Проверить Эйнштейна и побороть COVID. На что тратятся государственные деньги в науке

Летом в украинской научной среде разгорелись нешуточные баталии. Камнем преткновения стал Национальный фонд исследований Украины, который уже год проводит конкурсы научных проектов и выделяет победителям гранты из госбюджета. Появление фонда стало результатом реформы украинской науки, которая началась в 2016 году с принятием закона о научной и научно-технической деятельности. Согласно этому документу, в Украине должна была появиться организация, аналогичная зарубежным, которая бы финансировала лучшие отечественные исследования. Фонд основали в 2018 году, но реальную работу он начал лишь в 2020-м, проведя два конкурса, в которых победителями стали 216 проектов из 931, поданного на рассмотрение экспертам.

По словам Алексея Колежука, ученого-физика и главы наблюдательного совета, фонд запускался в условиях законодательного несовершенства. Поэтому представители институции и Министерства образования и науки (МОН) попутно работали над внесением изменений как в нормативные документы Кабмина, которые бы уменьшили бюрократическую волокиту, так и над самим законом о научной деятельности. Проект этих изменений и привел к бурным дискуссиям, поскольку министерство предлагает изменить систему управления фондом, включив туда чиновников и ректоров вузов по квотному принципу. Сейчас это вотчина коллегиальных органов, состоящих только из ученых.

У проекта нашлись как сторонники, так и противники в академической среде: одни говорят о равном представительстве различных наук в фонде, другие выступают против политизации науки.

Выборы или квоты

"Министерство образования и науки отлучено от финансовой и кадровой политики Национального фонда исследований, от контроля его деятельности. Министерство не устраивает структурная модель постройки фонда, распределение полномочий между органами управления и механизм их формирования", — так обозначил позицию МОН Николай Кизим, первый заместитель министра образования и науки. Также на слушаниях о результатах первого года работы фонда в Комитете по вопросам образования, науки и инноваций Верховной Рады он обвинил фонд в дискриминации представителей социогуманитарных наук, которым не дают грантов, и конфликте интересов у экспертов, оценивающих научные проекты. Обвинения Кизим обосновал мнением научного сообщества, при этом не уточняя, кто в него входит.

Модель управления фондом действительно сложная. Если административную часть работы обеспечивает единый исполнительный орган — дирекция, то научной составляющей занимаются две структуры. Функцию ­наблюдательного совета выполняет Научный комитет, работающий при Национальном совете по вопросам развития науки и технологий. Членов Научного комитета избирает Идентификационный комитет по вопросам науки — это совещательный орган при Кабинете министров, в который входят как украинские, так и зарубежные ученые.

Членов Идентификационного комитета предлагают научные организации разных стран, а выбирают на основе международного конкурса. Для этого собирается специальная комиссия, состоящая из ученых, входящих в топ-25 рейтинга Украины по индексу Хирша (то есть по количеству международных публикаций и цитируемости ученого). Приступая к работе в Фонде исследований, Научный комитет формирует Научный совет — он анализирует проекты, поданные на гранты, работает с экспертами, как украинскими, так и зарубежными, в целом обеспечивает научно-методическую работу фонда.

Особенность таких комитетов и советов заключается в том, что в их составы избирают ученых на основе научных достижений, а не должностей и положения в украинской научной иерархии. Механизмы формирования этих органов прописаны в законе о научной и научно-технической деятельности так, чтобы обеспечить их независимость и минимизировать конфликт интересов.

"Проб­лемой украинской науки является ведомственная корпоративность — противостояние университетов и академических институтов. Реформа 2016 года предполагала создание независимых институций, например Идентификационного комитета по вопросам науки, кроме которого у нас сейчас нет независимых научных структур", — говорит Алексей Колежук. По его мнению, нынешний независимый статус научных структур позволяет фонду быть равноудаленным от административных центров влияния, крупных научных институций и работать объективно. Поэтому Колежук выступает против квот и усиления министерского влияния на Фонд исследований.

"Если наблюдательный совет фонда будет полностью контролироваться МОН, станет явным административное влияние заинтересованных ведомств и как вишенка на торте — будет проблемной дееспособность совета", — уверен ученый.

В то же время за квотный принцип выступили представители как некоторых академических институтов, так и университетов, к примеру Валерий Луговой, первый вице-президент Национальной академии педагогических наук Украины, Петр Куликов, президент Союза ректоров вузов Украины, ректор Киевского национального университета архитектуры и строительства, а также представители Советов молодых ученых из отделений истории, философии и права, а также литературы, языка и искусствоведения Национальной академии наук Украины. В своих заявлениях они ратуют за то, чтобы работу фонда контролировал МОН и социогуманитарные науки были лучше представлены. При этом некоторые из этих людей признали, что их проекты не прошли конкурс фонда и не получили гранты.

Важно На ровном месте. Зачем строят университет Зеленского и нужен ли он

Действительно, среди проектов — победителей конкурсов 2020 года гуманитариев мало: 37 проектов, или 17% от общего числа. Одна из причин этого в том, что участниками научных проектов, получающих финансирование от фонда, должны быть ученые, у которых есть публикации в научных журналах, включенных в международные базы данных Scopus и WoS. Для гуманитариев это требование смягчили: как альтернативу зарубежным публикациям они должны иметь украинскую монографию, получившую позитивные рецензии в специализированных журналах. Тем не менее специалистов такого уровня среди украинских гуманитариев мало. Более того, представители этих наук с 2017 года протестуют против новых требований МОН к получению научной степени, которые как раз включают в себя зарубежные публикации для интегрирования украинской науки в международный контекст. В то же время такое требование не вызывает протеста у ученых, работающих в точных и естественнонаучных дисциплинах и уже давно публикующихся за рубежом.

Перепись живой науки

В 2020 году Национальный фонд исследований провел два конкурса научных проектов по направлениям "Поддержка ведущих и молодых ученых" и "Наука для безопасности человека и общества". Оба пытаются решить актуальные для украинской науки проблемы.

Первый конкурс предполагает, что команды проектов как минимум наполовину состоят из молодых ученых, отток которых — хроническая проблема украинской науки. Кроме этого требования, фонд не ограничивал тематику проектов, поэтому победителями конкурса стали как фундаментальные, так и прикладные проекты в разных дисциплинах. К примеру, по результатам конкурса самый большой бюджет — 12,6 млн грн, — получили ученые из Главной астрономической обсерватории НАН Украины. Они исследуют эволюцию черных дыр в ядрах галактик, создают модель этих ядер и цифровой каталог астрономических объектов, которые будут включены в международные базы данных, — все для того, чтобы на основе астрономических данных проверить общую теорию относительности Эйнштейна.

"Хоть проект и фундаментальный, его прикладные результаты общественно значимы для понимания эволюции Вселенной", — объясняет Петер Берцик, руководитель проекта.

Второй конкурс фонда привлек внимание общественности, поскольку многие проекты-победители посвящены решению различных проблем, связанных с пандемией коронавируса. В частности, СМИ часто цитируют львовского ученого Андрея Сибирного, который вместе с коллегами из Института биологии клеток НАН Украины разрабатывает вакцину от SARS-COV2. Биологи уже получили белок, нейтрализующий вирус, но, по словам Сибирного, это лишь первый — лабораторный — этап создания вакцины, затем ее нужно будет испытать и начать производить, а такой возможности у украинских ученых нет. Тем не менее биологи работают над проектом, рассчитанным на два года, с общим финансированием 9,7 млн грн и планируют продолжать исследование совместно с польскими коллегами, которым интересна разработка команды Сибирного.

Кроме того, украинские ученые, получившие гранты от фонда, исследуют самые разные аспекты пандемии — от ее влияния на психическое здоровье мед­работников и аграрную отрасль до ее социальных, криминальных последствий и осложнений ковида на сердечно-сосудистую систему. Впрочем, есть и другие не менее актуальные проекты: исследование о применении лазера и электросварки при лечении боевых ранений, мониторинг пожаров, а также степень деградации грунтов на основе спутниковой съемки. Тематика проектов показывает, что украинские ученые не оторваны от реальности, они исследуют насущные проблемы, предлагая варианты их решения.

Когда в 2020 году фонд запускал конкурсы, ученые в соцсетях полушутливо называли их "переписью живой науки Украины". К примеру, выиграли конкурсы и получили гранты физик Сергей Шарапов, химик Владислав Кальченко, биолог Ростислав Билый — ученые, у которых есть имя и репутация как в Украине, так и за рубежом.

Много или мало

Подавляющее большинство научных проектов-победителей, получивших финансирование фонда, длительные, рассчитанные на два-три года. В самых высокобюджетных из них участвуют в среднем десять ученых, нередко из нескольких вузов и институтов Академии наук. Поскольку большинство проектов — исследования в естественнонаучных дисциплинах и медицине, то, кроме оплаты труда ученых, существенная часть бюджета отводится на материалы и оборудование для лабораторий.

Как рассказывает Фокусу Ольга Полоцкая, исполнительный директор фонда, количество наименований материалов может доходить до 140, а закупка оборудования — обходиться в 3–4 млн грн.

"Многие команды ученых смогли закупить в том числе специфическое редкое оборудование, которое нужно было ввозить из-за рубежа. Закупка им выгодна, ведь после реализации проекта никто не забирает у вуза или института эти приборы", — говорит Полоцкая.

Эти слова подтверждает биолог Виктор Кунах из Института молекулярной биологии и генетики НАН Украины, который благодаря финансированию от фонда смог восстановить биотехнологическую лабораторию и купить автоклавы, стерильные боксы, термостаты, лабораторную посуду. Также ученые, получившие 9,9 млн грн на два года, собираются покупать хроматограф — высокоточный прибор для определения компонентов различных веществ.

Кунах и его коллеги по институту еще с 1970-х изучают раувольфию змеиную — тропическое лекарственное растение, из которого в лаборатории вырастили клеточную биомассу со стабильным химическим составом и высокой продуктивностью. Биологи передают это сырье химикам и фармацевтам, которые выделяют из него биологически активные компоненты, к примеру аймалин, используемый для терапии и профилактики сердечной аритмии.

"Если запустить конвейер, то можно выращивать культуру клеток любого растения и получать биомассу ежедневно", — рассказывает Кунах о перспективах проекта.

Из двухсот с лишним проектов, финансируемых фондом, только два были краткосрочными и завершились в декабре 2020-го. Один из них, под названием "Экономико-математическое моделирование и прогнозирование влияния COVID-19 на развитие Украины в общенациональном и региональном контексте", реализовали исследователи из Сумского государственного университета. На проект длительностью 2,5 месяца, в котором участвовали восемь ученых, фонд выделил 314,5 тыс. грн.

"Это самый низкобюджетный грант, куда мы закладывали только оплату труда. Оборудование и программное обеспечение нам предоставил университет", — говорит Татьяна Васильева, руководитель проекта, директор Учебно-научного института бизнеса, экономики и менеджмента при университете.

Каждый участник проекта получил около 12 тыс. грн грантовых средств в месяц. За эти деньги ученые проделали большой массив работы. Они высказали гипотезу о том, что в разных областях Украины есть свои факторы риска, которые обуславливают количество заболевших коронавирусом.

Чтобы проверить гипотезу, проанализировали данные за последние десять лет по каждой области Украины. В работу взяли более сотни параметров: 20 основных классов болезней, готовность медицинских систем (количество деклараций с семейными врачами, койко-мест в больницах, аппаратов искусственной вентиляции легких), данные об окружающей среде и экономике, в том числе миграции, производстве, местных бюджетах, пассажиропотоке, наличии аэропортов и т. д. Эту информацию анализировали с помощью математических формул, создавали имитационные модели и нейронные сети. Таким образом, сформировали ретроспективные портреты каждой области с перечнем факторов, которые больше всего влияют на заболеваемость и смертность от COVID-19.

Важно "Отец антибиотиков". Как уроженец Украины открыл стрептомицин и еще 15 лекарств, изменивших мир

Результаты исследования во многом оказались сюрпризом для его авторов. К примеру, распространение коронавируса в западных областях связывали с потоком мигрантов, вернувшихся из Европы. Но, как говорит Татьяна Васильева, более сильными факторами смертности в Ивано-Франковской и Закарпатской областях стали распространенные эндокринные заболевания (к ним относят, в частности, сахарный диабет и заболевания щитовидной железы), а также наличие в больницах аппаратов ИВЛ. Факторы, повлиявшие на заболеваемость в этих регионах — выбросы СО2, количество врачей-инфекционистов и деклараций с семейными врачами. Миграция, по выкладкам ученых, больше повлияла на эпидемическую ситуацию в Винницкой, Тернопольской и Хмельницкой областях.

Результаты исследований сумчане оформили не только в научные монографии и статьи, но и в аналитический отчет, который разослали по основным министерствам и ведомствам. Собственно, факторы, которые влияют на развитие эпидемии в том или ином регионе, по мнению ученых, должны стать отправной точкой для местных властей, чтобы улучшить ситуацию. Тем областям, где не хватает оборудования, нужно его срочно докупать; регионам с высоким загрязнением воздуха необходимо решать эту проблему.

"У нас карантины объявляются постфактум, а наша идея — перейти к превентивным мерам. Мы даем каждому губернатору набор параметров: что надо подтянуть быстрее, выделить финансирование на решение специфических проблем. И в случае следующих волн пандемии область будет к ним лучше подготовлена", — объясняет Васильева.

Борьба за будущее

По мировым меркам украинский Фонд исследований стартовал более чем скромно — с двумя конкурсами и 1 млрд грн финансирования на два года. В то же время аналогичная организация в Германии, Deutsche Forschungsgemeinschaft, в 2019 году выделила €3,31 млрд на более чем 31 тыс. научных проектов. Как отмечает Ольга Полоцкая, в законе о науке и научно-технической деятельности прописано десять направлений работы украинского фонда, который мог бы давать гранты, в частности на развитие материально-технической базы научных организаций, стажировки ученых и популяризацию науки. Однако из-за несогласованности законодательства фонд пока не может открыть конкурсы по этим направлениям. Также работу учреждения ограничивает несопоставимый с европейским объем финансирования. "Мы должны быть уверены, что получим финансовую поддержку из бюджета. Если объем финансирования останется таким, как сейчас, то новые направления превратятся в эрзац. А хотелось бы работать полноценно — так, как фонд задумывался", — говорит Полоцкая.

Поскольку фонд — государственное учреждение и оперирует бюджетными средствами, из-за пандемии в 2020 году финансирование проектов урезали на четверть. 5 июля фонд объявил новый конкурс научных проектов, однако его победители смогут стартовать только в 2022 году, так как выделенных 694,7 млн грн в этом году хватит только на уже работающие проекты.

При этом деятельность фонда могут заблокировать, хотя большинство ученых и чиновников от науки высказываются в поддержку этой организации. Николай Кизим в числе прочих инициатив МОН предложил сделать перезагрузку фонда и всех структур, обеспечивающих его деятельность, в 2022 году. Ему оппонирует Сергей Бабак, глава парламентского Комитета по образованию, науке и инновациям.

"Нельзя менять систему управления фондом через год после того, как он заработал, сначала его нужно вырастить и оценить эффективность. Я понимаю, что всем сторонам хочется усилить контроль над фондом, но надо сохранять стабильность его работы", — высказался нардеп.