Это вам не Эйяфьядлайёкюдль. Извержение вулкана Фаградальсфьядль глазами украинца из Рейкьявика

Уже две недели в Исландии извергается вулкан Фаградальсфьядль. За это время местность стала туристической Меккой: безопасно полюбоваться на потоки лавы приезжали уже 10 тыс.человек.

Мариупольчанин Сергей Артамонов, сейчас находящийся в Рейкьявике, поделился с Фокусом впечатлениями.

Сегодня я впервые услышал плеск лавы. Распростертое огненное поле волнуется, напирает новыми потоками, создает белый шум, напоминающий шум прибоя. Находиться рядом достаточно безопасно, поскольку края лавового поля неторопливы, хоть под хрупкой, затвердевшей коркой-скорлупой проглядывает свежая лава — она еще раскалена докрасна и отнимает все больше пространства у древней долины.

Люди фотографируются у подножия Фаградальсфьядля, поют песни, готовят гриль прямо на жару, отрывают на сувениры приглянувшиеся куски серо-грифельной лавы с острыми шипами, целуются, расхаживают под вьюгой в обнимку, греются над застывающими глыбами, сушат белье и ставят камеры на тайм-лапс. 

У многих от постоянного изумления улыбка не сходит с лица часами, все дружелюбны, поддерживают, если кто-то поскользнулся, легко знакомятся. Вулкан здесь — главный герой, и он объединяет. 

Счет туристов идет на тысячи человек, они говорят на разных языках, стекаясь ручьями по окрестным склонам с фонариками на лбу в ту же долину, куда течет оранжево-стальная лава. Когда сгущаются сумерки, ее цвет становится кровавее, поле отчетливее пронизывают тысячи раскаленных нитей, едва белеющие заснеженные склоны соседних вулканов больше не отвлекают от огненного протагониста.

По пути к вулкану нам встретилось множество молодых людей и людей среднего возраста: закаленный исландец с оголенным торсом, спортсмены и даже отряд солдат. В воздухе в это время кружили вертолеты и квадрокоптеры. Я никогда не видел столько народа и вообще столько всего в одном месте, даже на open-air-концертах.

Поскольку местные соцсети быстро отреагировали на новый тренд, можно смело говорить о вулкан-шейминге, когда стадное чувство зовет в шестичасовой поход за заветной фотографией на профиль в Facebook. 

И раз уже о соцсетях, то из них и узнаешь все о технике безопасности. Однако на деле стихия огня часто делает нас иррациональными и авантюрными. И тогда очень сложно удержаться от того, чтобы не потрогать лаву, не подойти предельно близко к надвигающейся массе, не погреться у дымящихся мхов.

Однажды мы увидели ребенка, подошедшего очень близко к огню, в другой раз на молодого парня чуть не свалилась груда острых, горячих камней. К счастью, спасательные бригады регулярно прочесывают периметр поля, предупреждают о появляющихся опасных зонах, усиливающейся концентрации газа. На въезде в зону извержения мы заполнили карточку и указали время приблизительного окончания похода — если не проследуем обратно, нас начнут искать. 

На сложных участках со скользким и крутым подъемом уже установлены канаты. Нам повезло, что тропинки были протоптаны, — в первый день люди шли по песчаным и скользким мшистым холмам безо всяких указателей. 

Я не знаю, сколько продлится это Богом ниспосланное извержение — неделю или еще двадцать лет, — но сегодня я вместе с радиацией и легким газовым аперитивом из диоксида серы и диоксида углерода получил свое самое яркое впечатление в жизни, яркое — в самом прямом смысле.