Положа руку на сердце. Как швейцарский медик уже 7 лет помогает украинским кардиологам

Пандемия коронавируса и последующее закрытие границ изменили многие сферы жизни, в том числе международное сотрудничество в медицине. Однако такие контакты понемногу восстанавливаются, к примеру, после годичной паузы в апреле Киев посетил Пьер Левис, швейцарский медик, кардиолог. Уже несколько лет он сотрудничает с киевским Центром детской кардиологии и кардиохирургии, где обменивается опытом с украинскими коллегами. 

Пьер Левис – выдающийся в своей сфере специалист. В 1970-х годах, когда Левис работал в городском госпитале Цюриха, он познакомился с Андреасом Грюнцигом, ученым и врачом, который изобрел метод баллонной ангиопластики коронарных артерий. Суть метода состоит в том, что пациенту заводят в сердечный сосуд специальный катетер с миниатюрным баллоном, расширяют его и таким образом устраняют сужения артерий – причину многих сердечнососудистых заболеваний. 

Эта технология произвела революцию в кардиологии, поскольку позволяет лечить больных в более щадящем режиме, а пациенты быстрее восстанавливаются, чем после открытых операций на сердце. Все эти годы Левис последовательно внедрял новую методику лечения в медицинскую практику, в том числе в цюрихской клинике Klinik im Park, где он работает с 1986 года.

Имея за плечами 35-летний опыт работы, Пьер Левис щедро делится им с зарубежными коллегами. Приезжая в Киев, он работает в безумном темпе. Собственно, интервью проходит в перерыве между процедурами, на небольшом пятачке у входа в операционную, врача постоянно отвлекают от вопросов украинские коллеги, уточняя у Левиса специфические нюансы подготовки к следующей операции. Фокусу кардиолог рассказывает об особенностях работы в Украине, и о том, как пандемия повлияла на его образ жизни. 

Практические занятия

Вы много работаете в киевском центре. Это ваша обычная нагрузка? 

— В Киеве я работаю больше, чем в Цюрихе. Обычно я приезжаю на неделю или пять дней, стараюсь сделать за это время как можно больше. К моему приезду коллеги собирают пациентов, многие записываются на консультации именно ко мне. Поэтому я провожу от 10 до 13 вмешательств в день. Кроме плановых процедур есть и срочные, к примеру, был пациент с острым инфарктом, мы его оперировали ночью.

Есть ли у украинских пациентов особенности болезней, которых нет у швейцарцев? 

— Разницы я не вижу, заболевания сердца и в Украине, и в Швейцарии одинаковые. Для меня проблема в том, что мы с пациентами говорим на разных языках, мне нужны переводчики. В Цюрихе у меня обычно есть больше времени на общение. Но это не самая важная часть работы, для врача главное — знать, что нужно пациенту.

Как вы узнали о киевском Центре детской кардиологии и кардиохирургии?

— В Швейцарии есть фонд EurAsia Heart Foundation, в рамках работы с которым мы ездим в разные страны и обучаем молодых кардиологов. В киевский центр нас пригласил его директор Илья Емец. Поэтому я приезжаю в Украину на протяжении семи лет, бывает, что по десять раз в год. Обучение провожу исключительно на практике: мы рассматриваем случаи реальных пациентов, проводим различные вмешательства, в том числе сложные операции. 

Работаете ли вы в других странах мира?

— Кроме Украины я езжу в Мьянму, обычно два раза в год, а также в Узбекистан и в Россию.

Годичная пауза

Как изменился ваш образ жизни с началом пандемии ковида? 

— Моя жизнь сильно изменилась. Начнем с того, что обычно я четыре месяца в году посвящаю зарубежным поездкам от фонда, а тут целый год я не мог никуда выезжать. Это моя первая зарубежная поездка с начала пандемии, поскольку в Киеве у меня близкие друзья и коллеги. В клинике в Цюрихе я не мог принимать плановых пациентов, эти операции отложили, а койки приготовили для пациентов с ковидом. Из-за карантина и боязни заразиться люди не посещали клинику, даже если у них есть серьезные проблемы с сердцем. Для нас это проблема, ведь мы хотели бы видеть их раньше, чем появятся осложнения. Три месяца назад эпидемия пошла на спад, стало чуть легче, однако количество заражений в Швейцарии снова растет, и мы снова приостанавливаем плановые операции. 

По наблюдениям американских медиков у многих пациентов с ковидом есть осложнения сердечнососудистой системы. Наблюдаете ли вы это в своей практике?

— У меня не было много таких пациентов. Более распространенными последствиями ковида считаю состояние легких и постковидный синдром, даже у молодых людей. Знаю случаи, когда человеку делали пересадку легких после тяжело перенесенного ковида.

Какие направления в современной кардиологии считаете наиболее важными?

— Наш вызов – это малоинвазивные методики, которые позволяют лечить серьезные осложнения. К примеру, сейчас мы можем менять клапан в аорте, а также митральный клапан без открытой хирургии. Эти методики на данный момент имеют самый большой потенциал в кардиохирургии. Украина в этом плане немного отстает из-за финансовых проблем. Такие операции стоят крайне дорого, а у украинцев нет денег, чтобы оплатить операцию, равно как и страховки, как в Швейцарии. Надеюсь, однажды ситуация изменится. 

О том, как Фокус провел день с врачами киевского Центра детской кардиологии и кардиохирургии, побывал на сложной операции и выяснил, как продвинулись украинские медики в лечении тяжелых сердечно-сосудистых заболеваний, читайте в нашем репортаже.