Беларусь откажется от нейтралитета. Что это значит

Александр Лукашенко дал указание убрать из проекта новой Конституции Беларуси норму о стремлении страны к нейтралитету. Что давало ее наличие и что теперь изменится.

Конституционная комиссия до 1 сентября представит на рассмотрение Александра Лукашенко доработанный проект нового Основного закона Беларуси. Но уже сейчас ясно, что в нем не будет нормы о стремлении страны к нейтралитету, закрепленной в действующей конституции.

"Нейтралитета нет фактически, - заявил Лукашенко на недавней встрече с журналистами, напомнив, что что Беларусь входит в ОДКБ и Евразийский экономический союз (ЕАЭС). - Поэтому тут два варианта: или мы определяем в конституции, что мы не нейтральны, либо вообще туда ничего не записываем".

Что означала норма о стремлению Беларуси к нейтралитету?

Белорусский эксперт по вопросам обороны и безопасности Александр Алесин с улыбкой вспоминает, что при подготовке конституции 1994 года задавал вопрос тогдашним высшим руководителям государства - как стремление страны к нейтралитету сочетается с ее членством в ОДКБ, договор о создании которого Минск подписал в мае 1992 года: "Следовал такой ответ: "Мы же стремимся, мы находимся в процессе".

Сегодня данную норму Алесин называет рудиментом первой Конституции Беларуси.

"Она никогда, по сути, не соблюдалась. Ее внесли в конституцию, чтобы подчеркнуть желание Беларуси иметь внеблоковый статус, играть роль своего рода геополитического моста между Западом и Востоком. Однако с приходом к власти Лукашенко ситуация радикальным образом изменилась", - поясняет, продолжая экскурс в историю, Павел Усов, глава варшавского Центра политического анализа и советник по политическим вопросам Национального антикризисного управления (НАУ).

При этом положение о нейтралитете, уверен Усов, как и конституция в целом, не влияли на происходящее в стране и на ее геополитические приоритеты.

Между тем Александр Алесин в интервью DW подчеркнул, что с самого начала ее суверенной истории Беларусь оказалась на геополитическом разломе - с одной стороны, страна была участником программы НАТО Партнерство ради мира, с другой - Лукашенко победил на выборах, обещая сближение с Россией.

"Уже тогда стало ясно, что это противоборство едва ли совместимо с нейтралитетом, Россия и Запад будут стараться перетянуть Минск на свою сторону", - отмечает Алесин.

Хроника ускользающего нейтралитета

По его выражению, для РФ Беларусь - это защитный бастион и плацдарм для наступления, а для Запада и Польши - часть своеобразного буфера: "Нейтралитет основывается на желании соседей признавать данный статус того или иного государства, а наши соседи де-факто его сразу поставили под сомнение.

После того же, как Лукашенко, изменив под себя конституцию в ноябре 1996 года, оставил в ней такую норму, стало очевидно, что это просто декоративная вещь на фасаде государства".

По оценке Алесина, это было сделано, возможно, для того, чтобы "позлить Россию", показав, что Минск может двигаться не только на Восток, но способен и "висеть между двумя центрами силы". Зачатки будущей белорусской политики многовекторности проявились уже тогда, констатирует аналитик.

Однако в декабре 1999 года был подписан Договор о создании Союзного государства (СГ), включающего и образования единого оборонного пространства.

"Россияне обязались защищать Беларусь так же, как свою собственную территорию. Лукашенко действовал хитрее, уточнив, что ответственность Минска - только западная граница СГ, Курилы же пусть Москва сама защищает", - говорит Алесин.

Тот факт, что Минск стал частью проекта Союзного государства Беларуси и России, полностью поменял геополитическую конфигурацию и на этом стремление страны к нейтралитету окончательно закончилось, убежден Павел Усов.

В рамках СГ, продолжает он, была создана так называемая региональная группировка войск, которая делает Беларусь более зависимой от России, чем даже членство страны в ОДКБ, до последнего времени остававшейся скорее политической организацией без ясных стратегических целей.

Со своей стороны Алесин добавляет, что Лукашенко все же долго не соглашался предоставлять подразделения для Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР), созданных в 2009 году в рамках ОДКБ.

Но Россия, используя свои рычаги давления, добилась этой уступки: "Вот это был реальный показатель нашего нейтралитета. Нам недвусмысленно указали, где проходит наше оборонное пространство".

На что повлияет отказ от нейтралитета и зачем он нужен

Но если норма о стремлении к нейтральному статусу носила чисто декларативный характер, зачем ее сейчас демонстративно изымать из проекта новой конституции?

Геополитическая ситуация изменилась, полагает Усов: "Лукашенко хочет подчеркнуть - в рамках политического торга с Россией - то, что Беларусь снимает с себя какие-либо обязательства перед Западом и демонстрирует полную включенность в стратегические приоритеты Москвы. Это прежде всего шаг в сторону оплаты долга за то, что Россия поддержала режим Лукашенко в критический момент в августе 2020 года".

В реальности норма о стремлении к нейтралитету действительно ни на что не влияла, и после ее исключения из Основного закона ничего не изменится, уверен минский международный обозреватель Андрей Федоров: "Все зависело и сейчас зависит от намерений и действий высшего руководства страны. А они известны".

При наличии рядом авторитарной России Беларусь, сетует в беседе с DW Павел Усов, не смогла стать полноценным демократическим и нейтральным государством, всегда ощущая на себе деструктивное влияние Москвы. Теперь же, в условиях растущего противостояния России и Запада, рассуждения о нейтралитете для Минска невозможны.

Для описания нынешней ситуации Александр Алесин использовал образ металлической пластинки, находящейся в поле действия двух магнитов: "Она может оставаться между ними при условии, что напряженность обоих магнитов - в данном случае Запада и России - равна.

Запад тут пока проиграл, Беларусь притянула к себе Москва, оставаться между двумя геополитическими центрами силы уже не получится. Я думаю, осознанием того факта, что нас затянули на Восток, и документальным его подтверждением и является отказ от стремления Минска к нейтральному статусу. В Украине мы видели другой процесс, там Запад оказался сильнее".

Отказ даже от декларируемого, а не фактического нейтралитета сейчас существенно не повлияет на курс Минска, прогнозирует Павел Усов, оговариваясь, что в перспективе такой шаг делает возможным появление российских военных баз на территории Беларуси.

По его словам, пока что теоретически можно апеллировать к тому, что Беларусь стремится быть нейтральным государством - несмотря на два военных объекта России на своей территории. Исключение же этой нормы из Основного закона станет "сигналом того, что в любой момент в стране могут возникнуть реальные военные базы РФ".