Спецпроект «ТСН» «Розділені»: хеппи-энда не будет

Канал «1+1» випустив спецпроєкт «Розділені» – про країни, що, як і Україна, мали досвід окупації частини території. Цикл документальних програм був у ефірі протягом тижня і викликав резонанс. «Детектор медіа» публікує одразу два відгуки від двох наших авторів, тож читайте також рецензію Андрія Кокотюхи «Розділені та Україна».

Проекту «Розділені» и его осмыслению канал «1+1» посвятил всю неделю. Пять серий фильма, снятых спецкорреспондентом «ТСН» Нелли Ковальской, выходили в рабочие дни с 26 июля. Эпизоды продолжительностью около 20 минут были «вшиты» в вечерний итоговый выпуск «ТСН». На выходных 31 июля и 1 августа «ТСН» показал две части сюжета-постфактума, посвященного ситуации в Украине и реакции участников наших событий на «Розділених». Эту часть работы сделала корреспондент «ТСН» Марьяна Бухан.

Каждая серия «Розділених» посвящена событиям в одной стране: Германии, Кипре, Ирландии, Молдове и Колумбии. Эти страны в своей современной истории пережили или переживают до сих пор оккупацию части территории и разделение народа.

Все серии богаты и архивными кадрами, и современными съемками (иногда в труднодоступных даже для журналистов местах), интересными героями и динамичным повествованием. За короткое время журналистка Нелли Ковальская успевает рассказать историю разделения, показать его последствия и познакомить с людьми, жизнь которых навсегда изменил раскол. Персонажи исчерпывающе представляют все стороны конфликта: это не только местные жители по обе стороны реальных или невидимых стен, но также политики, полицейские, военные, активисты, националисты, террористы — в общем, люди, непосредственно принимавшие участие в событиях и ответственные за их итог. Команде «ТСН» удалось взять интервью даже у Родриго Лондоньо Эчеверри — лидера ФАРК, ныне — политической партии Колумбии, а в недавнем прошлом вооруженной повстанческой организации, которую США и Евросоюз признали террористической.

На протяжении фильма автор находит и подчеркивает сходство мест и событий с Украиной. «Пейзажи очень напоминают Крым» (о Крите), «это все равно, что посадить за один стол украинского добровольца и российского наемника» (о совместном походе в бар британского полицейского и ирландского националиста), «здесь тоже был свой распятый мальчик» (о молдавском Приднестровье). Зрители и сами могут провести параллели — они очевидны.

Отличие в том, что конфликт в Украине моложе, чем в пяти упомянутых странах. Соответственно, опыт мирного урегулирования у нас значительно меньше. Казалось бы, бери любой антикризисный рецепт и примеряй на родину. Однако брать особенно нечего — абсолютно успешных примеров решения проблемы нет. Даже в благополучной Германии, которая снесла стену и вкладывает миллиарды евро в сглаживание разницы между западными и восточными немцами, до сих пор остро ощущается разница между образом жизни и мыслей когда-то разделенных людей. По мнению канцлера Германии Ангелы Меркель, на то, чтобы разрушить ментальные границы, понадобится не менее 50 лет.

Вообще, начать фильм эпизодом с Германией было вполне предсказуемым решением — хотя бы в силу близости страны и наглядности разделения (благодаря Берлинской стене). Но закончить Колумбией — неочевидный и смелый шаг. Параллели с далекой южноамериканской страной, ассоциирующейся с вооруженными до зубов лесными партизанами и гигантским наркотрафиком, заставляют задуматься, что все может повернуться вовсе не так, как мы себе представляем. Например, затянуться на десятки лет. Или вообще не закончиться. Не зря последним кадром в фильме стала надпись на стене колумбийского дома «Какой, к черту, мир?», появившаяся в ответ на подписанное в 2016 году соглашение между правительством страны и ФАРК.

Полтора года назад, когда Ковальская задумывала свой проект, в Украине с подачи президента Украины Владимира Зеленского начали активно обсуждать перспективы «воссоединения народа». Например, шоумен Сергей Сивохо в статусе советника секретаря СНБО подготовил «Национальную платформу примирения и единства», предусматривавшую «масштабный национальный диалог», то есть, вероятно, прямые переговоры и компромиссы с сепаратистами. Однако этот проект далеко не продвинулся, и премьера «ТСН» поможет понять, почему.

После выхода «Розділених» Марьяна Бухан попросила семерых соотечественников, имеющих непосредственное отношение к конфликту на Донбассе, посмотреть фильм, сравнить опыт других стран с нашим и поделиться мыслями о перспективах мира и объединения. Ни у кого из опрошенных, включая секретаря Совета нацбезопасности и обороны Алексея Данилова, министра по делам ветеранов Юлию Лапутину, бывших жительниц оккупированных территорий, украинского добровольца и бывшего российского наемника, не нашлось ответа: когда и чем закончатся конфликт на Донбассе и оккупация Крыма. И как налаживать мосты.

Два участника фильма-постфактума были категоричны: украинский доброволец с позывным Да Винчи отрезал: «Договариваться не буду». А экс-мэр Славянска Неля Штепа, которую обвиняют в посягательстве на территориальную целостность Украины, не смогла договориться даже с корреспондентом «ТСН». Обидевшись на уточняющий вопрос журналистки, она встала прямо посреди интервью и ушла.

Кажется, украинцы слабо верят в возможность какого-либо миротворческого процесса. По крайней мере в ближайшем будущем. «Сколько Путину лет? Ну, еще лет 20, наверное… А пока он будет, тут вряд ли что-то зашевелится, изменится», — считает Елена, чей дом в Широкино попал под обстрел и с тех пор стоит пустой.

В интервью Марьяне Бухан автор «Розділених» призналась, что отсутствие рецепта выхода из кризиса, несмотря на богатый международный опыт, стало для нее шоком. «Не существует готового сценария. И хеппи-энда тоже не существует», — подвела итоги Нелли Ковальская.

На самом деле это очень полезный вывод. Он позволит еще на этапе обсуждения отсечь любителей простых решений.

Фото: ТСН