«Не в такую страну мы мечтали вернуться»

Владимир Зеленский пришёл к власти на волне веры в новое светлое будущее.

Мы, украинцы, прошли через горнило революции, выступая против коррупции, бедности, войны.

Мы заслужили руководителя не из олигархов, а нашего, близкого и понятного.

Мы верили (и, наверное, до сих пор верим) в то, что новый президент разделяет наши ценности — свободу слова и свободу протеста, что он наконец сможет перекинуть мост от народа к высоким кабинетам на Банковой, чтобы нас там слышали.

Чтобы понимали, когда народ говорит «Нет!» их решениям, чтобы меняли свои взгляды в соответствии с требованиями народа.

Прошло два года.

Этого пока не случилось.

Более того, власть, которую мы считали более близкой к европейским идеалам, чем предыдущая, оказалась гораздо более авторитарна.

Зеленский, красиво, артистично улыбаясь, «закручивает гайки» серьёзнее, чем Пётр Порошенко (а уж этого-то за пять лет в чём только не обвиняли!).

Протест — это вообще наше, родное, национальный украинский спорт.

Со времён становления независимости Украина протестовала «в любой непонятной ситуации».

Мы привыкли всегда открыто выражать свою точку зрения и рьяно её отстаивать.

Настолько рьяно, что в нашем парламенте драки и стычки, во время которых депутаты ставят друг другу синяки и отрывают рукава, - обычное дело.

Ничего такого, проходите мимо, это просто украинцы спорят.

Ну, вот такие мы, с горячим сердцем! Течёт у нас внутри казацкая кровь — не удаётся эту страсть, воинственность, любовь к свободе и самовыражению заковать в латы строгого делового костюма.

Прорывается наружу то и дело.

И когда Владимир Зеленский занял высший пост в государстве, мы подумали, что жить стало ещё свободнее — и продолжили выходить на акции и митинги, чтобы донести до него свою точку зрения.

И не одну, а много-много, все сразу, ведь в стране кого только нет! Ревнители антикоррупционного законодательства и экологические активисты, ярые националисты и аполитичные «граждане мира», противники абортов и радикальные феминистки… Все хотят высказаться.

Возможность это сделать — вроде бы один из столпов европейского общества, в которое мы так стремимся.

Зеленский не раз заявлял, что наша страна держит равнение на цивилизованный Запад.

Однако на практике получается по Оруэллу: что все звери равны, но некоторые — равнее других.

На гей-прайд выйти можно, а вот постоять с плакатом у Офиса Президента — нельзя.

Недавно девушка устроила такой одиночный пикет.

Она вышла к Офису с лозунгом «Зеленский, возвращайся в 95-й квартал».

Это её мнение, стоит себе, никого не трогает.

Однако к ней сразу же подошла охрана и настойчиво попросила удалиться.

Другой пример: киевский активист Юрий Клейнос.

Он выходил на акции протеста против сговора предпринимателей и завышения цен в супермаркетах, против строительства ТЦ, из-за которого трескаются стены станции метро, даже против оффшорных счетов самого Петра Порошенко во времена его президенства.

И всё это у него получалось — ровно до того момента, когда Юрий решил организовать митинг против незаконной добычи янтаря в Ровенской области.

А тут уже слишком «ровные» граждане зарабатывают, нельзя им мешать — и вот Юрий уже в СИЗО по обвинению в… сепаратизме.

На его митинге якобы раздавали листовки непотребного, антиукраинского содержания.

Следствие продолжается до сих пор, вот уже 3,5 года, и два из них активист провёл под арестом.

Революция начинает пожирать своих детей.

Так, в СИЗО оказался один из героев АТО - Андрей «Riffmaster» Антоненко, музыкант, сержант Сил специальных операций Вооруженных сил Украины.

Сначала пошёл помогать военным в качестве волонтёра, а потом вступил в спецназ.

Его, а также детского хирурга Юлию Кузьменко, тоже помогавшую украинским военным с самого начала боевых действий, обвиняют в убийстве журналиста Павла Шеремета.

Попал за решётку с серьёзными обвинениями и бывший замминистра обороны, настоящий боевой генерал Игорь Павловский.

Пока суд да дело, в обществе не утихают дискуссии: многие считают все эти аресты политически мотивированными, мол, новая власть убирает с политического небосклона героев войны, чтобы не рисковать своим положением, ведь эти люди способны вести за собой толпу.

Но вернёмся к историям попроще.

Например, в августе обманутые собственники недостроев решили провести акцию протеста во время съезда партии «Слуга народа» при участии президента Зеленского.

Они перекрыли движение по улице, но правоохранители оттеснили их, начались стычки.

Представители правопорядка, не стесняясь, применяли силу даже в отношении девушек.

Не против ли этого мы выступали когда-то на Евромайдане?.

В июне прошлого года на акцию протеста вышли даже бывшие узники Кремля — патриоты из патриотов.

И даже они заявили, что в стране имеют место быть политические репрессии.

«Нам очень хотелось бы, чтобы власть сосредоточилась не на расправах с активистами или политиками, а работала над построением независимой судебной системы, работала над реформой МВД, которая почти полностью провалена», - отметил Олег Сенцов.

Его «коллега», политузник Владимир Балух заявил в телеэфире после этого митинга: «Не в такую страну мы мечтали вернуться».

«Иметь такую ситуацию, когда происходят преследования по политическим мотивам почему-то именно тех людей, которые защищают Украину… Преследуют патриотическую часть общества.

То, что происходит реинкарнация режима Януковича в худшем его варианте, сомнений не остаётся», - сказал Балух.

Зеленский делает то, на что Пётр Порошенко ни разу не решился: отправляет под арест политических оппонентов, закрывает отдельные СМИ — вместо открытой дискуссии в соответствии с европейскими ценностями.

Вот только технологии сейчас таковы, что перекрыть канал информации полностью невозможно: слишком уж много социальных сетей, мессенджеров, телеграм-каналов, есть VPN, блокчейн, даркнет… люди давно не обмениваются самиздатом и подмётными письмами.

Всегда найдётся новый кобзарь 21 века, который возьмёт в руки бандуру, кобзу или лиру (читай — новую интернет-технологию) и донесёт свою, альтернативную точку зрения.

И такие кобзари не переведутся в нашей стране никогда, ведь это — наше, родное, национальное украинское.