Турецкая альтернатива Босфору: новые риски и возможности для Украины

Авария контейнеровоза под панамским флагом Ever Given в Суэцком канале, которая почти на неделю остановила международную торговлю на одном из важнейших транспортных путей мира, ярко продемонстрировала чувствительность глобальной логистики к капризам природы. Именно ту материальную чувствительность, о которой люди опрометчиво начали забывать, веря в неограниченные возможности цифровой экономики.

Несмотря на то, что авария в Суэцком канале практически не повлияла на экспортные операции Украины, избежать размышлений о глобальных транспортных путях в современном мире, который постоянно меняется, нашему государству все же не удастся. Тем более, что повод для обсуждения дал не только Суэц, но и одобренный на днях правительством Турции проект построения альтернативы проливу Босфор – Стамбульского канала.

Проект стоимостью 9,2 миллиарда долларов предусматривает строительство 45-километрового искусственного канала, который соединит Черное и Мраморное моря.

Сроки завершения строительства этого канала Турция пока не называет, готовя проект к общественному обсуждению. По словам турецких чиновников, канал позволит разгрузить Босфор, который проходит через 15-миллионный мегаполис Стамбул и постоянно сталкивается с проблемой корабельных заторов из-за неспособности пролива справиться с огромным количеством судов.

Проблема, которую пытаются решить турецкие власти, очень хорошо ощущается украинскими экспортерами. По данным Украинского независимого судебного агента Stark Shipping, ожидание прохождения пролива обычно составляет до 24 часов (при хороших погодных условиях), а это потери во времени и деньгах. Бывают случаи, когда капитаны днями ждут разрешения пройти по проливу.

Ориентированная на экспорт сырья украинская экономика имеет критическую зависимость от Босфора. В частности, доля национального экспорта, который проходит через этот пролив, в общем объеме экспорта через украинские порты составляет 98,5 процентов, а импорта – 90 процентов. Эта статистика включает транспортировку грузов балкерами (судами для перевозки насыпных грузов) и танкерами.

По словам директора Stark Shipping Владимира Иванцова, зависимость в экспортно-импортных контейнерных перевозках от морского пролива, который разделяет Европу и Азию, тоже почти тотальная.

Этих показателей достаточно, чтобы понять насколько угрожающим для украинской экономики может стать внезапное блокирование Босфорского пролива. При любых обстоятельствах: естественных, технологических, политических.

Не говоря уже о том, что Босфор, в отличие от Суэцкого канала, не имеет альтернативы для судов, следующих из или в украинские порты, на маршруте между Средиземным и Черным морями.

Очевидно, что построение Стамбульского канала как минимум позволит полностью или частично решить проблему корабельных заторов, но приведет ли это к снижению себестоимости перевозок?

Свободный проход торговых судов через Босфор гарантирован Конвенцией Монтре о статусе проливов от далекого 1936 года. Эта норма позволяет торговым судам избежать уплаты средств за проход, что, например, присуще тому же Суэцкому каналу, а следовательно избыточные затраты перевозчиков в районе Босфора связаны исключительно с простоем в пробках на его входе.

Однако эта конвенция касается только черноморских проливов Босфор и Дарданеллы, а как будет со стамбульским каналом, о котором в 1936 году никто не мечтал, до сих пор неизвестно. Президент Турции Реджеп Эрдоган уже успел заявить, что канал не будет подпадать под действие конвенции, чем обеспокоил все черноморские государства.

Неопределенность международно-правового статуса канала создает риск, что Турция захочет зарабатывать на прохождении торговых судов через установление ставки транзитного сбора.

И вот тут встает вопрос: финансовые затраты, которые несут перевозчики из-за простоя в пробках на входе в Босфор, перевесят транзитный сбор за пользование каналом?

Сейчас, в силу отсутствия публичной позиции правительства Турции, этот вопрос остается без ответа, и эта неопределенность создает долгосрочные риски для торговой политики Украины.

Другой важный вопрос, который влияет на энергетическую безопасность Украины, транзит танкеров со сжиженным газом из Средиземного моря в Черное. Сейчас Турция полностью блокирует транзит такого груза через Босфор, объясняя это загруженностью пролива и экологическими рисками для жителей Стамбула.

Из-за этого Украина теряет возможность диверсифицировать поставки газа, получив напрямую сжиженный газ из того же Катара (одного из крупнейших производителей такого газа в мире) и де-факто становится зависимой от посредников.

Турецкие чиновники говорят, что рассматривают возможность транспортировки газа через Стамбульский канал, но учитывая планы Анкары стать мощным энергетическим хабом в Европе и то, как активно Турция развивает собственные терминалы для приема сжиженного газа, существует риск, что и новый канал будет закрыт для украинской энергетики.

Проект Стамбульского канала является чрезвычайно важным для Украины, ведь непосредственно будет влиять на торговую политику государства. Несмотря на все еще зачаточную стадию проекта, украинская власть должна уже начинать думать над формой вовлеченности нашей страны в него.

И если мы достаточно слабый игрок на международном рынке, чтобы мощно вкладываться, то политически мы просто обязаны находиться в постоянном диалоге с турецкими властями. Тем более, стратегическое партнерство Украины и Турции, которое вызрело в последние годы, позволяет это сделать.

Павел Степанец

Читайте последние новости Украины и мира на канале УНИАН в Telegram