Свет в конце бункера – есть ли он? О послании Путина российскому Федсобранию

Одно из последствий российской агрессии: Россия навязала Украине себя в качестве ньюсмейкера и постоянной топ-темы в украинском информационном пространстве. В этом, собственно, и состоит один из аспектов её информационной агрессии. И мир, которого рано или поздно добьётся Украина, непременно должен включать в себя информационную независимость — когда украинцы будут вспоминать о существовании России в этом мире, когда сами захотят, а не потому, что Россия ломится в их двери и окна.

А пока что нам приходится анализировать тот и смех, и грех, который высказывают Путин или его приближённые.

Ежегодного послания Путина российскому Федеральному собранию ожидали с тревогой: не объявит ли Украине войну, не станет ли потрясать кулаками? И когда восставший из бункера вообще практически не упомянул Украину, по многим нашим СМИ прокатилось дружное: «Фух, пронесло».

Но пронесло ли? Действительно ли он виден — свет в конце путинского бункера? Даже с учетом вчерашних новостей об отводе российский войск от границы с Украиной? Если учитывать всё предыдущее поведение Путина и его кагэбистскую профессию?

Путин никогда и не объявил бы войну Украине, никогда открыто не сказал бы: «Иду на вы». Ни прямо, ни косвенно. Наоборот: чем большая армада вторглась бы — не дай Бог — в Украину, чем очевиднее это было бы для всего мира — тем более завзято Путин повторял бы своё «ихтамнет». И в этой связи действительно тревожит бессодержательное, вокруг да около, убаюкивающее, едва ли не снотворное его выступление. Россия на каждом углу кричит о мировой русофобии, о кольце врагов вокруг неё, вставшей с колен — и тут Путин уделяет внешней политике подозрительно мало времени и ещё меньше конкретики. Что это: ему действительно нечего сказать — или же он намеренно усыплял бдительность, отвлекал внимание, умиротворял аудиторию? Чтобы, не дай Бог, не проговориться, не выдать своих намерений?

У Путина тревожит не грохот обвинений и угроз — у Путина тревожит тишина. Непривычная и неожиданная тишина. Нелогичная, противоестественная, выбивающаяся из общего ряда его риторики.

Да, говорил Путин, что в России якобы «духовно-нравственные ценности, о которых в ряде стран забывают, нас, напротив, сделали сильнее, и эти ценности мы всегда будем отстаивать и защищать». Что имеется в виду, как защищать, при чём здесь «целый ряд стран», если в данном пассаже речь шла о России?

По словам Путина, Россия всегда неукоснительно действует в рамках международного права, а ещё ведёт себя «сдержанно и даже скромно, не отвечает не только на недружественные акции, но даже на откровенное хамство». Вспомнился анекдот, много лет назад слышанный от Петра Порошенко: приходит муж домой, а в постели — жена с любовником. Жена, увидев мужа: «Ну вот, пришёл — теперь начнутся глупые, высосанные из пальца упрёки, подозрения». В нашем случае попробуем вспомнить, когда это Россия не отвечала? Глупых «контрсанкций» не вводила? Западных дипломатов не высылает по принципу «зуб за зуб»? Ботинком по трибуне не стучит — так, что этот стук не умолкает?

И если всё это - «не отвечает», то что Путин имел в виду под словом «отвечать»?

Зато в коротком блоке, посвящённом внешней политике, Путин говорил в том числе и о вооружении, в частности: «К 2024 году доля современного оружия и техники в войсках составит почти 76%». О вооружениях — это была завершающая тема, под занавес, то, что должно лучше всего запомниться. Квинтэссенция, подытоживание всего сказанного.

В своём послании Путин вообще не коснулся темы катастрофы с водоснабжением в оккупированном Крыму. Нет, не только не предложил способов решения и ничего не пообещал — вообще не упомянул об этом. Не странно ли, не наводит ли на подозрение, что решение он видит в чём-то таком, о чём не следует говорить вслух и заранее?

Были в выступлении Путина моменты, приоткрывшие завесу над его образом мышления и образом действий.

Прежде всего, обращает внимание, что об отношениях России с внешним миром Путин говорил исключительно в конфликтном ключе. Единственное высказывание, которое можно рассматривать как позитивное — это о том, что «мы не хотим сжигать мосты». Вот такой уровень «позитива». В словах российского президента не было ни намёка на желание договариваться, достигать основополагающих соглашений, улучшать отношения. Не было ни намёка на желание снизить международную напряжённость — более того, не было никакой тревоги, обеспокоенности по поводу этой напряжённости. На языке внешней политики это означает одно: война — так война, ну и пусть.

Зато был уже упомянутый — достаточно пространный — пассаж о вооружениях.

Говорил российский президент о «госперевороте» в Беларуси — который, естественно, готовил Запад. В устах Лукашенко это прозвучало как бред, но Путин говорил абсолютно серьёзно. И вот что, в частности: «Можно как угодно относиться к президенту Украины Виктору Януковичу, можно иметь точку зрения по поводу политики Александра Лукашенко, но практика организации переворотов, убийства высших лиц — это слишком».     

Путин прямо назвал Революцию достоинства 2014 года переворотом и практически заявил, что Янукович якобы находился под угрозой убийства, его жизнь якобы была в опасности. Xотя на самом деле его никто и пальцем не тронул; Майдан — и даже самые радикальные его участники — требовали суда над Януковичем: как известно, смертной казни в Украине нет. Путин солгал — или он сам верит, что это правда? Как бы то ни было, он назвал Януковича «президентом Украины» - сегодня, в 2021 году.

Из чего можно с высокой долей вероятности предположить: ни Петра Порошенко, ни Владимира Зеленского Путин не считает легитимными президентами Украины, для него «легитимным президентом» до сих пор является Янукович. А всё, что происходит в Украине после 2014 года, Путин считает «неконституционным» - вот такой он специалист по Конституции Украины.

И совсем не исключено, что кремлёвский маньяк вынашивает планы «восстановления конституционной власти» в Украине — точнее, «помощи народу Украины в восстановлении конституционного порядка». Когда российские танки «вырастут на украинских полях» — точно так же, как семь лет назад они «нашлись в украинских шахтах».

Фраза Путина: «Организаторы любых провокаций, угрожающих коренным интересам нашей безопасности, пожалеют о содеянном так, как давно уже ни о чем не жалели». О чём это Путин, как именно «они давно уже не жалели», если, кажется, Россия использовала уже все средства — вплоть до убийств граждан чужих стран на территориях чужих стран? Это что — о ядерной войне почти прямым текстом?

«Где будет проходить красная черта — мы будем определять в каждом конкретном случае сами». И, обратите внимание, никаких общепринятых и общепризнанных красных линий якобы не существует: только ad hoc и только сама Россия. То есть, Путин хочет устанавливать правила и запреты для всего мира, действовать по общепринятым правилам он не намерен? Ну, в таком случае он считает себя повелителем всего мира — остаётся один лишь шаг до владычицы морской.

Ну и, наконец: «Вокруг Шерхана крутятся мелкие Табаки. Подвывают, чтобы задобрить своего суверена». Насколько я помню, подобной лексики не позволяли себе ни «верный ленинец» Брежнев, ни кагэбист Андропов, ни экзотический Ельцин. Сталин — вот на кого изо всех сил хочет быть похожим Путин. А ещё больше такой лексики употреблял Гитлер.

И вот что занимательно. С совсем недавних пор, буквально на днях, в российской блогосфере участились утверждения, что якобы есть «супердержавы», а все остальные государства не обладают суверенитетом и только выполняют приказы «суверенных держав». Если писали боты — это сразу отсылает к окружению Путина, если нет — значит, люди обдолбаны усиленной пропагандой. Вот таким и видит мир Путин из своего бункера.

«Интеллектуал» Путин обронил: «Да, Киплинг был великим писателем». Цитировал Киплинга Путин уже великое множество раз.

А Редьярд Киплинг — и в самом деле великий писатель, поэт, викторианец, имперец, шовинист, расист. Вот только с тех пор, как он творил, в мире много воды утекло. Мир изменился, мир стал другим. Распались империи, в том числе Британская — и никто почему-то не говорит, что это — величайшая трагедия ХХ века. В том числе Елизавета ІІ, в царствование которой это произошло — и почему-то, несмотря на «развал великой державы», британцы её на  руках готовы носить. Появились на карте большинство нынешних государств — Канада и Индия в  том числе. Войны были признаны преступлением и стали считаться недопустимыми — а во времена Киплинга они шли непрерывно и были самым «надёжным» способом решения политических задач. Да, с тех пор национальные интересы стали чётко подразделяться на законные, правовые — и противоправные...

А Путин всё так и живёт во временах Киплинга — в своей, путинской «Книге джунглей». Вот только когда человек мыслит и действует, опираясь на несуществующую реальность — как там это называется в медицине? Но в распоряжении этого человека — ядерное оружие...

Фото: DW