами, нетрудно прийти к выводу, что банковский эквайринг забирает до 50% от прибыли. 

Хочу показать альтернативный угол зрения на эту весьма широко освещенную в соцсетях проблему.

Из-за того, что со стороны ритейла фронтменом выступил мой тезка Владислав Чечеткин, а со стороны банковского бизнеса Олег Гороховский, может сложиться неверное впечатление, что это война Rozetka против Монобанка. 

На самом деле, это далеко не так. Вся розница Украины кровно заинтересована в уменьшении этой дорогой и неоправданной для ритейла комиссии.

В чем принципиальное отличие сегодня в Украине ритейла от банковского бизнеса: 

Ритейл состоит исключительно из частных компаний. Я не знаю ни одной государственной розничной сетки. Ритейл не является привлекательной индустрией для государства. Там нельзя заработать экстра-деньги и, тем более, там нечего "пилить". 

Помнится, ровно 10 лет назад, когда представители Пшонки и Януковича отжимали наш бизнес, они не были заинтересованы в его долгосрочной эксплуатации. Иметь дело с низкомаржинальным, сложнооперационным ритейлом смысла особо не было. 

Смысл был перевести весь кэшфлоу на себя, и не рассчитываться с поставщиками за товар, пока источник не иссякнет. 

Ритейл, будучи частным, работает в тесном взаимодействии с банками. И наш ритейл рос, во многом, благодаря банкам. В основном, это были частные и этичные банкиры. Государственные банки нам не сильно помогли в развитии бизнеса.

Что важное выяснилось из битвы титанов Чечеткин-Гороховский. 

1. Многие узнали новое модное слово "интерчендж".

2.Но, главное, все узнали, из чего именно он состоит.

До недавнего времени, когда ты приходил к банкиру с просьбой о снижении эквайринга, ты получал два типа ответа:

• От этичных банкиров, что это невозможно, потому что внутрит заложена очень высокая себестоимость. И, в большей своей части, этот ответ был правдив. Просто он не раскрывал всю правду. 
• От остальных банкиров, что все деньги уходят основным операторам платежных систем Visa и MasterCard. 

Последний ответ оказался неверным, и этот миф был рассеян полностью, благодаря общественной дискуссии, потому что их комиссия оказалась ниже 0,1%.

А, вот, насчет первого ответа, мало где в открытых источниках можно было найти из чего именно состоит интерчендж, что из 2-х процентов эквайринга 1,6% идет эмитенту карты, а 0,4% идет тому, кто поставил терминалы в розничную сеть. 

И вот тут начинается самое интересное, так как большинство эмитентов — это госбанки Приват и Ощад, а в основном, Приват, то те частные этичные банкиры, которые отвечали про высокую себестоимость, говорили абсолютную правду. 

Потому что, в лучшем случае, зарабатывают часть от 0,4%. Добиться того, чтобы в ритейле стояли только их терминалы, довольно сложная, с точки зрения этики, задача. 

Они не оказывают такое давление на клиентов, как это делает Приват. И даже, если ты не имеешь вообще никаких терминалов Привата, то тебе все равно позвонят несколько раз месяц и предложат либо то, что тебе не нужно — "банковское обслуживание и открытие счета"; либо то что ты не можешь получить по определению — "кредиты по нулевой ставке". 

Отписаться от этого "сервиса" невозможно, даже если у тебя есть персональный банкир. У меня не получилось. 

В отличии от доминирования государственных банков, составляющих абсолютную монополию на рынке платежных карт, розничная торговля дисперсна и там нет не только госсектора, но и доминирующих игроков. Никто не занимает долю рынка, измеряемую двумя цифрами в процентах. Не говоря уже про более 50%, как у госбанков. 

Таким образом, конкуренция заставляет ритейлеров понижать цены. 

Онлайн-ритейл оказывает огромное давление на офлайн-ритейл, и чистая рентабельность бизнеса не превышает у ритейла, который пробивает всю свою выручку по кассе, более 2%.

 Таким образом, банковский эквайринг забирает до половины от всей прибыли. И это в нормальный год. А сейчас уже 2-й год, который нельзя назвать нормальным. А комиссия по эквайрингу все еще остается неизменной. 

Банкиры утверждают, что если цена на эквайринг упадет, то это не отразится на цене для покупателя. 

Ритейлеры были бы счастливы иметь бОльшую доходность, чтобы быстрее развиваться и делать более быстрые ремоделинги, обновляя магазины. 

Но, к сожалению, на дисперсном рынке, где царит абсолютная совершенная конкуренция, в обоих каналах продаж, где онлайн прогибает и опускает цены офлайн, где цены могут меняться много раз в день, а наиболее передовые ритейлеры ставят электронные ценники, позволяющие делать переоценки мгновенно, вопрос "оставить себе маржу от сэкономленного эквайринга" вообще не стоит. 

Еще один момент. 

Ритейлеры увеличивают обьемы продаж ежегодно. Это позволяет им компенсировать постоянно снижающиеся цены для потребителей, дополнительными скидками от поставщиков, понижением аренды в торговых центрах и другими видами экономии на масштабах. 

Простым решением могло бы быть, если бы представители банков и торговли сели за стол переговоров. И, как минимум, разово, с учетом гигантского роста выручки через карточки, уменьшили бы объем комиссии в два раза. 

Но "переговоры" проходят интересным образом. Сначала круглый стол собирает президент, где присутствуют, преимущественно, заинтересованные в эквайринге. 

А потом отдельно собираются банкиры с представителями платежных систем без представителей ритейла и придумывают "интересную схему", где они якобы передают 1% клиентам через скидку на карточке, что не изменяет общую комиссию для ритейла. 

Монополист крепко держит позицию. И единственная сила, способная разрушить силу монополии — это государство. Пикантность ситуации составляет тот факт, что и монополия эта государственная. 

Но оставить сейчас, как есть, уже невозможно. 

Когда вода кипит, надо приподнять крышку и выпустить пар. 

Иначе последствия могут быть такими же, как два президента назад, когда был насильно удержан курс 8, вместо того, чтобы немного отпустить его и сделать 12. Получили, в итоге, 30.

Поэтому, сейчас и идет битва за принятие этого закона. И мирным путем было бы договориться точно дешевле. 

Но если нет такого желания договариваться, то ритейл устроит и принятие закона.

Первоисточник.

Публикуется с согласия автора.