Новобогдановка 17 лет спустя: жители села взрывы на артскладах по-прежнему называют "войной"

Это теперь на территории двух областей Украины выстрелы и грохот боеприпасов стали, к несчастью, привычными звуками. О существовании возле села Новобогдановка (Мелитопольский район Запорожской области) артиллерийской базы ракет и боеприпасов широкая общественность не только Украины, но и мира впервые узнала 6 мая 2004 года, когда из-за "человеческого фактора" начали взрываться и разлетаться по округе хранившиеся здесь средства поражения живой силы и техники противника. По сравнению с катастрофой на Чернобыльской АЭС, случившейся 30 лет назад – конечно, менее страшное событие, однако и не рядовое.

Виновата ли во взрывах... портянка?

Это уже потом все узнали, что на 275-й артбазе хранилось более 4,5 тыс. условных вагонов (свыше 90 тыс. тонн) артиллерийских боеприпасов различных типов от малокалиберных до припасов к 150-миллиметровым гаубицам и ракет к системам залпового огня "Град" и "Смерч". А тогда с часу дня было перекрыто движение по автомобильной трассе Харьков-Симферополь и железнодорожное собщение с Крымом. Для жителей нескольких сел, попавших под артобстрел, впервые за 60 с лишним лет прозвучало слово "эвакуация". Областное руководство направило в Мелитополь целый десант медиков "скорой помощи" – предполагалось, что будет много пострадавших. Но пожар на складах и трехдневная "бомбардировка" обошлись минимальными людскими потерями – травмированный боеприпасом погиб 1 человек, четверо скончались от сердечных приступов и столько же получили ранения.

За минувших 17 лет в стране произошло немало трагических событий. Еще два года подряд, летом 2005 и 2006-го, на складах в Новобогдановке, где тогда уже производились очистка и разминирование территории, возникали пожары с дальнейшей детонацией боеприпасов. После чего взрывы на складах боеприпасов стали случаться с "завидной" регулярностью. До Новобогдановки – только в 2003-м в Артемовске (ныне Бахмут). Затем, 27 августа 2008 года в Лозовой Харьковской области, 20 марта 2014 года – Кривой Рог (Днепропетровская обл.)
29 октября 2015 года – Сватово (Луганская обл.), 23 марта 2017-го – арсенал в Балаклее (Харьковская обл.). Ровно через полгода – 22 сентября – Новоянисоль (Донецкой обл.), вслед за этим, 26 сентября 2017-го, взлетели на воздух боеприпасы в Калиновке под Винницей. А 9 октября 2018-го "бахнуло" в Ичне на Черниговщине.

И если, начиная с 2014-го года, в этих ЧП не удивительно искать "российский след", то, может, и взрывы близ Новобогдановки – отнюдь не результат глупой выходки солдатика-срочника? Напомним, что Олег Селин был признан виновным в нарушении правил обращения с боеприпасами. По официальной версии, молодой солдат поджег портянку и, не погасив ее, затолкал под ящик со снарядами, которые готовили на утилизацию, после чего все ушли на обед. В декабре 2008-го суд дал ему и 52-летнему экс-командиру 275-й артиллерийской базы ракет и боеприпасов Сергею Лилову по 6 лет тюрьмы с возмещением ущерба в 2,3 млрд гривен. Но все предположения, что взрывы были неслучайны, как тогда, так и сейчас остаются не более чем разговорами.

У больницы – ни окон, ни дверей и труп на пороге лежит

Когда уже проводились работы по разминированию территории артбазы и утилизации боеприпасов, не обошлось без потерь: погибли бойцы МЧС – радиоминеры Сергей Терешко и Константин Ткаченко, а также водитель Николай Куура. Несколько лет назад в центре Новобогдановки установили мемориальный обелиск погибшим спасателям "За разминирование", где 6 мая ежегодно проводятся памятные митинги. Разве это не повод вспомнить те трагические события?

"Уже взрослыми стали дети, что родились в 2004 году, – говорит Дмитрий Хлыстун, в то время председатель Новобогдановского сельсовета, ныне – голова территориальной громады. – А те ребятишки, что родились потом, ходят в отреставрированные детсад и школу и не знают, какими они были до этих злополучных взрывов. И когда им говорят, что "война" была, они не могут сообразить – какая война?"

Может, кто-то удивится, но здесь по-прежнему взрывы на артскладах называют "война".

"Да, причем даже так – "первая", "вторая", "третья" – возгорания и затем взрывы на складах происходили ж не только в 2004-м, но и летом 2005-го, и летом 2006-года. И также эвакуацию производили как в 2005-м, так и в 2006-м. Конечно, со временем эти события отдаляются, но кто пережил тогда стресс, убегая по размокшим от дождя полям, вернулся в поврежденный артснарядами дом – те неспокойны и до сих пор... В 70-80 лет бежать от взрывов, от разлета снарядов, да еще людям, которые в юности пережили войну – это очень страшно!", – делится наш собеседник.

Сельский руководитель вспоминает, как погиб работавший на артбазе Александр Панченко. Уже отбежав с напарниками от опасной территории, он вернулся было за своим велосипедом и его догнал снаряд. Еще один мужчина также уезжал от взрывов на велосипеде, у него случился инфаркт и он через несколько дней умер, не приходя в сознание. Сам он к моменту взрывов находился в райдминистрации в Мелитополе. Домой пришлось возвращаться окольными путями, так как на трассу падали снаряды.

"Возле села все поле нашпиговано этими боеприпасами, со стороны "Военстроя" гремят взрывы, видно черные клубы дыма! Проезжаю по селу: окна и двери все настежь, где люди бросили, где повыбивало ударной волной, гаражи открыты, магазины, заправки – и людей никого нет. Подъезжаю к больнице – там ни окон, ни дверей и труп на пороге лежит. Оказывается, пенсионер выбежал из дома и умер, соседи решили его в больницу отвезти. Оставили и дальше поехали. В школе нет никого, узнал, куда побежали, и поехал вслед за ними. А там грязища на поле и все оно усеяно детскими вещами, портфелями, обувью, велосипедами, которые сразу оказались обузой… Дальше смотрю: стоит машина, в ней бабушка мертвая сидит. По дороге прихватило сердце, и она скончалась, семья решила дальше идти пешком.

Воспоминаний о нескольких годах "бомбежек", сельских бунтах из-за контролированных подрывов, восстановлении жилых домов и объектов соцкультбыта, визитах в село руководителей всех рангов, решении проблем со здоровьем у взрослых и юных односельчан у Дмитрия Петровича – не на один том. Но сегодня он жалеет о том, что из-за карантинных мер на митинг нельзя пригласить жителей села.

На коляску мотоцикла уселись восемь человек

"В тот день мой сын Сергей был как раз в воинской части – он военный, а мы с мужем были дома, живем на центральной улице села, – вспоминает Раиса Носок. – Вдруг зазвенели окна и муж сразу догадался: "Воинская часть взорвалась!". Он же служил в армии, а потом еще и работал в части. Взрывы повторялись и повторялись, я выскочила в огород, и увидела в стороне артбазы красное пламя. Конечно же, в первую очередь подумала: где сын? Ему тогда было 24 года. Мы сразу поехали на мотоцикле с коляской забирать невестку, она с маленькой дочкой аж под кроватью пряталась. Увезли их в соседний район и назад вернулись сына искать. Сюда нас не пускали, дороги были перекрыты милицией. Пришлось ехать вдоль посадки. Дождь, все развезло, я толкала этот мотоцикл. Но добрались до села. Обыскали везде – нет сына. Уже к вечеру, едем по улице – смотрим, он идет. Оказывается, все это время он в посадке лежал, прятался. Сын рассказывал, что ничего не предвещало беды: все пошли на обед, то есть, ушли с технической территории – и начались взрывы. Иначе бы погибших было больше".

В новом крепком доме семьи взрывной волной выбило рамы, но, к счастью, снаряды во двор не попали.

"Мы же когда убегали, даже документы с собой не успели взять. По дороге на коляску мотоцикла поместилось человек 8 – мы соседей, кто бежал по дороге, подбирали. А через два месяца муж умер, так на него эти взрывы подействовали. Поехал косить траву для коровы, а в это время опять начались взрывы и его сердце не выдержало. Ему было всего 57 лет".

Транспорт остановили, пришлось оставаться "в гостях"

17 лет назад мобильные телефоны еще были далеко не у всех. И когда случилось ЧП, многие люди не могли связаться со своими близкими, да еще и связь "обрушилась". Зато слухи разнеслись быстро и по ним, не только Новобогдановку, но и соседние села стерло с земли. Примечательно, что жители других населенных пунктов все последующие дни названивали мелитопольцам, предлагая свою помощь, в том числе и с жильем.

"Я училась в 10-м или 11-м классе, жила в соседнем селе Плодородное и занималась на тот момент в Мелитополе, в танцевальном коллективе, – рассказывает директор новобогдановского Дома культуры Татьяна Лисовая. – И как раз в этот день я уехала в Мелитополь на репетицию, сама, без родителей, на тот момент у меня еще не было мобильного. Отзанималась весь день и к 17-ти часам приехала на железнодорожный вокзал, чтобы электричкой уехать домой. О том, что произошло, я не знала. На вокзале – куча народу, поездов нет, электрички нет, ничего не понятно. У меня паника: как сообщить родителям, как добраться домой, в Мелитополе нет ни родных, ни знакомых – что делать?

Но родители сами, узнав о ситуации с транспортом, вышли на знакомых, у которых сын-студент жил в городе. Парень нашел испуганную девчушку на вокзале и забрал к себе домой. В "гостях" Татьяна провела целую неделю, пока появилась возможность вернуться в село".

Ликвидация последствий продолжалась 1642 суток

Подполковник, начальник Аварийно-спасательной части ГУ ГСЧС Украины в Запорожской области Александра Винницкого в мае 2004-го был заместителем командира батальона по техчасти, затем начальником группы пиротехнических работ. Годы с 2006 по 2008-й, похоже, навсегда остались для него самыми запоминающимися в жизни.

"У меня самые яркие дни – это с 6-го по... 8-й год, – рассказывает Винницкий. – Это весь период выполнения работ на технической территории. Три года очень ярких! Тогда мы работали с 5-ти часов утра и до 8 часов вечера. Домой я приходил лишь переночевать. При этом, летом от высокой температуры воздуха еще периодически случались возгорания спецбоеприпасов. И, кроме того, что рабочие дни у нас были с понедельника по субботу, по воскресениям мы вместе с пожарными еще дежурили на территории".

6 мая 2004 года, по его словам, был обычный день, все были на своих рабочих местах и вначале даже не осознали, что происходит, потому что решили, что где-то гремит гром. А по прогнозу как раз ожидалась гроза и потом начался дождь.

"Гремит и ворота содрогаются на наших хранилищах, слышно дребезжание. Но к нам быстро поступила информация, что на самом деле это взрываются склады с боеприпасами и мы сразу начали готовить к работе инженерную машину разграждения, которая пошла туда первая... А затем, недели через две, когда пожар затух полностью, началась зачистка прилегающих территорий.

"Всего на территории артскладов хранилось 92,5 тысячи тонн ракет и боеприпасов, но они были не в установках, а складированы. И это не дало максимального разлета, какой мог бы случиться, если бы они находились в установках, – уточняет начальник отдела по работе с общественностью ГУ ГСЧС Украины Юлия Барышева. – Максимальный разлет был до 19 км, в пределах которых находили боеприпасы в селах, на полях, в посадках. На технической террритории артскладов разминированием занимались сотрудники Минобороны, а мы до 2006-го разминировали только мирную территорию, здания, которые пострадали от попадания боеприпасов. Госпрограмма предусматривала на ликвидацию последствий этого ЧП 50 млн гривен, спасатели выполнили ее не только досрочно, но и сэкономили государству средства, вернув в казну более 3 млн гривен. Работы по ликвидации последствий завершились в конце 2008 года.

Юлия Барышева подобрала интересное сравнение: "Если Великая Отечественная война для Советского Союза продолжалась 1418 дней и ночей, то "новобогдановские события" в мирное время продолжались 1642 суток".