Священник УПЦ рассказал, как совершали тайные богослужения: «Можно было быть арестованным»

Все время советской власти прошло под знаком тайных служений литургии. За такие богослужения можно было быть арестованным.

Как сообщает «Знай» со ссылкой на Центр информации УПЦ, об этом рассказал священник Андрей Гавриленко для портала «Православная жизнь».

«Священник, который готовится к литургии читает молитву святителя Амвросия Миланского, в которой есть слова ходатайство о себе, о всех причастников, о Церкви и о всех умерших Ее чад. Невозможно представить себе, что проживал, читая эту молитву в тридцатые годы, исповедник митрополит Арсений (Стадницкий), который служил литургии на кладбище под открытым небом у часовни в связи с закрытием всех храмов Ташкента. Сюда на службу приходило до двадцати тысяч верующих со всей округи. Кладбище заполняли верующие, которые стояли на костях предков», - сказал иерей Андрей.

Он подчеркнул, что за такие богослужения можно было быть арестованным. "Например, при свершении тайной всенощной на квартире в 1937 году был арестован сщященномученик Сергей Голощапов. В обвинительном заключении было сказано: «Имел при себе церковное облачение и тайно ходил по домам, совершая религиозные обряды, и вместе с тем вел контрреволюционную агитацию». К слову заметим, что будущий священномученик принял священный сан после беседы со святителем Тихоном в 1920 году, а о службе он говорил: «Не любить богослужение невозможно, не восхищаться им - немыслимо», - рассказывает священник.

Священник Андрей Гавриленко напомнил о том, что все время советской власти прошло под знаком тайных служений литургии.

«Господь помогал совершать и в лагерях, в ссылках и в тюрьмах. Стоит только вспомнить литургии в начале двадцатых в Бутырках. Сергей Фудель в «Воспоминания» описывал обстановку: «В нашей камере, кроме длинного общего стола, был еще маленький столик в простенке между окнами, служивший престолом для совершения литургии. В камере был антиминс и сосуды, конечно жестяные, было одно полотняное священническое облачение, несколько маленьких икон, свечи и даже настоящее кадило и ладан. Забота о кадило лежала на мне, и вот, пристроившись к коридорных дежурных по раздаче утренней или вечерней еды, я спускаюсь с ними и с кадилом в тюремную кухню, и кто-нибудь из поваров с особым каждый раз удовольствием на лице вытаскивает мне из огромной печи сами отличные угля. В камере было при мне порой до пяти архиереев и по нескольку священников. Они служили по очереди, не каждый день, но довольно часто. Иногда на служение пускались гости и с других камер. Пели почти все - это, значит, человек двадцать, - и каменные своды старой тюрьмы далеко передавали божественные песни», - продолжил отец Андрей.

Не следует думать, отмечает священник, что если служили литургии, то в это время было все демократично в тюрьме. "В Бутырках в это же время на допросе будущему Одесскому митрополиту Анатолию (Грисюку) сломали челюсть и несколько ребер. Не было еще такой общей атеистической-репрессивной настроенности тюремного руководства", - подчеркнул он.

"Десятилетия спустя на тайных службах только и стояла церковь. Преподобный Севастиян Карагандийский по ночам служил литургию в домах Караганды. Необходимо было закончить до рассвета. Оконные проемы завешивали одеялами и заставляли матрасами. Служили в разных домах. И передвигались по одиночке, чтобы не привлечь подозрений. Такая конспирация была даже в 1970-е - 80-е. Тайный священник и явный ученый-геолог Глеб Каледа, который служил у себя в квартире рассказывал, что необходимо было служить в средней комнате. По боковым включали приемник, а в ванной кран, чтобы ни один возглас не слышен был соседям и прохожим», - рассказывает иерей Андрей Гавриленко.

По его словам, удивляет «вера в литургию» новомучеников, вера в силу Евхаристии и в Животворящее Тело и Кровь Спасителя.

«Священномученик Фаддей (Успенский), в годы гражданской войны управляющий Волынской епархией. А был переведен на владикавказскую кафедру в связи с болезнью епископа Антонина (Грановского). Каждый день после службы он приносил больному архиерею просфору и святую воду и долго утешал его, сидя у кровати. Когда тот заговорил о своей скорой смерти, священномученик Фаддей ответил: «Вам бы, Владыка, надо послужить литургию, причаститься, и выздоровеете», взял его за руку и поднял с кровати. Утром епископ Антонин поехал в собор, отслужил литургию, причастился - и выздоровел», - продолжил священник.

Как отмечает отец Андрей, литургии новомучеников, это большое проникновение в Тайну, за завесу Святого Святых, где трепет и молчание, и жизнь с Богом. "Священномученик Василий (Зеленцов), епископ Прилуцкий, учил паству молиться так, чтобы никого и ничего не замечать во время молитвы, он вводил общее народное пение во время служб, проводил духовные беседы после воскресных литургий», - сказал он.

"Мы можем видеть только отблеск того, что Господь открывал о Евхаристии нашим страдальцам. Они начали Евхаристическое возрождение еще до богословов эмиграции. Именно наши новомученики, стоя на Голгофе своих страданий за Христа, могли проникнуть в тайну самой Голгофской жертвы, которая совершается в литургии», - подытожил священник Андрей Гавриленко.