Разделенный Кипр. Уроки для Украины

Средиземное море, чистейший пляжи, самые низкие налоги в ЕС и более 300 солнечных дней в году – привычный набор ассоциаций, когда вам говорят о Кипре. Но Кипр — это не только хорошо знакомый украинцам курорт, а и пример затянувшегося на десятилетия разделения страны.

Как Донбасс, но не совсем

Северная часть острова до войны была главным экономическим центром Кипра. В принципе, как и Донбасс в Украине.

Именно север приносил около 70% всех доходов страны, а Фамагуста – крупнейший город северной части Кипра – считался главным портом острова. Эта часть Кипра считалась и более красивой и живописной, более привлекательной для туристов.

В Фамагусте был элитный район Вароша, который считался чем-то вроде местного Лас-Вегаса. Здесь отдыхали Брижит Бардо и Элизабет Тейлор, а отелями владели граждане более 20 стран мира.

Но война изменила все. От процветающего региона не осталось и следа. Сейчас Северный Кипр – это полностью дотационная территория, которая живет исключительно за счет помощи Турции. Ничего не напоминает?

Вароша же вообще превратилась в город-призрак. Мне удалось в него попасть и впечатление он производит крайне удручающее.

Чистейшее море и развалины вокруг, поржавевшие вывески, разрушенные гостиницы. Чем-то напоминает Припять, только находящуюся в одном из самых живописных уголков мира.

Хотя в целом, Северный Кипр мало похож на то, с чем у нас ассоциируются оккупированные территории. Здесь представлены международные бренды, на улицах нет людей с оружием, только везде турецкие флаги.

Еще параллели с Украиной? Один из главных символов войны в Украине – Донецкий аэропорт, на Кипре – международный аэропорт Никосии. Как и в Донецком аэропорту, здесь велись ожесточенные боевые действия.

Правда, терминал аэропорта не настолько разрушен, как в Донецке. На взлетной полосе даже сохранился последний самолет кипрских авиалиний, который так и не сумел улететь. Сейчас территория аэропорта контролируется миротворцами ООН.

И это еще не все. Кубок Кипра по футболу в 2021 году выиграл футбольный клуб Анартосис. С 1974 года он базируется в Ларнаке на греческой части острова. Но полное название команды Анартосис Фамагуста, то есть он с северной, турецкой части и все еще надеется вернуться домой. Донецкий Шахтер передает привет.

Уроки реинтеграции

Кипрским чиновникам и экспертам не нравится, когда у них спрашиваешь о том, почему за 47 лет конфликт так и не удалось уладить. При том, что масштабы и интенсивность боевых действий с тем же Донбассом тут просто несопоставимы.

— Грекам-киприотам и туркам-кипротам очень трудно доверять друг другу, уже сформировалась культура разделения. И, по моему мнению, самая большая проблема, так сказать слон в комнате — это Турция, ее политика и ее амбиции контролировать Кипр. Кипр — находится в сердце территории, которая Турция считает исторически своей сферой влияния, — говорит профессор университета Никосии Михалис Контос.

И тут тоже есть параллели с Украиной.

— У вас очень сильный сосед, и у нас тоже. Не забывайте, что география объясняет очень многое, — подчеркивает Андреас Мавроянис, официальный представитель греков-киприотов на переговорах по Кипрскому конфликту.

Кипр находится в самом центре Восточного Средиземноморья, на пересечении путей из Европы в Африку и на Ближний Восток. Контроль над этой территорией имеет существенное геополитическое значение.

Плюс ко всему в морской экономической зоне Кипра недавно еще и газ нашли, борьба за добычу которого только усложняет международные расклады вокруг острова.

— Геополитическая ситуация в Восточном Средиземноморье такова, что Турция была и продолжает быть важным партнером Запада, это большая региональная сила, с которой считаются и не хотят ссориться, — констатирует Мавроянис.

Переговоры по урегулированию конфликта в тупике. Греки-киприоты предлагают преобразовать государство в федерацию двух общин, двух зон, двух равных частей, с обязательным выводом турецких войск с северной части Кипра.

Но турки-киприоты настаивают на официальном закреплении разделения острова и международном признании Турецкой республики Северного Кипра.

В такой ситуации важнее всего для греков-киприотов ментально не потерять связь со своими гражданами по ту линию разграничению, и этому нам можно было бы у них поучиться.

— Для нас все киприоты — граждане Республики Кипр, все турко-киприоты наши граждане, это означает, что они могут получить паспорт Республики Кипр. То есть они граждане ЕС и могут воспользоваться всеми преимуществами членства Кипра ЕС, они могут свободно передвигаться по Европе, — подчеркивает Мавроянис.

Мавроянис добавляет, что они не пытаются сделать их жизнь более тяжелой и несчастной, наоборот они стараются сделать ее легче, чтобы они видели перспективы реинтеграции. В противном случае они просто бросят их в объятия Турции. Они должны видеть, что их будущее в жизни вместе с греками- киприотами в единой стране.

Турки-киприоты могут свободно въезжать на греческую часть острова, получать образование, медицинскую помощь, им доступны все льготы. Есть даже жилищные программы для переселенцев.

— Они получают финансовые льготы, они не должны платить налоги в республике Кипр. Это ответственность республики Кипр заботиться о турках-киприотах независимо от факта разделения острова. Я считаю даже мало помощи, нужно делать еще больше, чтобы турки-киприоты были ближе к Республике Кипр. Не в пользу Кипра, чтобы турки-киприоты становились беднее. Если это произойдет, это создаст лишь больше возможностей для Турции, — считает Михалис Контос.

Кстати, на южной части острова до сих пор выбирают, например, мэра Фамагусты. Конечно, такая должность скорее номинальна, но сам факт, что о местном самоуправлении не забывают – показателен и может быть интересен для Украины.

В парламенте Кипра – 30 мест турков-киприотов пустуют, как и в Верховной Раде Украины, где нет депутатов из Донбасса и Крыма. Но турки-киприоты могут голосовать на выборах Европарламента, и один из нынешних представителей Кипра в нем – турок-киприот.

— Время идет, появляются новые поколения, у которых вообще нет опыта совместного проживания в единой стране. Время не на стороне решения проблемы, но если у вас нет дополнительных опций, нужно продолжать бороться за то во что верите, — говорит Мавроянис.

Кипр показывает пример, что время не особо и лечит, и что даже самые цветущие и развитые районы из-за затягивания конфликта могут превратиться в руины. Пример, который так не хотелось бы повторять в Украине.

На Кипре живут две общины: греки-киприоты (около 80% населения острова) и турки-киприоты (18%).

В 1960-х годах между общинами начались этнические конфликты, подогреваемые двумя крупными державами – патронами Кипра: Грецией и Турцией. В 1974 году радикалы со стороны греков-киприотов организовали на острове военный переворот, а Турция ответила на это прямой военной интервенцией.

Турецкие войска заняли около 37% территории Кипра. С тех пор остров разделили на две части – южную и северную. На юге живут греки-киприоты, на север вывезли турков – кипротов.

Через весь остров проходит линия разграничения, которую контролируют миротворцы ООН, ее называют зеленая линия.

Южная часть Кипра – это собственно всем нам хорошо известная Республика Кипр, член ЕС и единственное международно признанное государство на острове.

На севере же создали так называемую Турецкую республику Северного Кипра. Ее существование признает только Турция. А для всего мира официально – это временно оккупированная территория. Только эта приставка временно затянулась уже на 47 лет.