Курс на Пекин. Какую экономическую выгоду от союза с Китаем может получить Украина

Нынешние украинско-китайские отношения можно назвать прохладными. За семь лет состоялись всего две встречи лидеров стран — обе во времена Петра Порошенко и обе короткие, в рамках крупных международных форумов. После победы на выборах Владимира Зеленского китайская сторона первая проявила интерес к Украине — за неделю до инаугурации посол КНР встретился с новоизбранным президентом. Но эту встречу вряд ли можно считать удачной — речь об участии Китая в инвестиционных проектах, в том числе президентского "Большая стройка", впоследствии не шла.

"Нет ни политического диалога с Китайской народной республикой, ни каравая с хлебом", — так об отношениях с Китаем сказал в феврале 2020 года Дмитрий Кулеба, вице-премьер по вопросам европейской и евроатлантической интеграции.

О Китае громко заговорили в начале 2021-го — год начался с украинско-китайского скандала из-за ситуации с заводом "Мотор Сич". Часть акций украинского предприятия, которое обладает уникальными технологиями и производит двигатели для самолетов, вертолетов и крылатых ракет, еще в 2018 году продал китайцам бизнесмен Вячеслав Богуслаев, а суд арестовал. В марте 2021 года СНБО решило вернуть "Мотор Сич" в собственность государства, а Китай заявил о нарушении прав инвесторов (последние подали арбитражный иск к Украине на сумму $3,6 млрд).

После было несколько месяцев затишья. Но уже в июне стало известно, что Украина отозвала свою подпись под заявлением в Совете по правам человека ООН о правах мусульман-уйгуров в Китае (правозащитники говорят: миллионы людей попадают в специальные трудовые лагеря "на перевоспитание").

Накануне Украина в числе 44 государств, таких как Канада, США, Германия, подписала документ. Мировая пресса — преимущественно американская, в частности агентство Associated Press, — написала: "Украина оказалась под давлением Китая, который пригрозил заблокировать обещанную поставку полумиллиона доз вакцин от коронавируса CoronaVac". Посольство КНР в Украине все отрицало.

Далее китайской темы в жизни Украины становилось все больше: 13 июля состоялся неожиданный телефонный разговор Зеленского и Си Цзиньпина, чиновники и политики посещали мероприятия, организованные посольством КНР, в частности презентацию книги "Си Цзиньпин о государственном управлении", заявляли о предоставлении кредитов на развитие инфраструктурных объектов — например, строительство новой окружной дороги Киева, — и расхваливали опыт Коммунистической партии Китая в управлении экономикой и построении государства. В числе активных спикеров были замечены не только представители провластного большинства в парламенте Александр Корниенко и Давид Арахамия, но и министр Ольга Стефанишина — она также была на презентации книги, написала комплиментарный пост в соцсетях, который после удалила. А еще представители оппозиции — лидеры ОПЗЖ и "Батькивщины" Юрий Бойко и Юлия Тимошенко — участвовали в организованном Пекином в режиме видеоконференции форуме к 100-летию Коммунистической партии Китая.

И все это происходило на фоне обострения отношений с Западом из-за строительства газопровода "Северный поток — 2" и нежелания предоставлять Украине ­военную помощь. Неким финальным аккордом прозвучали слова внештатного советника главы Офиса президента Алексея Арестовича: "Если Запад захочет подружиться с Россией ценой сдачи украинских интересов, Украина готова к развороту на Восток", имея в виду отношения с Турцией, Вьетнамом, ОАЭ и Китаем, и получил порцию критики.

"На востоке Украины — только Россия, — ответил ему Богдан Яременко, дипломат и народный депутат "Слуги народа". — Всем мечтателям о китайских инвестициях предлагаю прикинуть, что захочется Китаю в случае, если цена вопроса будет миллиарды".

Один пояс, один путь. Скромные инвестиции и большие перспективы

Китай несколько последних лет — самый большой торговый партнер Украины. Поднебесная чаще всего покупает сырье — руды, зерно, масло, — а продает технологические товары с высокой добавленной стоимостью. Подробнее об экспорте и импорте с Китаем на стр. 16.

"Китайцы всегда интересовались Украиной в плане инфраструктуры и логистики, — говорит Илья Куса, эксперт по международной политике Украинского института будущего. — Для них, особенно в контексте их глобальной инициативы "Один пояс, один путь", Украина интересна как транзитная страна — китайцы готовы строить глубоководные порты, модернизировать железнодорожную инфраструктуру, автодороги, а также сотрудничать в продовольственной сфере. Но до сих пор Украина не смогла такое сотрудничество развивать — многие совместные проекты не реализованы или провалены. Поэтому рано говорить, что происходит какой-то разворот в сторону Китая".

Куса поясняет: ныне китайские инвестиции в Украину не превышают $500 млн, это довольно скромная сумма по сравнению с миллиардными потоками в соседние страны — ЕС и даже Беларусь. Он предлагает взглянуть на карту: Украина выпадает из глобальной инфраструктурной системы, выстраиваемой Пекином. Обе нити путей идут в обход нашей страны: Китай — Балканы — ЕС выстраивается через Турцию, Болгарию, Венгрию, а КНР — РФ — Германия проходит через Беларусь и Польшу. Это не значит, что в будущем Украина и Китай не смогут активизировать отношения, но долгосрочные стратегические проекты вряд ли возможны в ближайшее время, за исключением кредитов.

Кредитные линии. Как не попасть в зависимость от Китая

Эксперты говорят: китайские банки предоставляют заведомо большие объемы кредитов, хотя и под маленькие проценты, и при этом выбирают страны, в которых гражданское общество не может в полной мере контролировать реальные расходы на их реализацию. Это такая политика кнута и пряника: сначала стимулирует политиков доступными кредитами, а после вводит наказание в виде экономических санкций.

Так случилось в Черногории: этой маленькой европейской стране в 2014-м Китай выделил деньги на строительство 41 километра автобана с мостами и туннелями из порта на Адриатическом море в сторону Сербии, но спустя шесть лет дороги до сих пор нет, а долг составляет почти 20% ВВП страны. Теперь черногорские антикоррупционные активисты проводят расследование о непрозрачных тендерах и возможной причастности к ним нынешнего президента страны Мило Джукановича, а страна официально просит помощи у ЕС.

Подобная история, но в меньших масштабах, известна и Украине. В 2011-м китайцы взялись строить железную дорогу между Киевом и аэропортом Борисполь и пообещали $372 млн под государственные гарантии на 15 лет. Но уже после получения первого транша проект был заморожен — украинская сторона якобы решила перераспределить средства на другие инфраструктурные проекты. В конце концов оказалось, что средства были украдены. Позднее железную дорогу строили поляки за $18 млн, а с китайцами до сих пор продолжается денежный спор.

"Риски в результате получения китайских кредитов не китайские, — уверен эксперт Куса. — Многое зависит от правительств стран, которые берут кредиты, а потом используют их не по назначению. В отношениях с США мы можем также оказаться в такой ловушке, будем подвергаться штрафным санкциям, попадаем в зависимость. Но это наша проблема, а не проблема Китая или Европейского союза. Мы подписали Соглашение об ассоциации с ЕС, объективно более выгодное Европе, чем нам, но тогда была политическая целесообразность. Это вопрос технический — как проводить переговоры, как отстаивать свою позицию".

А еще Китай в отличие от ЕС, США и МВФ не берет обещаний проводить реформы в обмен на займы, но всегда преследует свои интересы.

"Китай со своими кредитами как будто приходит к диабетику с тортом. Он выстраивает идеальную модель для популистов, которые не думают о том, что будет через пару лет, но могут сейчас демонстрировать заботу о народе", — говорит Сергей Фурса, экономист. Он объясняет: Пекин всегда на первое место ставит свои интересы, поэтому практически всегда инвестирует в добычу сырья для собственных нужд. А также может вливать средства, например, в развитие портов, если через этот порт в Китай будут вывозить полезные ископаемые. Так, например, часто происходит в Африке: Анголе он дает деньги на строительство железной дороги в обмен на нефть, Замбии — меди. Причем если Ангола стала экономически зависимой — ведет переговоры с МВФ о помощи в выплате Китаю $20 млн, то Замбия — еще и политически: КНР влияет на принятие решений руководством этой страны.

Опасные связи, слежка и сбор данных

Сегодня эксперты отмечают: Китай активизировался — он видит себя не просто экономическим партнером, а глобальным политическим игроком, который хочет формировать новый тип международных отношений — контролируемых.

"С одной стороны, в Китае происходят такие нарушения прав человека, которые нам тут трудно представить. Например, более десяти миллионов уйгуров находятся под тотальной слежкой, несколько миллионов сидят в тюрьмах и лагерях "на перевоспитании". Статистика смертных казней нам вообще не известна, она закрыта, можем догадываться, что речь идет не о сотнях, а тысячах людей. С другой — это влиятельное государство с экономическими рычагами влияния, которые Китай использует для того, чтобы политически давить на другие государства, позволяющие себе критику в адрес этой страны. И существует много примеров того, как, не желая потерять экономически выгодные связи с КНР, страны идут на компромисс и закрывают глаза на нарушения, происходящие в Китае, оставляя людей один на один с этой огромной тоталитарной машиной", — размышляет Мария Гурьева, специалист по медиа и коммуникациям Amnesty International Украина.

Гурьева говорит о случае отзыва подписи Украины под документом ООН.

"В МИД объяснили, что Украина уважает внутренние дела Китая и придерживается политики невмешательства в них. И это показательно, потому что как раз политику невмешательства Поднебесная продвигает на международной арене: что бы ни происходило в середине страны, международная общественность не должна вмешиваться", — рассказывает она и вспоминает, как во время организации акции в Киеве в поддержку протестов в Гонконге на активистов пыталась повлиять китайская сторона с целью отмены митинга.

Важно Смыло Cеверным потоком. Почему, "продав" Германии СП-2, Байден купил кота в мешке и подыграл Пекину

Кроме того, правозащитники обращают внимание, что Китай производит огромное количество технологий, которые используются для массовой слежки и сбора данных как в своей стране, как и за ее пределами. И они уже присутствуют в Украине. Пример такой системы — Kyiv Smart City, которая внедряется в Киеве, программное обеспечение и оборудование для нее предоставляет китайская компания Hikvision.

"При этом никто не гарантирует безопасность данных, и Украина становится более уязвимой: мы не знаем, куда эти данные идут, кто их будет использовать, в какой степени мы их вообще контролируем. Известно, что США именно по этим причинам признали компанию Huawei угрозой национальной безопасности, — продолжает Гурьева. — Не исключено, что в странах, попадающих в зависимость от Китая, когда-то будет, как в Синьцзян-Уйгурском регионе, где собираются данные обо всем: в одном из домов повысилось потребление электроэнергии — это уже повод для подозрения, высылаются специальные работники, которые изучают, что происходит, не проводятся ли антигосударственные собрания, не повод ли это для задержания".

Сохранить баланс. Станет ли Китай новым другом Украины?

"Никто же не говорит, что Польша, получившая за последние три года несколько миллиардов долларов инвестиций Китая в инфраструктурные проекты, совершает какое-то предательство. То есть если говорят о деньгах, то все нормально — все деньги принимают, строят", — говорит Давид Арахамия, народный депутат.

Важно Зачем Си разговаривал с Зе? Что Китаю нужно от Украины

Действительно, Украина не единственная европейская страна, правительство которой оказывается перед проблемой, как получить выгодный кредит от Китая и не попасть в зависимость. В их числе не только Польша, но и Венгрия, Словакия и Хорватия — у них уже есть опыт доступа к китайским деньгам параллельно с сохранением прозападных интересов. Венгерский экономист, старший научный сотрудник Center for European Policy Analysis Петер Креко говорит, что ныне Китай еще не настолько агрессивно действует в Европе, как в некоторых странах Азии или Африки, и не успел сформировать мощное лобби — Европейский парламент, согласно исследованиям, активно противодействует влиянию Китая в области прав человека.

"У Китая нет преданной группы политических игроков, которые бы представляли интересы Китая в Европейском союзе, как, скажем, в случае России, ее поддержка куда более высока", — говорит он. Но при этом Креко признает, что отдельные страны, в том числе Венгрия, могут ставить экономические интересы превыше всего: "Например, официальный Будапешт скажет: какое нам дело до нарушения прав человека в Китае, если жители нашей страны хотят кушать. ЕС пока не реагирует на такое сближение, потому что инвестиции считаются важными". Именно поэтому, по мнению эксперта, уже сегодня необходимо публично обсуждать все китайские темы, иначе ведение дел с Пекином превращается в "бизнес за закрытыми дверями".

И как раз об этом сегодня говорят США: с недавних пор государство ведет политику стратегического сдерживания Китая — недопущения попадания третьих стран в зону влияния КНР. Но если странам ЕС, активно поглядывающим на Восток, Вашингтон предлагает альтернативу, в первую очередь финансовую, то Украина часто лишь слышит, что Киеву "не рекомендуют" некоторые действия, например, продавать акции "Мотор Сичи", но не обещают никакой поддержки.