Закрыть глаза Запада. Зачем Россия выдавливает наблюдателей ОБСЕ с Донбасса

Миссия ОБСЕ в Донецке приостановила работу из-за провокаций боевиков.

В перспективе – дальнейшее выдавливание международных наблюдателей с неподконтрольной территории Донбасса. О том, почему наблюдатели ОБСЕ были полезны Украине несмотря на всю критику в их адрес и чем может навредить ограничение их миссии – подробнее в материале.

С самого начала оккупации части Донбасса Россия планомерно превращает этот регион в гетто, минимизируя его связи с "большой" Украиной и цивилизованным миром в целом. Важный элемент этой стратегии, усилившийся в последний год, – накрыть ОРДЛО информационным куполом, чтобы никто, кроме самих россиян, не знал, что на самом деле там происходит. Украинским наблюдателям, общественникам, журналистам на оккупированной территории, естественно, находиться нельзя.

Но с 2014 года в ОРДЛО, пусть и с жесткими ограничениями, работает специальная мониторинговая миссия ОБСЕ. СММ ежедневно публикует сухие, но скрупулезные отчеты об увиденном, в частности, о передвижениях и действиях военной техники и вооруженных отрядов – ценный источник информации как для Киева, так и для всего западного мира. Сейчас даже такой ограниченный мониторинг оказался под угрозой.

Поводом для срыва работы СММ ОБСЕ стало задержание 13 октября возле Золотого (в Луганской области) боевика, гражданина РФ Андрея Косяка. Под видом разминирования он вместе с другими боевиками проводил разведку местности, были обнаружены доказательства его участия в обстрелах украинских позиций. Впоследствии ему предъявили подозрение и отправили под стражу.

Задержание Косяка вызвало резкую реакцию со стороны боевиков. Под отелем, где проживают наблюдатели СММ, собрался протест с палатками, выезд из здания заблокировали. "Протестующие" требовали немедленно освободить Косяка и обвиняли ОБСЕ в случившемся. Также группу наблюдателей на некоторое время заблокировали и в Горловке. В связи с этим деятельность миссии в Донецкой области с 17 октября была приостановлена.

В киевском офисе СММ ОБСЕ сообщили РБК-Украина, что из-за протеста не отправляют патрули из своих центров в Донецке. "Патрулирование из других мест размещения миссии продолжается в обычном режиме", – уточнили в СММ.

Естественно, ни о какой свободе собраний на оккупированных территориях речь не идет в принципе. Потому протест был непосредственно организован местными боевиками, которые едва бы решились на такое без прямого приказа от российских "кураторов".

Глава комитета ВР по международным делам и участник минской ТКГ Александр Мережко в разговоре с РБК-Украина допустил, что все произошедшее, начиная с задержания боевика Косяка – часть одного заранее разработанного сценария. По его словам, на последних переговорах в рамках ТКГ, 13 октября, представителей боевиков не интересовало вообще ничего, кроме истории с Косяком, и вели они себя очень по-хамски.

"Мне кажется, что эту группу (боевиков, в которой участвовал Косяк, – ред.) направили для того, чтобы их там задержали. А потом – начать скандал и получить повод, чтобы заблокировать ход переговоров и работу СММ. Моя гипотеза – это все заранее подготовленный спектакль", – сказал изданию Мережко.

Без оценок

За семь с половиной лет работы на Донбассе работа СММ ОБСЕ постоянно подвергалась критике с украинской стороны. В частности за то, что наблюдатели лишь лаконично отмечают факты взрывов, обстрелов, наличия военной техники или перемещения отрядов. Но не указывают, например, кто именно несет ответственность за нарушения "режима прекращения огня". Или называют боевиков подчеркнуто нейтрально – "членами вооруженных формирований".

Впрочем, если бы в отчетах ОБСЕ содержалась другая лексика – "боевики", "террористы", "российские оккупанты" и прочие привычные для Украины формулировки – деятельность миссии в ОРДЛО наверняка прекратилась бы почти сразу.

Стоит отметить, что в составе самой СММ на Донбассе участвуют граждане десятков государств-членов ОБСЕ, в том числе и россияне, и представители стран-союзников РФ – всего около 550 человек. Это также было постоянным поводом для критики. Большой скандал случился в 2016 году – в соцсетях появилось фото, на котором наблюдатели обнимаются с боевиками на местной свадьбе. ОБСЕ извинилось и уволило их из состава миссии, но удар по имиджу исправить едва ли удалось.

Каких-то обобщенных выводов и оценочных суждений о происходящем на Донбассе представители СММ, как правило, стараются избегать. Но когда они делали исключение – это тоже провоцировало скандалы.

Так, в 2018-ом тогдашний зампредседателя СММ Александр Хуг заявил, что миссия не увидела прямых доказательств российского вмешательства, а российскую военную форму можно купить где угодно. Впоследствии Хуг заявил, что издание Foreign Policy, в котором вышло его интервью, исказило его слова, из текста их убрали – но российская пропаганда уже получила бесценный подарок.

Тем не менее, как сказала РБК-Украина аналитик фонда "Демократические инициативы" Мария Золкина, в отчетах СММ есть масса необходимой информации. И при должном анализе она позволяет подтвердить позицию украинской стороны: что в ОРДЛО завозят технику из РФ, что обстрелы провоцируют боевики, а не ВСУ и т.д.

К примеру, наблюдатели фиксируют какую-то определенную военную технику, но не указывают, чья она и откуда взялась. Тогда достаточно обратиться к военным экспертам, и если окажется, что соответствующий образец состоит только на вооружении РФ и поступил туда после начала войны, то вывод будет однозначным – это оружие или технику на Донбасс завезли точно из России.

"У Украины сегодня нет лучшего механизма, чтобы говорить языком фактов, чем отчеты СММ. Нравятся они нам или нет, но на уровне международных организаций, политических дебатов на Западе единственное, с чем соглашаются самые большие сторонники России – это отчеты ОБСЕ. Там больше полезного, чем мы привыкли думать", – отметила Золкина.

Соответственно, и потеря таких "глаз" на Донбассе, как наблюдатели СММ, станет большим ударом для продвижения украинской трактовки происходящего в ОРДЛО, в противовес российской пропаганде.

Номинальное присутствие

Наблюдатели СММ – не единственные международники, до сих пор работающие на оккупированных территориях Донбасса. Там также присутствует Мониторинговая миссия ООН по правам человека и Международный комитет Красного креста. И они тоже сталкиваются с постоянными ограничениями со стороны боевиков и не в состоянии полностью выполнять свой мандат.

Но и такое ограниченное присутствие международных организаций очень не по душе оккупационным администрациям, полагает Александр Мережко. Притеснения СММ он трактует как попытку вытеснить из ОРДЛО любых независимых от РФ наблюдателей.

"Я уверен, что они хотят выдавить свидетелей тех преступлений, которые они совершают. Ситуация там ухудшается, в том числе и с пандемией. Это сознательная политика, чтобы максимально изолировать население и скрыть что там происходит – а это настоящая гуманитарная катастрофа", – сказал изданию нардеп.

В свою очередь, Мария Золкина считает, что Россия действует и будет действовать немного по-другому. Вместо того чтобы полностью прекращать работу СММ и других международников на территории ОРДЛО – создать им максимальный физический и психологический дискомфорт, свести до минимума реальные возможности мониторить ситуацию.

Таким образом РФ не нарвется на прямые обвинения и возможные санкции со стороны международного сообщества, ведь формально та же миссия ОБСЕ будет присутствовать в ОРДЛО. Но при этом не сможет осуществлять даже столь ограниченный контроль за действиями оккупантов, как сейчас. "В ближайшие полгода-год, может пару лет, нас ожидает создание таких условий, когда эти организации будут находиться там сугубо номинально, но не будут выполнять своих функций даже на 10%", – сказала Золкина.

В коммюнике Парижского саммита "нормандской четверки" в 2019 году, среди прочего говорилось и об обеспечении "безопасного и надежного доступа" для наблюдателей СММ по всей территории Украины (куда, безусловно, входит и ОРДЛО). Но это решение, как и прочие пункты коммюнике, выполнено не было. В своих отчетах наблюдатели регулярно сообщают о том, как боевики физически не пропускают их на интересующие локации, об обстрелах беспилотников и создании для них радиоэлектронных помех и т.д. Абсолютное большинство таких инцидентов случается на неподконтрольной территории.

Историю вокруг СММ Золкина рассматривает как часть более широкой тактики РФ по дальнейшему отторжению ОРДЛО от остальной Украины. Другими ее элементами являются паспортизация, пропаганда, перекрытие КПВВ под предлогом борьбы с коронавирусом и т.д.

С учетом того, что перспектива любых переговоров по Донбассу на высоком уровне остается очень туманной, в обозримом будущем помешать всем этим процессам Украине не удастся. Но с недавним прекращением работы наблюдателей ОБСЕ на украино-российской границе пропала возможность даже ограниченного мониторинга переброски российских грузов и живой силы через кордон. А ликвидация или лишь номинальное присутствие миссии ОБСЕ на всей территории ОРДЛО станет для Украины и ее западных союзников гораздо большей потерей.