Карантин на букву «Ф»

«Разве справедливо, чтобы большинство, возражающее против свободы, порабощало меньшинство, готовое эту свободу отстаивать? Те, кто не стремится ни к чему иному, кроме собственной законной свободы, всегда вправе отстаивать ее по мере сил, сколько бы голосов ни было против».

(Джон Мильтон)

ИДИОТ! – ОТ ИДИОТА СЛЫШУ!

Последние два года мы повсеместно наблюдаем горячие и бескомпромиссные споры сторонников локдауна, карантина и их противников.

Противники локдауна, обязательного карантинов и всеобщих обязательных прививок называют своих оппонентов «безмозглыми идиотами» и приводят цифры, которые (по их мнению) свидетельствуют об искусственном нагнетании истерики вокруг «эпидемии».

В свою очередь, сторонники локдауна, обязательных карантинов и всеобщих обязательных прививок, тоже называют своих оппонентов «безответственными идиотами» и тоже приводят цифры, которые (по их мнению) свидетельствуют об угрожающем росте «эпидемии».

Но, есть одна важная особенность, которая свидетельствует о гораздо более серьезных и принципиальных противоречиях между двумя сторонами, нежели различные подходы к борьбе с новым вирусом.

В самом деле, вы нигде не найдете призывов противников вакцинации к тому, чтобы государство запретило прививаться. Никто не требует запрета прививаться два, три и более раз. Никто не требует запрета для желающих носить маски - дома, на улице, на работе, днем и ночью. Никто не требует запрета сидеть безвылазно дома. Никто не требует подвергать цензуре призывы к локдауну, карантину, вакцинации.

А вот другая сторона апеллирует к государству постоянно. Требуют для инакомыслящих запрета на передвижение, запрета на работу, запрета на посещение публичных мест, введения дополнительной обязательной атрибутики для каждого – специального паспорта вакцинации.

Если бы мне сказали придумать пример того, зачем нужно государство, – я бы не смог придумать лучше.

Возможно, вас не убедил мой пример. Тогда попробуйте осуществить нехитрый эксперимент. Зайдите к своим соседям по дому (или по улице) и объявите им: – С завтрашнего дня вы сможете выходить из дома, посещать публичные места только по моему разрешению. Не забудьте также упомянуть, что этот новый порядок вызван исключительно заботой об их здоровье.

Думаю, что пошлют вас куда подальше, а возможно и накостыляют по шее. Хотя, возможно, вы какой-нибудь сильный и физически накачанный индивидуум. Тогда послать побоятся. Но, если вы попробуете распространить новый порядок на всю улицу (город, страну), - тогда и пошлют, и накостыляют точно.

Можете поэкспериментировать с другими требованиями. Например, потребовать, чтобы ваши соседи носили специальные нашивки согласно их национальности. И в зависимости от этих нашивок, вы будет решать: какие кафе и рестораны можно посещать, а какие нет. Какие должности обладателям нашивок можно занимать, а какие нет.

Можете выехать за город, зайти к фермеру и потребовать бесплатно отдать излишки его продукции. Объясните фермеру, что вам нужны продукты не просто так, а чтобы кормить рабочих в городе и провести модернизацию заводов.

Результат всегда будет один и тот же. При попытке распространить насильственный порядок на всю улицу (город, страну) - вас и пошлют, и точно накостыляют по шее.

Какой вывод можно сделать из этих экспериментов?

Вы не сможете осуществить агрессивные насильственные действия по ограничению чужой свободы и отъёму чужой собственности в масштабе страны без помощи государства.

Именно поэтому сторонники локдауна и карантина не приходят к вам домой, а действуют через государство. Они же не дураки получать по шее (а в Техасе, наверно, можно и пулю схлопотать).

Однако же мне могут возразить: нельзя сравнивать благородную цель «спасения жизней людей» от вируса с человеконенавистническими целями каких-нибудь нацистов или коммунистов.

Ну, во-первых, это мы с вами сейчас знаем, что они человеконенавистнические и привели к огромным жертвам. А в своем историческом контексте эти цели для обывателей звучали вполне приемлемо и имели много сторонников среди, казалось бы, вполне приличных людей.

Да что там далеко ходить. Я сам был горячим сторонником идеи бесклассового общества и осуществления вековой мечты человечества – построения коммунизма. Причем я же не просто так верил в эту идею, я твердо «знал», что она правильная и благородная. Настолько правильная и благородная, что на полном серьезе был готов отдать за нею свою жизнь.

Хотя, на самом деле, вообще неважно какую цель вы провозглашаете. Неважно, искреннее ли вы верите в ее осуществление. Главное – это методы, которыми вы собираетесь эту цель осуществить.

Если вы используете тоталитарные методы и агрессию в отношении отдельных индивидуумов (для достижения любой, самой прекрасной и благородной цели), это неминуемо приведет к построению тоталитарного общества.

Вы спросите: откуда это известно?

Есть классические научные труды и статьи различных ученых и мыслителей, которые занимались проблемами праксеологии (совокупное название учений о человеческой деятельности) – Людвига фон Мизеса, Фридриха Хайека, Ганса-Германа Хоппе, Владимира Золоторева. Ход рассуждений, доказательства, выводы и исторические примеры убеждают в их правоте. (Отдельно хочу отметить книгу Мизеса «Теория и история» - она мне буквально поставила мозги на место после многолетнего издевательства над ними (моими мозгами) посредством трудов Карла Маркса и В.И.Ленина).

Вы спросите: зачем читать книги по праксеологии?

Ну, если интересуешься тем, как устроено человеческое общество, приходится читать различные специализированные книги. Да и вообще, заинтересовался какой-либо областью человеческой деятельности – читай учебники, другого пути я не знаю. Например, когда-то давно я занимался математикой, с тех времен в моем книжном шкафу стоят многочисленные учебники по различным математическим дисциплинам. (Может быть, кто-то и может овладеть математикой, исходя только из общечеловеческих ценностей, но я не принадлежу к их числу).

Итак, мы остановились на том, что не важны цели и намерения, важны применяемые методы. Понятно почему благородную идею «спасения жизней» путем локдауна и карантина пытаются реализовать через государство – ведь иначе никак. Но, зачем же самому государству все эти «благородные идеи»?

Ровно затем, зачем гопники спрашивают «дай закурить». Главная задача института государства: собрать ваши налоги. Но, одними налогами дело никогда не ограничивается, власть (и связанные с ней группы выгодополучателей) хочет продолжать бесконтрольно шарить в ваших карманах.

Так вот, очередная «благородная идея» позволяет властям подготовить общество к очередному отъёму денег и собственности, сломить или значительно снизить сопротивление людей.

Собственно, все подобные новые «благородные идеи» порешать вопрос через государство – появляются только потому, что старые перестают работать. Кого сейчас купишь идеей «уничтожения векового гнета трудящихся»? Никого. (Между тем, в начале двадцатого века именно эта благородная идея привела к величайшему в истории отъёму частной собственности, ограничению свободы и огромным человеческим жертвам.)

А вот идеи «всеобщей толерантности» или «спасения миллионов жизней» сегодня вполне пригодны для того, чтобы ограничить свободу, ввести фактическую цензуру для несогласных и заставить людей нести все издержки существования нового порядка.

И вот что поразительно. Сторонников введения государством локдауна и обязательного карантина совершенно не смущают обвинения в насильственном характере этих действий.

– Да, признают они. – Это насилие, но раз вы по-хорошему не соглашаетесь поступиться своими правами, то мы вынуждены требовать государственного насилия в отношении безответственных людей.

Единственное, на что апологеты государственного насилия реагируют, причем очень болезненно, – так это слово на букву «ф». Обвинение в «ф» по-прежнему считается чудовищно неприличным и смертельно-оскорбительным.

– Фашизм?!!! В США?!!! В Западной Европе?!!! В колыбели демократии и прогресса?!! Да вы либо сошли с ума, либо полностью лишились человеческой морали!

ДОРОГА К РАБСТВУ

Именно поэтому сегодня необходимо вспомнить книгу Фридриха фон Хайека «Дорога к рабству». В 1944 году он публикует эту свою знаменитую работу. Итак, еще идет Вторая мировая война, союзники добивают фашистскую Германию. А Хайек указывает на тревожные симптомы идей тоталитаризма в той самой Западной демократии, которая противостоит гитлеровской Германии не на жизнь, а на смерть.

К тому времени, когда в Германии к власти пришел Гитлер, Хайек уже несколько лет преподавал в Лондонском университете, но продолжал внимательно следить за событиями на европейском континенте вплоть до начала войны. Он анализировал различные тоталитарные движения в Европе и пришел к мысли, что английское общественное мнение (и в частности, мнение его друзей и коллег) совершенно не адекватно истинной природе этих движений. Хайек осознал, что даже в научной среде существует глубинное непонимание политической системы тоталитарных режимов, с которыми воюет Англия. И это непонимание представляет самую серьезную опасность, борьба с которой требует более систематических усилий.

Более того, Хайек увидел очевидные предпосылки к тому, что сама Англия была готова начать после войны эксперименты с такого рода тоталитарной политикой. Политикой, которая уже привела к уничтожению свободы в Италии и Германии.

Для тех, кто не знает, книга «Дорога к рабству» на долгие годы стала безусловным бестселлером и выдержала несколько переизданий в 1956 и 1976 году. И если первоначально «Дорога к рабству» была более популярна в Англии, то со временем идеи Хайека были по достоинству оценены и в США.

В предисловии к американскому изданию 1956 года Хайек пишет:

«Современные Англия и США не похожи на гитлеровскую Германию, какой мы узнали ее в ходе этой войны. Но всякий, кто станет изучать историю общественной мысли, вряд ли пройдет мимо отнюдь не поверхностного сходства между развитием идей, происходившим в Германии во время и после Первой мировой войны, и нынешними веяниями, распространившимися в демократических странах. Здесь созревает сегодня такая же решимость сохранить организационные структуры, созданные в стране для целей обороны, чтобы использовать их впоследствии для мирного созидания. Здесь развиваются такое же презрение к либерализму XIX века, такой же лицемерный «реализм», такая же фаталистическая готовность принимать «неотвратимые тенденции». И по крайней мере девять из каждых десяти уроков, которые наши горластые реформаторы призывают нас извлечь из этой войны, — это в точности те уроки, которые извлекли из прошлой войны немцы и благодаря которым была создана нацистская система. У нас еще не раз возникнет в этой книге возможность убедиться, что и во многих других отношениях мы идем по стопам [фашистской] Германии».

Хайеку часто приписывают вывод, что любое движение к социализму с необходимостью ведет к тоталитаризму. Хотя такая опасность действительно реальна, главная идея его книги все-таки не в этом.

Главная мысль книги «Дорога к рабству» состоит в том, что если Запад не пересмотрит принципы своей политики, то столкнется с самыми неприятными последствиями, которые вовсе не были целью для большинства сторонников этой политики.

Или применительно к современным реалиям. Идеи спасения людей от вируса, которое осуществляется вполне тоталитарными методами, приведет (и уже привело) к очень неприятным последствиям, которые совсем не были целью сторонников этой политики.

Наблюдая и изучая зарождение и развитие тоталитарных режимов, Хайек делает парадоксальный вывод: «Как это было и в Германии, большинство современных работ, подготавливающих в демократических странах почву для тоталитаризма, принадлежит перу искренних идеалистов, а нередко и выдающихся интеллектуалов».

Автор «Дороги к рабству» прямо предостерегает нас: — Несмотря на то что на Западе найдется сегодня немного людей, готовых целиком проглотить тоталитарную пилюлю, различные авторы успешно скармливают эту пилюлю нам по частям.

Сегодня мы вынуждены с горечью признать: это предостережение мы не оценили должным образом. Крах социалистического лагеря породил утопическую надежду на то, что отныне с тоталитаризмом покончено навсегда. Пребывая в эйфории, мы и не заметили, как тоталитарные пилюли стали основным блюдом во многих западных университетах, подготовив почву для реванша тоталитаризма.

Но, даже и в 1944 году, во время войны с нацистской Германией, Фридрих Хайек наблюдает привлекательность тоталитарных рецептов Гитлера среди политиков Англии и США. Более того, он подчеркивает: это относится и к тем, кто является смертельным врагом Гитлера, и даже к тем – кто, бежал из Германии от преследований нацистов.

Следующий вывод Хайека опять обращен прямо к нам.

«Никакое общее описание не может передать поразительного сходства идей, получивших ныне распространение в английской политической литературе, со взглядами, подорвавшими в свое время в Германии веру в устои западной цивилизации и создавшими атмосферу, в которой мог добиться успеха нацизм. Сходство это проявляется не только в содержании, но и (пожалуй, даже в большей степени) в стиле обсуждения проблем, в готовности ломать все культурные связи и традиции, делая ставку на один конкретный эксперимент».

Еще раз: «Сходство это проявляется не только в содержании, но и (пожалуй, даже в большей степени) в стиле обсуждения проблем, в готовности ломать все культурные связи и традиции, делая ставку на один конкретный эксперимент».

Это ровно то, что мы сейчас наблюдаем в политологическом дискурсе, который леваки навязывают всему миру. Это тот интеллектуальный климат — в котором, по выражению Хайека, — зарождаются тоталитарные идеи. Именно здесь проявляются симптомы в виде порой незаметных сдвигов в структуре языка и мышления.

«Так, встречая людей, настаивающих на необходимости различать «великие» и «мелкие» идеи или повсеместно заменять старые «статические» или «частичные» представления новыми «динамическими» или «глобальными», можно научиться видеть в том, что на первый взгляд кажется нонсенсом, проявление уже знакомой нам [тоталитарной] интеллектуальной позиции, изучением которой мы занимаемся».

Вся эта сегодняшняя «динамическая» и «глобальная» чехарда и намеренная путаница с цифрами уровня смертности, количества зараженных и умерших, все это сегодняшнее противопоставление «великой» идеи спасения человечества и «мелкой» идеи необходимости зарабатывать себе на пропитание, все это - не что иное, как проявление тоталитарной интеллектуальной позиции.

Поскольку в рамках одного текста бессмысленно пересказывать всю книгу, кратко остановлюсь еще только на двух выводах Хайека, которые отчетливо коррелируют с популярными идеями современных этатистов.

1. «Утверждая, что «мы более не видим смысла в привычном для XIX века разграничении общества и государства», отдают ли они себе отчет, что это один к одному доктрина ведущего нацистского теоретика Карла Шмитта и самая суть введенного им понятия тоталитаризма»?
2. «Мы должны далее остановиться подробнее на одной тенденции в интеллектуальном развитии Германии, наблюдающейся в течение последних ста лет, которая теперь почти в тех же формах проявляется и в англоязычных странах. Я имею в виду призывы ученых к «научной» организации общества. Идея организации, идущей сверху и пронизывающей все общество насквозь, получила в Германии особенное развитие благодаря тому, что здесь были созданы уникальные условия, позволявшие специалистам в области науки и техники влиять на политику и на формирование общественного мнения И то, что в конце концов ученые мужи этой страны (за исключением очень немногих) с готовностью пошли на службу [фашистскому] режиму, является одним из самых печальных и постыдных эпизодов в истории возвышения национал-социализма».

P.S. Означает ли все вышесказанное, что на Западе не осталось вменяемых ученых и экспертов? Конечно же остались. Означает ли все вышесказанное, что эти ученые и эксперты не понимают искусственный характер истерики по поводу «эпидемии». Конечно же понимают.

Неужели эти ученые и эксперты не знают официальных данных CDC: 99,7 процента людей всех возрастов, инфицированных COVID, не умирают. (для возраста от 0 до 19 лет выживают 99.997%, от 20 д 49 – выживают 99.98%, от 50 до 69 – выживают 99.5%, и наконец, группа риска 70+ - выживают 94.6%)

Это означает, что средний IFR (коэффициент смертности от инфекции, представляющий собой долю умерших от общего числа инфицированных лиц) в целом составляет 0,3, что всего лишь чуть больше IFR обычного гриппа (https://reason.com/2021/08/09/covid-19-is-probably-99-survivable-for-most-age-groups-but-politifact-rated-this-false/).

На логичный вопрос: «Почему же вы публично не выступаете против манипуляции с данными и раздувании истерики?», следует честный ответ: - Не хочу лишиться работы и попасть в черный список. Всем заправляют левые, вы даже не представляете себе размах охоты на ведьм в университетах США.

Отчего ж не представляем, вполне представляем. Генетика – продажная девка империализма, а кибернетика – буржуазная лженаука, BLM – истинно верное марксистко-ленинское учение.

P.P.S. Сумеем ли мы переломить ситуацию? Насколько у современного общества большой запас прочности, чтобы противостоять тоталитарным идеям и безумным экспериментам этатистов? Готовых ответов нет. В любом случае, мы должны признать, что дорога к рабству для большинства оказалась гораздо привлекательнее и легче, чем интеллектуальное мужество в поиске истины и отстаивании принципов свободы.